ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Библиотека рядом со столовой. Неужели захотелось почитать? – спросил Ноэль, не оборачиваясь.

– Представляете, да… Такой вот неистребимый атавизм.

Название “библиотека” говорило о непомерном самомнении хозяйки. Подозревать в амбициозности хозяина Платон не стал. Во всей “библиотеке” Атлантида насчитал семнадцать экземпляров электронных книг. Третьим номером ему попалась пьеса “Троил и Крессида”В. Шекспира. Английский оригинал с переводом на космолингве плюс еще двенадцать переводов на максимально распространенные галактические языки. Наверняка, глядя на эту книжку, современные писатели умирают от зависти. Четырнадцать языков! И у каждого свои нюансы, своя палитра. Как будто книга рождается не один, а четырнадцать раз. Не умножение, но возведение в степень. А что осталось нынешним словоплетам? Давиться пастообразной универсальностью космолингв и мечтать… не о степенях и возведении, а о лишней сотне кредитов за включение очередной “звездной баланды” в сеть тахионной связи.

Стоп! Атлантиду будто окатило из контрастного душа. Кресс – это Крессида. “Троил и Крессида”. А Ноэль… Сомнительный археолог-тезка автора детской книжки… Его супруга (или подруга) – тезка шекспировской героини.

Таких совпадений не бывает! Вывод напрашивался сам собой, простенький, как формула неопределенности Гейзенберга: их имена – наскоро придуманные псевдонимы.У Атлантиды не было сейчас связи, чтобы проверить догадку. Да и зачем проверять? Возможно, на эти имена уже созданы нужные файлы, возможно даже, они числятся в каком-нибудь списке Тысяча Сорок Седьмого Университета Галактического мусора, что с того? Все равно эти двое – самозванцы. И вопрос только в том, кто прикрывается неуклюже разработанной легендой. Ответа Атлантида пока не знал. Но ни в коем случае нельзя показать им, что он догадался. Перед ним парочка галактических жуликов экстра-класса. Их обаяние удобная маска, их аристократизм – наживка. Они используют Платона в своей игре с небрежностью искушенных кукловодов. А вот какова игра-неизвестно. Но ставка в игре – Немертея. И ставка велика – тут сомневаться не приходилось.

Атлантида отложил книгу, будто не приметил странного совпадения. Да и с какой стати ему читать старика Шекспира? В его генетически уплотненной памяти хранится как минимум половина текстов великого англичанина. Говорят, на Британии-7, заселенной в основном потомками выходцев с туманного Альбиона, в школьную программу по литературе включен один Шекспир. Школьники изучают его пьесы с первого по двенадцатый класс. А потом долбят еще пять лет в университете. И эти бедняги не слышали о Толстом и Достоевском, Булгакове и Александре Бушкове. Да, Британия-7 верна традициям, как и все остальные Британии.

Но оставим ее в покое и вернемся к Немертее. В библиотеке специализированных книг по сей планетке не было – не удостоилась Немертея подобной чести. А вот по Малому Магелланову облаку книга нашлась. Платон уселся в кресло и принялся изучать находку. Итак, что мы имеем? Глава по Немертее оказалась крошечной – не больше истории XXI века в школьной программе. Глава, посвященная Ройку, – огромна, как история Второй Галактической Конкисты. Атлантида заглянул в список составителей. Так и есть: профессор Брусковский и здесь приложил свою руку. Труды сего ученого мужа расползались по Вселенной, как плесень по головке рокфора. Профессор Рассольников представил ломтик сыра на фарфоровой тарелке и облизнулся. Да-да, настоящего рокфора с “Галлии-12”, на настоящей фарфоровой тарелке с той же планеты. Помнится, один материк там называется “Рокфор”, а другой “Камамбер”, и уже в космопорте пахнет соответственно…

Атлантида направился к себе. Проходя по коридору мимо комнаты Кресс, остановился. Он и сам не знал – почему. Шестое чувство или гений-покровитель велел: стоять. Говорят, Сократ постоянно слышал тоненький голосок, внушающий ему, что делать.

Вот и Платон, подобно Сократу, порой слышал внятный шепот… Но не в этот раз. Из комнаты хозяев доносились вполне реальные голоса. Но принадлежали они явно не Крессиде и Ноэлю. Говорили какие-то другие люди (или гуманоиды), и язык был Атлантиде неизвестен. Напрасно он рылся в памяти, пытаясь припомнить хоть что-то… Ничего.

