ЛитМир - Электронная Библиотека

— Перестань, дядя, сегодня последний день перед инаугурацией Гвидиона. — Эши с трудом сдерживал смех. — Давай не будем устраивать шумных скандалов.

— Считайте, что вам ужасно повезло, если все так и закончится, — пробормотал Анборн в свою чашу с медом.

Рапсодия, Эши и Гвидион переглянулись и вновь обратили свои взгляды на карнавальное шествие.

— Кажется, я видел, как прибыл Тристан Стюарт, — нарушил затянувшееся молчание Гвидион.

— О, какая радость, — в один голос сказали Рапсодия и Анборн.

Гвидион вздохнул и вернулся на свое место. Похоже, им всем предстоял долгий день.

Позднее, когда День сбора подошел к концу и начался пир Первой ночи, Гвидион был вынужден признать, что получает удовольствие от карнавала.

Эши разумно ограничил список участников пира жителями Наварна и несколькими приглашенными сановниками, представляющими Союз Намерьенов, — в противном случае на нем собралось бы население всего западного континента, как бывало во времена Стивена. Поскольку в шатрах могло уместиться лишь ограниченное количество гостей, начало пира перенесли на более позднее время, чтобы не огорчать остальных. Впрочем, Эши это предвидел и запланировал на первый день несколько любимых всеми соревнований, а также выступление Орланданского оркестра, которому покровительствовала Рапсодия. В результате все участники карнавала остались довольны: состязания, музыка, предвкушение пира — все это создавало у людей прекрасное настроение. Вино и эль лились рекой благодаря щедрости Седрика Кандерра, герцога провинции, носящей его имя. Гвидион был приятно удивлен, что этот немолодой человек согласился принять участие в карнавале, не говоря уже о вкладе чрезвычайно ценными напитками, поскольку его единственный, нежно любимый сын Эндрю погиб геройской смертью во время прошлого зимнего карнавала.

Гвидион в стороне беседовал с Эши, ожидая, пока закончится разделка жареных быков. Тристан Стюарт, повелитель Роланда, подошел и вежливо их поприветствовал. Его рыжеватые волосы поблескивали в свете ярко пылавшего огня.

— Превосходное начало, молодой Наварн, — сказал Тристан на удивление дружелюбно, салютуя Гвидиону своим бокалом. — Должен признать, что когда я услышал о намерении твоего крестного отца возобновить проведение зимнего карнавала, то посчитал это в лучшем случае проявлением дурного вкуса, а в худшем — настоящей глупостью. Но до сих пор все идет хорошо.

Гвидион ощутил, как воздух вокруг сгущается, не оставалось ни малейших сомнений, что дракон в крови Эши не мог стерпеть такого оскорбления, но король намерьенов лишь сделал глоток из своего кубка и ничего не ответил на этот выпад.

— А где Рапсодия? — поинтересовался правитель Роланда, не обращая внимания на неудовольствие, написанное на лице Эши.

— Она уже в постели, — ответил Эши. — Устала от долгого дня, как и все мы. Я намерен вскоре к ней присоединиться.

Щеки Тристана покраснели в свете костров.

— А у меня есть для вас подарок — впрочем, только на время.

Он подал сигнал своим придворным, и три женщины, одетые в цвета Бетани, столицы Роланда, где находилась резиденция Тристана, вышли вперед. Одна из женщин была пожилой, вторая среднего возраста, а третьей едва исполнилось двадцать лет.

Эши нахмурился.

— Я не понимаю.

Тристан улыбнулся и поманил старшую из женщин, которая тут же подошла к нему.

— Риналла была няней моей жены, и ее очень любили в доме Седрика Кандерра. Мадлен послала за ней, когда ждала нашего сына Мальколма, чтобы она стала и его няней. Риналла превосходная воспитательница, она замечательно умеет обращаться с детьми. Я привез ее для будущего ребенка Рапсодии. — Затем он показал на женщину среднего возраста. — Эмити кормилица, Мальколм вырос здоровым и крепким во многом благодаря ей. — Он обернулся через плечо и взглянул на младшую из женщин. — А Порция — горничная.

Эши смущенно посмотрел на трех женщин.

— Леди, угощайтесь. Бык уже разделан, а вы провели в пути целый день.

Когда женщины отошли, он повернулся к правителю Роланда.

