ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Вероника смахнула с лица непослушную челку, обнажив миру сердитый взгляд. Лариса отметила про себя нечто общее между отцом и дочерью. Какое-то упрямое желание отстоять свою точку зрения и некую скрытую агрессивность. Кажется, и сама девушка знала об этом. Не исключено, что она постоянно думала, что никому не нужна из-за своей хромоты.

Но вот Вероника провела по лицу пальцами с серебряными ноготками, унизанными огромными серебряными кольцами с выпуклыми камнями, и как бы стерла с него злобное выражение. Лариса еще раз извинилась за вторжение и сказала, что ей осталось осмотреть ванную, а уж потом она освободит хозяев от своего присутствия.

Котова спустилась на первый этаж и увидела увлеченного работой Арифа. Он был весь в испарине и полностью погружен в себя. Лариса остановилась за спиной художника и стала рассматривать полотно. Это была одна из тех картин, про которую только автор знает, окончена она или нет. Лариса в жизни не видела ничего подобного. Среди клубов дыма вырисовывалась ссутулившаяся фигура типичного уркагана. На его голых плечах были вытатуированы погоны, а взгляд исподлобья не предвещал, как показалось Ларисе, ничего хорошего.

Картина была выполнена четко, в классической манере, и если бы не уголовный облик изображенного на портрете мужчины, то она вполне бы сошла за полотно какого-нибудь фламандца шестнадцатого века.

Ариф отступил чуть назад и наткнулся на Ларису. Окинул ее угрюмым, сосредоточенным взглядом.

– Что, нравится? – спросил он.

– Довольно интересно, – уклончиво ответствовала Лариса. – Как называется это полотно?

– «Некоронованный король», – задумчиво ответил Ариф. – Так что, вы осмотрели дачу?

– Да, спасибо, я закончила. Вы когда собираетесь съезжать?

– Не знаю, это не от меня зависит. – Вместо недавней сосредоточенности во взгляде Арифа появилось напряжение.

– Вы же говорили, что на днях, – напомнила Лариса.

– Может быть, через неделю, а может, и раньше, – рассеянно произнес Ариф.

– Через неделю, – донесся сверху голос Вероники.

Она, слегка прихрамывая, спустилась по лестнице, обошла мольберт и восхищенно воскликнула:

– Милый, ты просто гений! Это настоящий шедевр.

Она нежно обняла Арифа за плечи и посмотрела на него с тем обожанием, с каким дети воспринимают любимого и дорогого для них взрослого человека.

– Но мы съедем только в том случае, если ты окончательно скажешь «да», – продолжила девушка, не обращая внимания на Ларису и полностью сосредоточившись взглядом на Арифе. – На отца не стоит обращать большого внимания.

Ариф опустил голову и помотал ею. Тревога перекочевала из глаз к уголкам губ.

– Детка, я плохо соображаю, когда работаю. У нас все остается в силе, – тихо проговорил он. – В конце концов, это дом твоего отца, и мне здесь больше нечего делать.

– А как же я? Мы же поедем вместе! – жалобно, как козочка, заблеяла Вероника.

Лариса отметила, что с голосом дочери Буракова произошла какая-то метаморфоза. Там, наверху, она говорила решительно и уверенно, здесь же голос стал дрожать. Да и во всем облике девушки проскальзывала какая-то подобострастность, несамостоятельность.

– Куда же я без тебя, детка, – поспешил успокоить ее Ариф. – Едем вместе.

– Я счастлива! – тут же непосредственно воскликнула Вероника.

– Тебя нетрудно осчастливить. – В голосе Арифа зазвучало подобие иронии.

А Вероника, казалось, забыла о присутствии Ларисы, а может быть, оно ее и не волновало. Девчонка попыталась обнять своего возлюбленного, но тот легонько оттолкнул ее ребрами ладоней, расставив пальцы, чтобы не запачкать ее платье.

– Не прикасайся ко мне, – властно и в то же время спокойно сказал Ариф. – Я же грязный…

– Для меня ты самый чистый, самый святой! Я люблю тебя!

– Дурочка! – произнес Ариф не очень-то ласково.

– Люблю тебя, обожаю, сладкий мой…

Она приблизилась и поцеловала его в губы. Тот стоял и не сопротивлялся порыву ее страсти, расставив в стороны грязные руки. Он смотрел в сторону Ларисы. Его выразительные восточные глаза были широко раскрыты, а в них ясно читалось: «Черт, когда же она успокоится!»

