ЛитМир - Электронная Библиотека

Лея отодвинула стул и встала. Неожиданно она выпалила: «Всё зависит от того, что именно она программировала».

Хэн выпрямился, но промолчал, заметив, как изменился взгляд Леи.

«Её имени не было ни в одном из списков», — сказал он. Лея направилась к зеркалу, чтобы надеть серьги.

«Она была одной из учениц Магроди».

«У него было сто пятьдесят разных учеников», — мягко заметил Хэн. Он ощущал, что от неё исходит напряжение, подобное гамма-излучению чёрной дыры.

«Наздра Магроди занимался обучением в то время, когда Император создавал Звезду Смерти. Магроди и его ученики знали больше кого бы то ни было. Кого ещё мог использовать Палпатин?»

«До сих пор поговаривают, что я причастна к исчезновению Магроди», — Лея повернулась к мужу с выражением горькой иронии на лице. «Но меня это не волнует, — добавила она, видя, как в глазах Хэна закипает гнев, а с губ готов сорваться вопрос: „Кто говорит?“ — Ведь не думаешь же ты, что меня интересуют сплетни, — продолжала она. — Ещё до того, как я приобрела определённую власть в Союзе, ходили слухи о том, что я наняла „друзейконтрабандистов“ для убийства Магроди и его семьи. А тела их, якобы, надёжно спрятали».

«Мало ли что болтают о власть имущих», — Хэн попытался успокоить жену, но в голосе его чувствовались раздражение и гнев — он понимал, что под маской беззаботности Лея пытается скрыть боль. — «А что касается Палпатина — ты права».

Лея промолчала. Её глаза вновь обратились к зеркалу, она оправила одежду, провела рукой по заплетённым в косы волосам. Затем она направилась к двери. И тут Хэн схватил её за руки и повернул к себе — такую маленькую, стройную и прекрасную. Ей не было ещё и тридцати — принцессе Восстания, ставшей вождём Новой Республики. Он не знал, как облегчить её бремя и как её утешить. Он просто прижал её к себе, притом гораздо нежнее, чем собирался вначале.

Он видел её плотно сжатые губы и понимал, что даже ему она не покажет свою боль. Многие годы ей приходилось рассчитывать только на себя — такое не проходит бесследно.

«У меня есть списки. Я знаю, кто работал на Звезде Смерти. Некоторых Палпатин нанял для работы в своём мозговом центре, другие преподавали в орбитальной учебной станции Омват. Я знаю, что все они находятся вне юрисдикции Республики. Но я знаю также, что мне было бы очень легко, используя фонды казначейства, нанять Флигаса Грина, Данника Ерико или ещё кого-либо из моих „друзей-контрабандистов“, чтобы найти работавших у Палпатина и просто… заставить их исчезнуть. Без какого-либо суда. Без каких-либо вопросов. Без соблюдения каких-либо формальностей. Просто потому, что я знаю, что они виновны. Потому, что я этого хочу».

Она перевела дыхание. Встретившись взглядом с Хэном, она не сумела скрыть свою боль. "Люк говорит о Тёмной Стороне Силы. Не только Сила имеет свою тёмную сторону, Хэн. Удивительно, как легко использовать эту тёмную сторону. Но при этом тебе кажется, что это и есть то, в чём ты так нуждаешься.

Она благодарно прижалась к мужу и поцеловала. За окнами по залитому светом небу ветер разносил перезвон колоколов.

Лея улыбнулась: «Пошли!»

Территории кланов планеты Итор соединялись между собой, образуя один огромный, утопающий в зелени город из сверкающего камня, тёмного дерева и сияющего стекла. Разделённые на секторы мосты протягивались как дружелюбные руки, соединяя платформы разных кланов: один парящий плот с другим. В воздухе между платформами перемещались воздушные шары, планёры, воздушные змеи. Разнообразная лесная живность, насвистывая и щебеча, беззаботно карабкалась по расположенным внизу деревьям вверх -к балконам и корзинам. Многочисленные иторианцы направлялись к центральной площади города — Материнскому Облаку.