Никаких аналогий. Язык, на котором беседовали трое – именно столько незнакомых голосов насчитал Атлантида, – был совершенно чужд всем наиболее распространенным наречиям Галактики. Даже на язык сукки не походил. А уж этот отличается от космолингва больше других.

Платон набрался наглости и без предупреждения распахнул дверь в комнату Кресс. Она сидела на кровати в длинном шелковом пеньюаре. Рядом, заложив руки за голову, лежал Ноэль. Он был наг, если не считать небрежно наброшенного на бедра махрового халата. И, кроме них, в комнате никого не наблюдалось. Компьютер выключен – Рассольников первым делом бросил взгляд на его дисплей. А неизвестные между тем продолжали болтать. Сейчас звучал низкий женский голос. И хотя Атлантида не понимал ни слова из того, что пыталась донести до слушателей неведомая и невидимая девица, он был уверен, что она чем-то чрезвычайно взволнована. Голос ее дрожал от возмущения.

– Вы не очень-то любезны! – воскликнула Кресс, вскакивая с кровати.

При этом полы шелкового пеньюара распахнулись, и на обозрение археологу предстали все ее прелести. Зачем она носит эти дурацкие тряпки? Ее загорелая гладкая кожа была восхитительной.

– Могли бы постучать! – Она окинула его наигранно гневным взглядом и запахнулась, хотя и не слишком поспешно.

В отличие от нее, Ноэль не возмутился, он лишь повернул голову в сторону гостя и дернул плечом – будто тайком вытащил пробку из стоящей под кроватью бутылки. Что означал его жест, Платон не понял. Зато таинственный голос смолк.

– Я услышал женский крик. Показалось, что вы зовете на помощь!

Платон соврал лишь наполовину – женский голос он в самом деле слышал, и в нем звучала явственная мольба. Но вряд ли эти вздохи и всхлипы можно принять за крик…

– Да? Я кричала? – Спросила как-то странно, будто сама сомневалась кричала она или нет. – Ничего, признаться не слышала. Ноэль, а ты? Тот пожал плечами, давая понять, что вопрос глуп.

– И как же я звала на помощь?

– Кю… бю… р-р-р… сдам… – повторил Атлантида наиболее часто встречавшееся словосочетание среди трагических фраз неведомой особы. – И что это значит?

– Понятия не имею.

– А я думаю, это значит: убирайся вон!

Она схватила незваного гостя за плечи, повернула и вытолкнула в коридор самым бесцеремонным образом.

Еще одна тайна – Платон почти не удивился. Он пожал плечами – дурацкая привычка Ноэля против воли привязалась к нему – и направился к себе. – А ну-ка, дружище, – приказал он электронному умнику, – переведи-ка мне на космолингв фразу: кю бю р-р-р сдам… Язык гуманоидной группы – все, что могу тебе поведать. А дальше действуй сам.

– Слишком мало информации для решения задачи, – ответил комп после пятнадцати минут непрерывной трескотни.

– Убожество, и зачем я грохнул на тебя столько кредитов?! – вздохнул Атлантида и занялся найденной в библиотеке книжкой профессора Брусковского. Первым делом он “кликнул” раздел “Немертея”.

И вот что прочел:

"Типичный пример посредственной цивилизации, застывшей в своем развитии на тысячелетия. Причина тому – создание массового производства на раннем уровне цивилизации. Унификация и взаимозаменяемость, единая система…” А дальше прочесть не успел. Потому что злополучное творение Брусковского взорвалось у него в руках. Буквально. В лицо полыхнуло белым светом, и кожу обдало жаром. Рук в первое мгновение Платон просто не чувствовал… Зато почувствовал запах дыма, точнее – горящего армированного трионного хлопка, из которого был сделан комбинезон. Археолог услышал пронзительный визг защитных датчиков, и на него вылилось нечто вроде комбинированного душа – весь комплекс пожарно-защитных экскрементов до смерти перепуганной системы защиты дома. Атлантида брезгливо отряхнулся, как пес после купания. Он всегда считал, что излишнее очувствление жилищных объектов ни к чему хорошему не приводит.

20
{"b":"1252","o":1}