ЛитМир - Электронная Библиотека

Акмед покачал головой.

— Нет. Несмотря на мои слова относительно людей, достойных меча, оружие, обладающее древней магией, само выбирает себе хозяина, а потом в некотором смысле воспитывает его. А я предпочитаю сам решать, каким оружием пользоваться.

— Например, квелланом?

Король болгов кивнул.

— Я сконструировал его сам. — Он повел плечами, чтобы вытащить из-за спины устройство, напоминающее асимметричный арбалет с изогнутым стволом. — И создал его таким, чтобы усилить свои достоинства и компенсировать слабости, но прежде всего оно предназначено для той дичи, на которую я охотился прежде. — Он указал на небольшой барабан, в котором покоились удивительно тонкие диски. — Он стреляет сразу тремя дисками, причем каждый из них глубже забивает предыдущий. И еще он приспособлен для новых в моей практике мишеней — мое изобретение позволит пробить шкуру дракона. — Акмед оглянулся через плечо. — Эши где-то поблизости. Быть может, мне удастся проверить эффективность своего усовершенствованного квеллана.

Гвидион рассмеялся.

— А в чем заключаются изменения?

— Как ты, наверное, знаешь, шкура дракона прочна, как камень, поэтому мой новый квеллан имеет большую пробивную силу, но соответственно увеличилась и отдача, — ответил Акмед. — Пришлось также дополнительно поработать над дисками: они сделаны из специальной ковкой стали, прекрасно поддающейся обработке в нагретом состоянии. Затем мы прессуем диски, уменьшая их толщину. Оказавшись внутри тела, диски начинают нагреваться и расширяться, нанося зазубренными краями еще более серьезный ущерб. — Он перевернул квеллан, с любовью поглаживая свое оружие. — Я позаимствовал ряд идей у Гвиллиама, который перед смертью работал над новыми видами оружия, — похоже, у него возникли проблемы с драконицей, которую он в свое время взял в жены. Свойства огня и земли заставляют диски расширяться — а внутренности дракона главным образом и состоят именно из этих компонентов, несмотря на присутствие других стихий.

— Думаю, на Эши эти ухищрения не подействуют, — с усмешкой заметил Гвидион, стараясь отвлечься от музыки ветра лежащего в его руке меча. Однако у него это плохо получалось. — Он ведь почти полностью состоит из воды.

Акмед посмотрел на квеллан.

— Хмм, — проворчал он. — Придется вновь сесть за чертежи.

Гвидион рассмеялся.

— Впрочем, вам не придемся сражаться с Эши, — уверенно сказал он. — И хотя вслух вы со мной не согласитесь, я знаю, что вы союзники. Кстати, я видел, как вы успешно использовали свое оружие, — ведь именно при помощи квеллана вам удалось ранить Энвин в битве во время Великой Встречи, не так ли?

Акмед убрал квеллан.

— Да, я попал в нее и даже отсек пару когтей, но победу одержала Рапсодия, — поправил он Гвидиона, поудобнее устраивая квеллан за спиной. — Она находилась в лапах драконицы, но при помощи Звездного Горна сумела вырваться на свободу. А потом она обрушила на голову Энвин звездный огонь, который и запечатал ее могилу. Впрочем, можно сказать, что я ей помог, как и Анборн, но ему это стоило ног.

Издалека послышался зов труб. Акмед поморщился и обернулся.

— Похоже, твой крестный отец тонко намекает, что им требуется твое присутствие.

Гвидион кивнул.

— А что мне делать с этим?

Он с беспокойством посмотрел на короля болгов, а затем перевел взгляд на Тайстериск.

Акмед пожал плечами.

— Теперь он твой. Тебе придется самому решать, как его носить и когда пускать в дело, — небрежно ответил король болгов. — Но если ты намерен принять Тайстериск, он должен висеть на твоем бедре во время инаугурации. И помни, обладание этим оружием подразумевает и очень серьезную ответственность: ты обязан им воспользоваться в случае необходимости, даже если твой поступок будет стоить тебе герцогства. Но я почему-то думаю, что у тебя не возникнет никаких проблем. Пусть Анборн расскажет тебе о возможностях этого меча. — Он повернулся, чтобы уйти, но задержался и еще раз взглянул на взволнованного юношу. — Лучше всего быть готовым ко всему. Вот что я хотел тебе сказать, вот почему предпочел лично вручить меч. Мир, частью которого тебе придется управлять, очень изменчивое место, но одну вещь можно предсказать, не рискуя ошибиться, — рано или поздно ты будешь вынужден сражаться. И тогда один из лучших клинков в нашем мире тебе совсем не помешает. Но всегда постарайся помнить: ты владеешь оружием, не позволяй ему овладеть твоей волей.