В принципе, Котовой делать здесь больше было нечего, и она направилась в сторону выхода из дачи, размышляя над тем, что увидела. Не успела Лариса дойти до машины, как услышала позади цокот каблучков по деревянному настилу. Ее нагоняла Вероника своей неуклюжей походкой.

– Ариф сказал мне, что ваша фамилия Котова. Вы что, приехали шпионить? – жестко спросила она.

Не дождавшись ответа, она вдруг схватила Ларису за руку и начала трясти.

– Что вы хотите? Что я вам сделала? – изумленно и даже испуганно вскрикнула Лариса. – Я не собираюсь причинять вам неприятности!

– Зато вы в сговоре с моим отцом против любимого мной человека! Я слышала, как отец с матерью говорили про детектива Котову! Мне все ясно! А отец надоел мне уже со своими глупостями.

– Во-первых, это не сговор, просто меня попросили разобраться, – постаралась спокойно парировать обвинения Вероники Лариса. – А во-вторых, отец считает, что защищает вас.

– Он разрушает мое счастье, – упрямо стояла на своем Вероника. – А вы шляетесь по чужим домам и прикидываетесь бог знает кем.

– Я не шляюсь, – вдруг обиделась Лариса.

– Ладно, давайте обо всем забудем, – неожиданно переменилась в лице Вероника и упреждающе подняла руки вверх. – Давайте так – я вам дам двести долларов, а вы забудете все ваши поиски. Идет?

Лариса была несколько ошарашена таким поворотом дела, но постаралась не подать виду. Выдержав небольшую паузу, она осторожно спросила:

– Вероника, а вас что, не интересует биография вашего жениха?

– Все, что мне нужно, я знаю и без вас, – снова отрезала она, вернувшись к прежнему, недоброжелательному тону.

– А что именно вы знаете?

– То, что он обаятелен, талантлив и много испытал в жизни. А теперь, получив возможность спокойно заниматься живописью, он многого добьется. Я хочу помочь ему состояться в творчестве.

Наступила пауза. Лариса поняла, что разговаривать с Вероникой бесполезно – она во власти своих чувств и вряд ли прислушается к голосу разума, который в данный момент олицетворяла собой Котова. Она жила, постоянно находясь в какой-то эйфории, которая могла оказаться на самом деле похуже любого наркотика. Попутно Лариса отметила, что у Вероники – красивое сильное тело, и только хромота слегка портила ее.

– Ну что ж, в таком случае я желаю вам успехов, Вероника, – улыбнулась Лариса. – Не беспокойтесь, я больше не приду сюда. Всего хорошего.

Проговорив эти доброжелательные слова, Котова направилась к машине. Вероника осталась стоять на том же месте. Она, видимо, раздумывала, сказать ли ей что-нибудь или промолчать. Но так ничего и не надумала. Лариса уже выезжала на дорогу.

Глава 2

Перед глазами Ларисы все еще стояла маленькая любовная сценка, свидетельницей которой она стала на даче Буракова. Сейчас она возвращалась в Тарасов, и ей вдруг захотелось перекусить. Лариса посмотрела на часы и прикинула, что у себя в ресторане она будет только через полчаса. А может быть, и позже – возможны пробки на Астраханском проспекте, где ремонтировали дорогу. Поэтому неказистая вывеска «Экспресс-кафе», которая красовалась на пересечении автомагистрали и ответвления на Добряково, привлекла внимание Ларисы.

Обычно она не пользовалась услугами подобных заведений – ей, владелице элитного ресторана, такое просто не пристало. Но сейчас решилась – под ложечкой прямо-таки засосало от голода.

Едва войдя в помещение «Экспресс-кафе», Лариса ощутила запах жареного мяса. Впрочем, жареным его можно было назвать с большой натяжкой, скорее сгоревшим. На прилавке под стеклом Лариса обнаружила пирожки и беляши, приготовленные наверняка на уже несколько раз использованном подсолнечном масле. Присутствовали также котлеты сомнительного происхождения и пять видов пирожных. Также меню предлагало кур-гриль, цыплят табака, суп-харчо и салат из свежей капусты и моркови под амбициозным названием «Русская красавица».

5
{"b":"1234","o":1}