— Благодарю тебя, Тристан, но не думаю, что нам понадобятся их услуги. Рапсодия намерена сама кормить нашего сына, ведь не следует забывать о том, что у нас будет не самый обычный ребенок, — мы не знаем, чего можно ждать от смешения крови дракона, человека и лиринки. К тому же я уверен, что она захочет сама выбрать для него няню. Да и горничных в Хагфорте сколько угодно.

— Не сомневаюсь, — небрежно отозвался Тристан, наблюдая за волшебником, который смешивал какие-то порошки, после чего в ночном воздухе вспыхивали и некоторое время парили разноцветные шары, что вызывало восторг гостей. — Но вскоре вам предстоит переезд в Хаймэдоу, и я подумал — быть может, это было глупо с моей стороны, — что вам не помешают опытные слуги, чтобы помочь обосноваться на новом месте. Что ж, моя ошибка.

Эти поднял свой кубок, чтобы слуга вновь его наполнил.

— Очень любезно с твоей стороны, — испытывая острую неловкость, поблагодарил он. — Прошу прощения, если мой ответ прозвучал не слишком вежливо. Утром я обязательно спрошу у Рапсодии, что она думает по этому поводу.

— Почему бы мне просто не оставить их в вашем доме до появления ребенка? — предложил Тристан. — Сейчас невозможно оценить аппетит и требовательность малыша. Подождите до его рождения, а если станет ясно, что они вам не нужны, отошлите их в Бетани вместе с караваном. Ну а если потребуется, пусть поживут у вас.

— Спасибо. — Эши слегка наклонился и осушил кубок. — Я ценю твою заботу. А теперь должен попрощаться. Надеюсь, ты получишь удовольствие от пира.

— Конечно, — кивнул Тристан, и король намерьенов поспешил в покои своей жены. — Надеюсь, ты тоже получишь удовольствие.

Вопреки ожиданиям Эши Рапсодия не спала, более того, в ее спальне находился посторонний мужчина.

Юный Седрик Эндрю Монтморсери Кандерр по прозвищу Бобо, трехлетний внук Седрика Кандерра, бегал по комнатам, играл в шкафах, стаскивал на пол подушки с кресел, прятался среди них, гонялся за напуганным до смерти котом, ужасно смущая свою молодую мать, овдовевшую леди Джеслин Кандерр, и вызывая радостный смех королевы намерьенов.

— Я приношу свои извинения, миледи, — виновато проговорила Джеслин, пытаясь поймать маленького озорника. Наконец она сумела подхватить его и забросила на плечо. Но мальчуган тут же разразился оглушительным ревом. — Он проспал в карете всю дорогу от Кандерра и накопил столько энергии, что может теперь без труда добежать до самого дома. Бобо не даст спать вашим гостям в этой части дворца.

— Я рада его повидать, — искренне улыбнулась Рапсодия, протягивая руки к рвущемуся на свободу малышу. — Должна признаться, что ужасно по нему скучала. Ну а если кто-то из гостей уже пытается поспать, значит, наш карнавал не удался.

Джеслин посадила ребенка рядом с Рапсодией, и та вытащила из стоящей на столике возле ее постели коробочки имбирное печенье. Показав его сначала матери (Джеслин одобрительно кивнула), Рапсодия протянула печенье Бобо. Малыш тут же перебрался к ней на колени, схватил угощение и принялся его уплетать, рассыпая крошки по простыням.

Рапсодия провела рукой по блестящим черным кудрям, так похожим на волосы его отца Эндрю, и запела тихую успокаивающую песенку, жестом пригласив Джеслин сесть на постель рядом с ней. Уставшая молодая мать вздохнула и с облегчением села.

— Завтра тебя ждет много интересного, — напомнила Рапсодия Бобо, который молча кивнул ей и полез в коробочку за новым печеньем.

Обе женщины рассмеялись, и Рапсодия вручила ему лакомство, успев подхватить неугомонного малыша в тот момент, когда тот собрался свалиться головой вниз с высокой кровати.

— Его пекут в Тириане, — продолжала она, вытаскивая еще два печенья и протягивая одно из них Джеслин. — Замечательно вкусные штуки, к тому же имбирь помогает бороться с тошнотой. По утрам я не могу есть ничего другого.

46
{"b":"12287","o":1}