ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– А Олег Борисович дома? – поинтересовалась я, вспомнив о том, что бабки около подъезда видели его сегодня утром.

– Да, конечно, – обнадежила нас собеседница.

Когда мы разулись, женщина предложила нам тапочки, подобрав подходящие по размеру из стоящей в сторонке обуви.

– Олег! – громко крикнула она, но в квартире по-прежнему была тишина. – Проходите, – успокоила нас хозяйка и пригласила в гостиную, где мы уселись на кресла, стоящие в углу.

– Чай или кофе? – спросила она, как только мы с Маринкой уселись, и, получив ответ, ушла, оставив нас в полном одиночестве.

Я разглядывала обстановку в доме, обратив особое внимание на картины, висящие на стене. Маринка же предпочла подойти поближе и даже потрогала пальцем одну из них – масло по холсту.

– Подлинники, – неожиданно раздался мужской голос рядом, отчего Маринка даже вздрогнула.

Олег Борисович подошел бесшумно, поэтому мы его не заметили. Якушев был совершенно не похож на человека, который коллекционирует вещички из драгоценных металлов. По внешнему виду он скорее напоминал преуспевающего инженера шестидесятых годов, то есть человека, совершенно далекого от искусства. Очки в темной оправе на сморщенном лице, черные густые брови, седые отросшие волосы, тонкие, в ниточку, улыбающиеся губы и длинная морщинистая шея. Я очень внимательно рассмотрела его, обратив внимание даже на простенький костюмчик с претензией на деловой. Эстетически развитый человек, по моему мнению, должен следить за своим внешним видом, как, например, тот же Климачев, хотя и тому недоставало опрятности. Тем не менее Якушев с первого взгляда показался мне человеком неприятным, может быть, потому, что вошел он незаметно и застал Маринку врасплох, а, может, еще и потому, что в душе я, как ни уговаривала себя, принимала его если и не за грабителя, то уж заказчика кражи кубка точно.

– Якушев Олег Борисович! – представился мужчина, несмотря на то, что мы с Маринкой уже догадались, кто он.

– Ольга Юрьевна Волокина, – объявила и я свою фамилию, имя и отчество. – Может быть, мой приход несколько внезапен, но я хотела бы обратиться к вам, как дилетант к профессионалу.

– Я себя профессионалом ни в одном деле не считаю, – поскромничал Якушев.

– Я с недавнего времени занимаюсь коллекционированием предметов из драгоценных металлов, – начала я сразу свое объяснение, чтобы не затягивать нашу беседу, содержание которой я уже обкатала на Прядилине.

– Позвольте не согласиться с вами, Ольга Юрьевна, – сказал Якушев, внимательно дослушав меня до конца. – Каждая вещь имеет свою ценность, только вот величина ее зависит от многих факторов.

– Вот, например, у меня была статуэтка из золота работы малоизвестного автора, которую я впоследствии обменяла, – продолжила я разговор. – Я обменяла ее на столовый прибор, в котором равноценно содержание золота. А оказывается, работы Куницина ценятся гораздо выше!

– Кого? – переспросил Якушев, что насторожило меня.

– Куницина! – четко повторила я.

– А откуда вам известна истинная ценность творений Куницина? – заинтересовался Олег Борисович.

– Вы разве не слышали о попытке кражи колье из выставочного зала московского музея? – напомнила я. – Это колье было изготовлено именно Кунициным, и преступников интересовало только оно.

– Слышал я об этом происшествии, – подтвердил Якушев. – Вот только я не уверен в том, что колье интересовало преступников по той причине, что автором его является Куницин.

– Почему? – вскрикнула Маринка, молчавшая до этого момента.

– Как коллекционер я интересуюсь экспонатами всех музеев, особенно известных, – объяснил Олег Борисович. – Конечно же, колье заинтересовало меня уже потому, что оно вместе с некоторыми другими экспонатами было подарено частному музею одним известным коллекционером, у которого, кстати, несколько десятков лет тому назад и мой дед выкупал какие-то вещички. Вилочиев! Может быть, вы слышали такую фамилию среди коллекционеров?

– Нет, – честно призналась я, а Маринка только отрицательно замотала головой.