Материнское Облако, известное своими больницами и стекольным производством, было избрано местом приёма представителей Республики. Именно здесь располагались лучшие апартаменты для гостей, здесь же находился самый большой космопорт. Кроме того, это был один из самых красивых городов. В ярких солнечных лучах Лея поднималась по ступеням Зала Встреч на верхнюю платформу, и расстилавшаяся перед ней огромная площадь казалась ей садом, полным чудесных красочных цветочных гирлянд, из которых на неё устремлялись тысячи приветливых глаз.

Толпа взорвалась аплодисментами и приветственными выкриками. Иторианцы размахивали цветами и лентами, совершая неторопливые волнообразные движения. Среди людей они могли показаться нескладными и произвести даже пугающее впечатление. Но на планете Итор, у себя дома, они были исполнены таинственной, изящной красоты. Лея подняла в приветствии руки, то же самое сделал стоявший рядом Хэн. Их дети, трёхлетние близнецы Джесин и Джайна, двигавшиеся позади с их воспитательницей Винтёр, повторили за родителями приветственный жест. Малыш Анноген, держась за руку Джайны, оглядывался, расширив свои и без того круглые глаза. Из толпы выступили вожди кланов. Их было около дюжины. Рост Иторианцев колебался от двух до трёх метров, а цвет кожи изменялся от интенсивно-зелёного травяного оттенка до ярко-жёлтого тона, характерного для птицы пеллат. У них были крепкие шеи и Т-образные головы с широко поставленными глазами, светившимися спокойствием и умом.

«Ваше Высочество!» — Умво Мулис, представитель иторианцев по связям с Сенатом склонил голову и протянул свои длинные руки, выражая этим приветственным жестом одновременное подчинение и уважение. — «От имени всех жителей Итора приветствую вас на Часе Встречи… Вас, генерал Соло, вас, Учитель Скайвокер…»

Лея вспомнила, что и Люк должен присутствовать на церемонии. Вероятно, он находился где-то здесь, на платформе, позади неё. Действительно, он стоял, склонив голову в ответ на приветствие, молчаливый и сдержанный, окутанный своим одиночеством, словно плащом. Нелёгкое это бремя — быть Джедаем и идти только той дорогой, которой он обязан идти. Лишь в те редкие моменты, когда он улыбался, он становился опять тем живым светловолосым парнем — фермером, который некогда ворвался в тюремную камеру Звезды Смерти в заимствованных где-то блестящих доспехах и попытался представиться: «Ну, так вот… я — Люк Скайвокер».

В тени крылатой галереи Зала Встреч Лея заметила Чубакку, также прибывшего на дипломатический приём. Этот вуки был вторым пилотом, механиком и ближайшим другом Хэна со времён его контрабандистского прошлого. Двухметровая фигура, обросшая красноватым мехом, тщательно расчёсанным по такому торжественному случаю, невольно привлекала внимание. Тут же находился сверкающий золотистой отделкой коммуникативный робот Си-Трипио и меньший по размерам, приземистый технический робот Арту.

«Сколько было сражений!» — подумала Лея, вновь поворачиваясь к иторианской делегации. Сколько звёзд и планет, названий которых она временами даже не могла вспомнить. Иногда события прошлого возвращались к ней в ночных кошмарах, и она просыпалась в ледяном поту. Но после всех опасностей и страхов Республика была жива. Несмотря на сопротивление осколков Империи и сатрапов старого режима, продолжало расти число планет, избравших свободный и независимый путь развития. Здесь, в ярком блеске солнечного света, в атмосфере полного покоя этого чужестранного мира невозможно было себе представить, что они могли не победить.

Внезапно Люк резко обернулся. Какой-то звук донёсся с двухэтажной сводчатой галереи, окружавшей Зал Встреч, и Лея внезапно ощутила приближение ужасной опасности.

Раздался пронзительный крик:

«Соло!»

С верхнего этажа галереи с ловкостью дикого животного спрыгнула человеческая фигура. Приземлившись где-то посреди лестницы, незнакомец широко раскинул руки и устремился к тому месту, где стояли Хэн Соло и Лея. Иторианцы в ужасе хлынули в разные стороны. Лея уже видела совсем близко горящие сумасшедшим огнём глаза, грязную бороду с брызгами слюны вокруг рта, слышала хриплое дыхание. Ей показалось, что он не вооружён. Но уже в следующее мгновение она поняла, что для нападавшего это обстоятельство не имело решающего значения.

2
{"b":"12290","o":1}