ЛитМир - Электронная Библиотека

— Ну и что ты можешь сказать? — коротко поинтересовался лорд-маршал — таким тоном он разговаривал с молодым герцогом, когда занимался его обучением.

Гвидион смотрел на бочки и ящики, которые рабочие быстро перегружали на бесконечные крытые повозки, рядами стоявшие вдоль причалов.

— Либо весь груз будет перевезен в одно место, либо его владельцем является один человек, — предположил Гвидион.

Анборн кивнул.

— Вне всякого сомнения, грузы принадлежат короне. Ну в некотором смысле в этом нет ничего удивительного: новый регент, Талквист, до вступления на престол был главой торговой гильдии, контролировавшей западные торговые пути. Но меня тревожит вовсе не место доставки грузов.

— А что же?

— Сам груз. Посмотри.

Гвидион проследил за пальцем Анборна, указывавшего на правый борт корабля, который как раз стоял под разгрузкой. По двум разным трапам судно покидали люди, но они были так далеко, что он с трудом различал их среди грузчиков порта. Крохотных человечков, спускавшихся по верхнему трапу с палубы, было не очень много, они двигались не торопясь и растворялись в толпе. Гвидион решил, что это пассажиры.

Вторая цепочка людей выбиралась по сходням на причал прямо из трюма. Сначала молодой герцог подумал, что это члены команды, но, присмотревшись, понял, что они идут к рядам фургонов и забираются в них. Гвидион прикинул, что с одного корабля сошло более сотни человек. Они спотыкались и закрывали глаза от солнца. Гвидион встряхнул головой, словно рассчитывал, что таким образом сможет избавиться от возникших у него ужасных подозрений. Наконец, когда сомнений уже не осталось, он прошептал:

— Рабы. Он перевозит рабов.

Анборн кивнул. А потом указал на каждый из двух дюжин кораблей, пришвартовавшихся к причалам за то время, пока они вели наблюдение. С каждого из этих кораблей на берег сходили рабы. Их быстро распихивали по фургонам, из которых тут же составляли караваны и без задержек отправляли по разным дорогам во все уголки Сорболда.

— Рабство давно прижилось в этой стране, — негромко проговорил Анборн. — Лейта правила империей три четверти века, очень долгий срок для человека, в жилах которого нет крови намерьенов. Во время ее правления работорговля велась скрытно, в рабство попадали должники, преступники или военнопленные и использовали их главным образом в качестве гладиаторов. Рабство было наследственным, и семья рабов могла обрести свободу только после того, как один из ее членов, как правило мужчина, полностью выкупал ее — обычно это удавалось удачливым гладиаторам. Однако к рабству относились с отвращением, люди старались скрывать, что они используют рабов. Арен же в Сорболде было немного — не более одной на каждый город-государство, то есть всего около двух дюжин.

Он бросил быстрый взгляд на Гвидиона, а потом вновь вернулся к наблюдению за портом.

— За последний час мы видели такое количество рабов, что их хватило бы, чтобы заполнить несколько гладиаторских арен. А ведь своей очереди встать под разгрузку ждут еще десятки торговых кораблей. И речь идет только об одном дне.

— Вы полагаете, за месяцы правления Талквиста сильно увеличилось количество арен? — с тоской спросил Гвидион.

Глаза Анборна сузились, но он продолжал смотреть вниз.

— Весьма возможно, поскольку известно, что Талквист питает слабость к подобным развлечениям. Но я полагаю, что лишь небольшая часть рабов попадет на арены. Скорее всего, их отправят на соляные копи Никоса или в оливковые рощи Ремалдфаера. Но главный вопрос не в том, куда попадут несчастные, а откуда они взялись. Если хотя бы половина этих кораблей привезла рабов, то тут собрано население целого города.

— О Единый Бог, — прошептал Гвидион.

— Да уж, — не стал спорить Анборн. — Похоже, теперь помочь может лишь обращение к Создателю. А если это продолжается с того самого момента, как Талквист стал регентом, твоему крестному отцу предстоит пережить немало кошмаров.

— Пожалуйста, поясните, — попросил Гвидион, чувствуя, как холодеют пальцы.

Анборн слегка повернулся на бок и жестом попросил молодого герцога замолчать.