Гвидион кивнул и вновь посмотрел на рукоять. И ему вдруг показалось, что на фоне коричневой промасленной ткани он видит сине-черные очертания тускло сияющего клинка и как над его поверхностью колышется воздух. Он завороженно смотрел на меч до тех пор, пока трубы не зазвучали вновь. Только после этого Гвидион поднял голову.

— Благодарю… — начал он, но Акмед уже ушел.

Фарон упорно продолжал продвигаться на запад, а земля, по которой он шел, уже спала, скованная зимой.

С каждым днем тело все лучше подчинялось его разуму: Руки и ноги, прежде казавшиеся чужими и неловкими, теперь служили ему, как самому обычному человеку. Однако сознание все еще оставалось затуманенным, погруженным в океан неясных мыслей: обрывков воспоминаний древнего воина и еще более древних побуждений его демонического отца, а также расплывчатых образов лишенного пола существа, коим прежде был Фарон.

Постепенно необитаемую пустыню сменили степи и пастбища. Фарон изредка видел кочевников и караваны, но обычно он прятался, стоило кому-нибудь появиться на дороге. Его зрение с каждым днем становилось все лучше, и теперь он мог различить движение даже у самого горизонта. Фарон шел вслед за садящимся солнцем, нисколько не заинтересовавшись тем, что в один прекрасный день наступила зима. От воина ему достались смутные воспоминания о снеге, обжигавшем ступни его созданных землею ног, но в остальном погода его не тревожила. Возникла лишь одна проблема — в снегу ему было труднее прятаться.

Он пересек заиндевелые равнины Верхнего Сорболда и приблизился к южным границам провинции Наварн, все глубже продвигаясь во владения зимы.

Его раздробленный разум кипел, движимый стремлением к разрушению.

22

Зимний карнавал

Закончив беседу с Гвидионом Наварном, Акмед сразу же вернулся в сад, где оставил Рапсодию. Так уж случилось, что ее срочно позвали в кладовую, после чего она собиралась отправиться на церемонию инаугурации, и Акмед встретился с послом морских магов наедине.

Он застыл на месте, глядя на Джел'си с таким выражением, словно наводил на него свой квеллан.

— Ты выжил, — обвиняюще сказал Акмед.

— Да. — Джел'си вздохнул и закутался в плащ. — И сожалею об этом.

Акмед оглядел сад в поисках Рапсодии.

— По крайней мере, мы нашли вопрос, по которому у нас, Джел'си, нет с тобой расхождений, — бросил король болтов.

Он повернулся, чтобы уйти, но морской маг поспешно поднял руку, словно бы умоляя его остановиться.

— Я ждал встречи с вами почти три месяца, ваше величество, — проговорил Джел'си своим необычным голосом. — Я прошу вас оказать мне честь и уделить несколько мгновений, после чего я сам покину вас, чтобы не мешать наслаждаться карнавалом.

Акмед фыркнул.

— Давай говорить серьезно.

Безмятежность мгновенно исчезла с лица Джел'си.

— Поверьте, ваше величество, я должен сказать вам нечто очень важное.

— Тогда не тяни время. У меня есть куда более интересные занятия — например, я намерен поставить Рапсодию в известность, что, если из-за нее я еще раз буду вынужден встретиться с тобой, я сожгу ее уже почти готовый новый дом.

— Кажется, кто-то упомянул мое имя без должного почтения? — с усмешкой осведомилась королева намерьенов, входя в сад. — Должно быть, Акмед вернулся.

— Если бы я знал, что ты помогаешь этому твоему ученому устроить на меня засаду, я бы покинул Хагфорт сразу же после встречи с молодым Гвидионом. — Акмед даже не пытался скрыть свою враждебность. — Есть три типа людей, Рапсодия, которых я презираю: намерьены, священники и ученые. Тебе следовало бы это знать.

50
{"b":"12287","o":1}