ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Ругия внезапно скончалась в день первого «боя» ее отца — вооруженного ограбления торгового каравана в долине Бадр. Не была ли ее смерть результатом ужасного открытия — что между мекканскими проповедями отца, которые она еще помнила, и его практическими делами в Медине пролегла непреодолимая пропасть? И — не преодоленная до сих пор.

Во имя Аллаха милостивого, милосердного!

Когда солнце будет скручено, как лист, и оно погаснет, когда рассыплются на искры звёзды, когда горы, казалось, вечные, сдвинутся с привычных мест, когда выйдут моря из берегов, когда небо будет сдёрнуто, как покрывало, когда ад будет разожжён, а рай приблизится, когда раскрыты будут все книги жизни — только тогда увидит каждая душа, что принесла она в этот мир — сколько добра, и сколько зла.

И, клянусь планетами, которые движутся обратно (явление «ретроградности планет» — Меркурий, Венера, Марс, Сатурн и Юпитер временами, как кажется с Земли, движутся по своим орбитам обратно), то являясь взору, то скрываясь, клянусь ночью благословенной и утренней зарёй, что слова Корана принесены вам ангелом, который обладает силой при великом троне. А посланник Божий принимает у него это послание и читает вам. Нет, он не одержим.

Он ясно видит ангела на горизонте и принимает откровение. Нет, это не речь сатаны, как кто-то осмелится сказать.

Куда же вы идёте? Послание это — напоминание тем, кто желает идти прямым путём. Но вы это не пожелаете, если не пожелает того Аллах.

Заметки на полях: тут снова мы видим мысль о том, что люди не пожелают идти прямым путем, пока этого не пожелает Аллах. Получается, что ответственность за то, что мы пойдем «кривым» путем, лежит не на нас самих. Это положение отрезает мусульманину путь к самосовершенствованию.

Во имя Аллаха милостивого, милосердного!

И вот раскололись небеса, звёзды превратились в мириады искр, а моря вышли из берегов. Захоронения открыли Нам хранящиеся в них души. И каждая душа узнала истину о том, как на земле жила.

О, человек! Что же в заблуждение ввело тебя, если предупреждал Аллах, что этот день настанет? А ты слова эти отбросил, не поверив. Но ангелы записывали твои дела.

Благочестивые будут жить в раю, а грешники попадут в огонь. И никто из грешников не избежит судьбы.

День воздаяния — это день, когда никто не сможет помочь другому, власть в этот день над всеми душами будет у Аллаха.

Во имя Аллаха милостивого, милосердного!

Горе тем, кто обманывает других, обвешивая. А ведь сами не хотели бы, чтобы с ними поступали так. Неужели они не думают о судном дне, когда придется отвечать за свои поступки?

Деяния тех, кто обманывает других, хранятся в начертанном сиджжине (новообразованное слово, которых немало в Коране. Означает книгу жизни грешников), вблизи от ада. Горе же в день суда обвиняющим во лжи! Выгодно считать это ложью тем, кто преступил границы. Они будут гореть в аду.

И, напротив, добрые дела хранятся в иллийуне (слово-новообразование: книга праведных дел), рядом с раем. И тот, чьё имя там записано, окажется в раю. Там праведники будут жить в прохладе и пить нектар с ароматом мускуса, смешанный с водой из источника тасним (слово-новообразование: источник райской воды).

Грешники смеялись над теми, кто уверовал — что они, мол, впали в заблуждение. Однако нет заступников у неверующих, и в день страшного суда смеяться будут верующие. А неверующим воздастся по заслугам.

Слово, превратившееся в меч

Мы постепенно приближаемся к концу Корана — остались короткие суры, почти все — мекканского происхождения, за исключением 98-й и 110-й. Параллельно завершим рассказ о деяниях Мохаммеда.

В Медине он взялся за меч, тогда как раньше его оружием было слово. И начал с ограбления мекканских торговых караванов. Мы уже говорили, что мусульмане назвали эти «бои» «джихадом» — боями за веру, а убитых грабителей — «шахидами», т.е., людьми, положившими жизнь «на пути Аллаха». Эти неискренние оправдания деяний Мохаммеда отворачивают от ислама даже мусульман.