Снизу донесся грохот — еще один караван фургонов приближался к перевалу. Анборн и Гвидион молча наблюдали за катившими мимо повозками, которые сопровождал многочисленный отряд солдат армии Сорболда. Гвидион нахмурился, увидев пленников — оборванные мужчины, отчаявшиеся женщины и худые молчаливые дети. Он насчитал двенадцать фургонов, в каждом находилось более двух дюжин рабов. Гвидион смотрел на них, и, пока не осела пыль и не стих грохот колес, в горле у него стоял сухой удушающий комок. Он наклонился вперед и вновь увидел, как такие же караваны с таким же грузом отъезжают во всех направлениях — в горы и вдоль побережья.

— Разъясните мне смысл ваших последних слов, — наконец не выдержал Гвидион.

— Можно ожидать расширения торговли, когда к власти приходит глава гильдии, всю жизнь занимавшийся этим ремеслом, — негромко проговорил Анборн, не глядя на Гвидиона. — Однако мы наблюдаем здесь совсем другое. Таких рабов не станут использовать на арене, они будут работать. Мы видим подготовку к войне, что тоже нельзя считать неожиданностью, хотя Талквист делает вид, будто желает мира и заботится только о процветании своих земель. Пугают масштабы — мы пришли сюда никем не замеченные, в самый обычный день и, значит, наблюдаем то, что происходит здесь ежедневно. Если Гант вновь превратился в военный порт, куда купеческие корабли привозят товары, принадлежащие исключительно короне, то задуманная Талквистом экспедиция по своему размаху во много раз превзойдет Намерьенскую войну, а ведь она едва не уничтожила весь континент.

— А других объяснений нет? — спросил Гвидион, заранее зная, какой услышит ответ.

— Нет, — отрезал Анборн.

— Тогда нам необходимо срочно вернуться в Наварн и предупредить Эши.

— Да, ты так и сделаешь.

Молодой герцог заморгал.

— Я? А вы не поедете со мной?

— Нет. Раз уж я оказался здесь, то должен воспользоваться представившейся возможностью. Я намерен отправиться в Джерна'Сид и выяснить, как дела обстоят там. По пути нужно осмотреть гавани, рудники и арены. Добравшись до столицы, я постараюсь получить как можно больше полезных сведений, после чего возвращусь в Хагфорт, чтобы помочь твоему крестному отцу подготовиться к предстоящей войне, о неизбежности которой я столько раз его предупреждал.

Гвидион с трудом подавил охватившую его панику.

— Один?

Лорд-маршал положил руку на плечо юноши.

— Ты справишься, не бойся. Твои гвардейцы сумеют защитить карету, если на вас нападут, а твой меч даст тебе серьезное преимущество против разбойников или даже солдат, если до этого дойдет, но я верю, что Талквист не захочет рисковать, нападая на вельможу, представляющего Союз Намерьенов, во всяком случае сейчас. Если ты будешь возвращаться тем же маршрутом, по которому мы прибыли сюда, с тобой все будет в порядке, Гвидион. Ну а как только ты покинешь границы Неприсоединившихся государств, то сможешь присоединиться к любому почтовому каравану. Теперь ты герцог, и тебе окажут помощь: ты получишь необходимые припасы, свежую лошадь и эскорт до Наварна. Только не забывай о моих уроках.

— Я… имел в виду вас, — запинаясь пробормотал Гвидион. — Неужели вы собираетесь в одиночку преодолеть пустыню…

Лицо Анборна помрачнело, как небо при приближении грозового фронта. Он приподнялся на локтях и ударил кулаком по земле так, что во все стороны полетел песок.

— Я путешествовал по этому континенту в одиночку за столетия до того, как твой отец был прыщиком в штанах твоего деда, — прорычал Анборн.

Затем он подполз к тому месту, где стояли лошади, и ухватился за стремя. Гвидион поспешил к нему на помощь, но лорд-маршал оттолкнул его руку и с огромным трудом встал на свои бесполезные ноги. Гвидиону ничего не оставалось, как стоять рядом и молча страдать, наблюдая за Анборном, который медленно забирался в седло. Оказавшись наконец на лошади, старый наставник посмотрел на молодого герцога с такой непередаваемой смесью торжества и усталости, что Гвидиону пришлось отвести глаза.

66
{"b":"12287","o":1}