ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Не спится… – сказал Платон. – Вот и решил зайти поболтать.

– Мне не до болтовни, – отрезала женщина.

– Я слышал музыку, – начал было он. Она не потрудилась ответить и захлопнула перед его носом дверь.

– Музыка была восхитительная… Почти что Моцарт! – крикнул Платон в закрытую дверь – он был уверен, что Кресс его слышит.

Но ответа не дождался.

2

До рассвета оставалось меньше двух часов. Стоило еще спокойно поспать, но сон улетучился. Каждую клеточку пронизывала радостная энергия, дадае усидеть на месте было трудно, казалось, будто кто-то постоянно толкал в спину. И это ощущение не проходило, а, напротив, с каждой минутой возрастало. Атлантида вернулся к себе. Экран компа был темным, но на управляющей панели светились зеленые огоньки. Комп работал…

– Неужели забыл тебя выключить? – поинтересовался Платон.

– Я включился автоматически. В случае поступления неопознанных сигналов я запрограммирован на включение, – напомнил комп.

– Ну и что же ты обнаружил? Надеюсь, я не зря выложил за новую программу триста кредитов!

– Звучало пятьдесят два различных музыкальных инструмента, не подлежащих идентификации и сто сорок два голоса диапазоном в четыре октавы.

– Каждый голос был диапазоном в четыре октавы или…

– Каждый голос… – уточнил комп.

– Где именно звучали голоса?

– Этого мне установить не удалось.

– Ты записал музыку?

– Записал.

– Воспроизведи…

Комп попробовал. Красиво. Но не так, как прежде. Эффект был совершенно иной. На всякий случай Атлантида выглянул в коридор. Коридор остался обычным коридором старомодного дома в стиле начала Второй Конкисты.

– Помолчи… – велел Платон.

Все, что он сумел выяснить, так это то, что музыка ему не приснилась. И это странное возбуждение, охватившее его с первым звуком музыки, которое все возрастало, теперь стало медленно гаснуть. Так же медленно, как гаснет розоватый пелорский закат…

Атлантида прошелся по комнате. Ему хотелось, чтобы музыка зазвучала вновь. Немедленно хотелось перекопать всю планету. Вытащить из почвы все, что можно, и даже то, что откопать в принципе нельзя. Еще хотелось срочно надавать кому-нибудь по морде. Кому – он точно не знал. Абстрактно хотелось – и все. Потому что никто не вызывал раздражения – даже профессор Брусковский. Разумеется, копать на Немертее опасно. Чтобы это понять, не надо было обладать интеллектом Сократа или Спинозы, достаточно мозгов и Платона Атлантиды. Идти на пролом не следовало, лучше придумать отвлекающий момент и решить, чем можно пожертвовать. Так чем? Или кем?.. Приносить в жертву новенький F-5 5001 профессор не собирался – достаточно, что вчера он был готов заплатить за услуги хирурга с Ройка – безумство, которого Рассольников от себя никак не ожидал. Лучше всего отправить на разведку старенькую модель 2000 робота-землесоса – тогда, может быть, удастся обойтись минимальными потерями. Все, что требуется от этого железного парня (на самом деле не железного, а состоящего из композитных материалов) – так это тихо-мирно урчать в воронке, высасывая землю вокруг колодца и ожидать немирных действий со стороны неизвестных сил противника. Атлантида же планировал расположиться на соседнем холмике и понаблюдать, что произойдет со злополучным роботом. Как скоро прилетит вражеская ракета, вражеский глайдер или еще что-нибудь вражеское и уничтожит копателя.

Это был его первый шаг. Второй – запустить мини-глайдер для автоматической съемки над соседними холмами. Деревья вдоль “Аппиевой” дороги посажены тысячу лет назад. Значит, десять столетий назад Четвертое царство было еще живой цивилизацией. И если сделать вокруг раскопок Крессиды и Ноэля аэросъемку в инфракрасных лучах, где будут зафиксированы цветовые изменения растительных остатков в почве, то наверняка по снимкам нетрудно будет определить где вести дальнейшие раскопки. На месте воронки раскапывать уже практически нечего. Но стоит поползать и там – пусть робот на рабочем лотке отсортирует извлеченные находки, отделив их от песка и почвы. Разумеется, это очень грубая сортировка – мелкие предметы будут выброшены, но куски, покрупнее застрянут в контейнерах-накопителях.