Этим лицемерием в дальнейшем будет пропитаны многие стороны мусульманской религии. Правда, и понятие лицемерия будет извращено. Мы привыкли думать, что лицемерие сродни двуличию. А Мохаммед наделял этим эпитетом тех, кто отказывался грабить караваны, рисковать своей жизнью для получения грабительской добычи. Выработался, как видите, особый, двойной словарь: шахиды — борцы за веру, на самом деле нередко грабители; джихад — война за веру, на самом деле ограбление или уничтожение мирных племен; лицемеры — «неверные», на самом деле не желавшие тогда, как и сейчас, принимать участие в преступлениях.

«Официальный» ислам требует, чтобы мусульмане во всем подражали Мохаммеду. Неспроста их раньше называли магометанами. Мы вправе разделить тех, кто называет себя мусульманами, на два общества — это собственно мусульмане и магометане. Подражать Мохаммеду считают нужным и возможным только магометане. Они агрессивны, они редко говорят об Аллахе, зато часто, с благоговением, произносят имя Мохаммеда. Что самое страшное — если возникает ситуация, когда человек стоит перед выбором: считать то или иное положение религии ошибкой Мохаммеда, или ошибкой Бога — они выбирают второе, правда, не говоря об этом прямо. Их бог — не Аллах, а Мохаммед. Непогрешимый и правильный, несмотря на очевидные факты биографии. Чем не язычество, чем не идол?

Одиннадцать жен и неподсчитанное число невольниц; выделение пророку именем Бога большей доли грабительской добычи; массовые убийства мирных людей; утверждение, что мусульманская религия превосходит другие религии; правило, что можно убивать всех, кто не исповедует ислам; такое явное кощунство, как разрешение от имени Бога совершать пророку грехи; включение в Коран рассказов о гаремных его делах; наконец, превращение мудрого послания от Бога в учебник ненависти — здравый смысл не может принять всего этого. А если кто-то принимает, пусть признается хотя бы в том, что для него образ Мохаммеда затмевает мудрость Аллаха.

Как можно воспитывать своих детей так, чтобы они подражали Мохаммеду? Учить их несдержанности, жестокости, грабежам, несправедливости, вражде с иными народами? Конечно, ни один нормальный человек не станет диктовать такие деяния своим детям. Следовательно, «закон» мусульманства о подражании Мохаммеду постепенно сойдет на нет, иначе быть не может. И одновременно — соответствующие положения Корана, которые изречены от имени Аллаха.

Из-за противопоставления себя иным верованиям, утверждения превосходства мусульманской религии над остальными, из-за того образа ислама, который создан неприемлемыми деяниями Мохаммеда, наконец, из-за откровенного стремления к мировому господству — мы, мусульмане, порицаемы другими народами. Но нашей совести на «выручку» приходит еще один «урок», который нам преподносится ортодоксами — не стоит, мол, обращать внимания на мнение людей иных верований. Круг замкнулся.

Жизнь на Земле постепенно интегрируется благодаря развитию бизнеса, телекоммуникаций, туризма. Мусульмане видят мир, получают знания. Никто из них, проучившись в МГУ или Гарварде, не будет верить в глупости вроде того, что молоко у коровы образуется в желудке, рядом с калом и мочой, что грешники будут в аду пить гной и кипяток, что на одном крыле мухи болезнь, а на другом исцеление, что солнечное затмение — это знак страшного суда. Не смогут они назвать террориста шахидом, «алима» с его, в лучшем случае, благоглупыми «трудами», в худшем враждебными — авторитетом для себя.

Не связанные со здравым смыслом стороны ислама держатся благодаря тем, кто не приучен думать. Но думать приходится, хоть это и опасно — любое сомнение в правдивости даже «идеологов» ислама, не говоря уже в точности Корана и святости Мохаммеда — приравнивается к вероотступничеству. В итоге мусульмане постепенно отворачиваются от ислама, становятся конформистами, принимают иные религии или становятся атеистами.

116
{"b":"1249","o":1}