– Так вот, самому Вилочиеву колье досталось в подарок от непосредственного его владельца, какого-то русского графа, фамилия которого, к сожалению, неизвестна, – продолжил Олег Борисович. – У этого графа был комплект женских украшений, состоящий из серег и колье из чистого золота работы Куницина.

В какой-то момент я догадалась, к чему ведет Якушев, вспомнив то, о чем рассказывал мне Климачев, поэтому до конца выслушала историю только из вежливости.

– Вы считаете, что колье украдено хозяином серег, чтобы восстановить комплект? – догадалась я, как только Якушев замолчал.

– Да, именно эту версию я считаю разумной, – признался собеседник.

– С другой же стороны, возможна охота именно за работами Куницина, – тут же предположил Якушев. – Значит, работы Куницина стоят гораздо больше, чем я предполагаю. Неплохо было бы иметь у себя в коллекции пару-тройку вещей этого мастера! В крайнем случае, их можно и обменять!

Мы с Маринкой сразу же переглянулись, сочтя это заявления Якушева подозрительным. Сам же Олег Борисович не придал этой фразе никакого значения.

– А на данный момент у вас в коллекции нет работ Куницина? – поинтересовалась я, хотя не надеялась на то, что Олег Борисович честно ответит на мой вопрос.

– Нет! – солгал Якушев.

– А можно ли посмотреть вашу коллекцию? – попросила я.

– Конечно, вот только хранятся у меня все экспонаты не здесь, разумеется, – уклонился Якушев. – Если вам так интересна моя коллекция, можете подъехать на другую мою квартиру, в центре города, где она и хранится.

– А адрес можно у вас узнать?

– Ольга Юрьевна, вы его можете посмотреть во многих периодических изданиях нашего города, – ответил Якушев. – Где-то через месяц я устрою выставку моих экспонатов на своей квартире. Слишком дорога арендная плата, если бы я снимал помещение. Так что через месяц милости прошу вас в мой выставочный зал!

Я поднялась с кресла, чтобы попрощаться с Якушевым. Олег Борисович встал почти одновременно со мной.

– Ольга Юрьевна, а мне бы хотелось посмотреть на вашу коллекцию, – сказал он.

– Она настолько незначительна, где уж мне тягаться с вами… – уклончиво ответила я.

– Качество иногда бывает важнее количества, – заметил Олег Борисович.

– Я вас когда-нибудь приглашу к себе, – пообещала я.

Попрощались мы здесь же, в гостиной, так как Олег Борисович позвал открывшую нам дверь женщину.

– Сонечка, проводи, пожалуйста, девушек, – предложил он хозяйке дома, когда она вошла в гостиную.

– А у меня уже почти готов кофе, – растерянно сказала та.

– Ты, как всегда, опаздываешь, – укорил ее Олег Борисович.

Он еще раз попрощался и вышел из гостиной. Женщина же проводила нас с Маринкой до порога и закрыла за нами дверь.

Усаживались мы в машину под пристальными взглядами старушек перед подъездом, количество которых не только не уменьшилось, но явно стало больше, я ощутила на себе заинтересованные взгляды, но не придала им никакого значения.

– Этот Якушев показался мне подозрительным, – сделала вывод Маринка из нашей встречи с Олегом Борисовичем, едва мы отъехали от его дома.

– Я почти уверена, что он замешан в этом деле, – согласилась я с подругой. – На это указывает многое в его поведении. Мало того, что он знаком с творчеством Куницина, так у него еще хранится одна из его вещей, что он почему-то отрицает.

– А как умело он подкинул свою версию насчет колье, которое пытались украсть с выставки музея, – напомнила Маринка.

– Я бы тоже придерживалась этой версии, если бы не было ограбления Климачева, – напомнила я.

– По-моему, и сотрудники правоохранительных органов придерживаются именно этой версии, – добавила Маринка.

– Откуда ты знаешь? – насторожилась я.

– Сужу по тому, как было преподнесено это событие в печати, да и у нас в «Свидетеле». Везде одна обоснованная версия.

– Кстати, по-моему, расследование поручили нашему давнему другу и сотруднику майору Здоренко, – заметила я.

7
{"b":"1239","o":1}