Все эти мысли отнюдь не последовательно, но сразу потоком пронеслись в мозгу Платона. Сейчас он чувствовал себя почти гением и мог бы, как Гай Юлий Цезарь, выполнять несколько дел сразу.

Атлантида связался с Андро, разумеется, разбудил и, не обращая внимания на ее возмущение и даже не извинившись, рассказал о планируемой операции. То ли она хотела спать, то ли из-за ограниченности кругозора она не проявила к его планам никакого интереса. Сама она будет копать внутри стены, а Платон пусть занимается, чем хочет. Судя по всему, холмы ее не интересовали. Зато они интересовали Ноэля и Крессиду.

Уже к рассвету все нужное оборудование было перевезено из челнока и загружено в глайдер. Не раз Атлантида проклинал дурацкую систему, по которой внутри городской стены требовалось передвигаться на вездеходе, а снаружи – по воздуху. Выручала лишь антигравитационная тележка. Потом дела пошли и вовсе простые – запрограммировать Двухтысячный и мини-глайдер, приготовить контейнеры-накопители и отдать команду бортовому компу. Занятый всеми этими делами, Платон начисто забыл про такую важную вещь, как завтрак. А Кресс и не вспомнила об обязанностях гостеприимной хозяйки. Впрочем, в ее положении это было простительно. Заглянув на кухню, Атлантида застал кухонный агрегат за утилизацией невостребованного завтрака – судя по всему Крессида даже не спускалась вниз. На управляющей панели горела надпись: “Ленч для трех персон”. Вряд ли Ноэль в его состоянии мог что-то съесть. Поэтому археолог прикинул, что мог позавтракать за двоих. Все Дело в том, что он не собирался возвращаться сюда днем.

Напрасно Атлантида обозревал кухню в надежде обнаружить остатки завтрака-пунктуальный робот все уже скинул в отбросы. – Нельзя ли заказать новый завтрак? – поинтересовался Платон у кухонного компа. Тот вопрос проигнорировал, манипуляторы кухонного комбайна продолжали перемалывать то, что когда-то было вполне приличной едой. – Пожрать сейчас можно? – заорал Атлантида.

– Изменение программы не предусмотрено, – сообщил наконец кухонный агрегат и издал какой-то звук, похожий на смех.

Платон выругался и направился наверх – в комнату Кресс. Она открыла ему сразу же – видимо, не спала. Вид у нее был не очень. Волосы не расчесаны, на веках – струпья вчерашней несмытой краски. Да и сами глаза красноватые, мутные. От нее здорово несло перегаром. Но таблетку Крессида принять даже не потрудилась.

– Ну что надо? – спросила она не особенно любезно.

– Как Ноэль?

– Дерьмово.

Атлантида кашлянул. Кресс уже собиралась захлопнуть дверь, и тогда он спросил:

– А у тебя есть самый простой кофейник? Вместо этого дурацкого агрегата…

– Ха! – Она раздвинула губы, изображая усмешку. – Жрать захотелось?

– Вообще-то это естественная потребность организма.

– Ладно, ходячая потребность… Не говори о потребности… этого не простят… – проговорила она нечто совершенно не понятное, а потом добавила:

– Скажи агрегату: автономный режим. А дальше заказывай кофе с бутербродами… или что там еще…

– Как я сам не догадался!

– Потому что ты гений, – сказала она без всякой насмешки и захлопнула дверь.

После произнесения указанного волшебного пароля агрегат выдал все, что потребовал Платон: кофейник с кофе, пакетик со сливками, бутерброды с сыром и ветчиной и даже несколько плиток шоколада.

Атлантида на всякий случай облазал все шкафчики, лелея смутную надежду, что в одном из них может найтись бутылка текилы. Бутылка нашлась, но, увы, пустая. Несколько секунд Платон созерцал ее с неизмеримой тоской. Пришлось довольствоваться кофе и парочкой бутербродов.

Он вдруг подумал, что как-то нехорошо получается: он сейчас уедет, а Кресс останется в доме одна. Что она будет делать… Паскудно все получается… Паскудно. Иного подходящего слова для характеристики ситуации не находилось.

26
{"b":"1252","o":1}