ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Замок из стекла
Рабы Microsoft
Революция в голове. Как новые нервные клетки омолаживают мозг
Околдовать и удержать, или Какими бывают женщины
За пять минут до
Музыка ночи
Сломленный принц
Патологоанатом. Истории из морга
Жизнь в моей голове: 31 реальная история из жизни популярных авторов

– Нам никак нельзя уединиться? – спросил Платон, похлопывая по обтянутым сверкающей белой тканью ягодицам мадам Корман.

Стато, сопровождавший, как всегда, археолога, благоразумно откатился в сторону. Но при этом пялился во все глаза на Елену.

– Нет, мой друг! – она чмокнула его в щеку. – Я надеялась. Но ты слишком припозднился. Посадка на челнок заканчивается через пятнадцать минут.

– Зачем ты прилетела?

– Меня вызвал на сутки господин Бреген…

– Что значит – вызвал? – не понял профессор Рассольников.

– То и значит. Как ты думаешь, зачем одинокий мужчина вызывает к себе красивую женщину и платит ей сто тысяч кредитов плюс расходы на проезд?

Атлантида почувствовал во рту какой-то противный химический вкус. Будто он разжевал, но забыл проглотить целую упаковку экотаблеток.

– Ты что… прилетела сюда, чтобы…

– Друг мой, помни, мы ничего друг другу не обещали.

– А меня-то ты зачем позвала?! – Платон разозлился.

– Просто захотелось тебя увидеть. А ты разве не рад нашей встрече? Или ревнуешь? – Она рассмеялась. – Дорогуша, да ты ревнуешь?! Тони, ты неподражаем.

– При чем тут ревность? – Он тоже попытался рассмеяться, но не получилось.

– Ты очаровашка, Тони! Передай привет сержанту. – Елена чмокнула его в губы и пошла, покачивая бедрами, к челноку. Сверкающая белая ткань меняла оттенки при каждом движении и…

Платон несколько секунд смотрел ей вслед, потом кинулся догонять.

– Тебе ничего не удалось узнать про Кормана? Что-нибудь новенькое…

– О боже… – Елена скривилась, будто проглотила что-то кислое. – Как вы мне надоели… Корман… Корман… твердите, как попугаи! Ничего я о нем не знаю!

Ничего! Он сдох, не оставив мне ни гроша. И это последняя новость, которая что-то да значит…

Она вошла внутрь челнока. Стюард загородил широким плоским телом дорогу археологу. Елена даже не махнула рукой на прощание.

– По земным стандартам она красивая? – мечтательно спросил Стато.

– Очень.

– Я так и думал. А какая женщина из земных считалась самой красивой?

– Елена Прекрасная. – Археолог едва сдерживал ярость. На что он истратил день? Он мог бы поискать сокровища храмов на острове Волка. А вместо этого его кликнули, как собачонку, чтобы сообщить, что любовница ему изменила.

С хмурым видом он вышел из здания космопорта. И вдруг увидел, как к нему мчится на кресле Стато. Под мышкой у стража был зажат пакет.

– Ваша дама велела вам передать.

– Что это? – изумился археолог.

– Не знаю. Но она сказала: «Не выбрасывать же!» и попросила отдать вам.

Платон повертел пакет в руках и сунул в карман. Ему не хотелось сознаваться самому себе, что эта встреча его расстроила.

Поднимая глайдер с посадочной площадки, Платон бросил взгляд на соседние острова. Три небольших клочка суши, отделенный друг от друга проливами, были все утыканы одинаковыми белыми домиками. Новенькими, аккуратными, чистенькими. От домиков вниз к воде шли наклонные желоба. Поселения тритонов, – догадался Платон. Да, для тритонов эта планета – рай после их отравленного многолетней войной мутного болота. Вот только что они будут делать с отходами брегенских «кротов»?

***

– Странная вещь, – рассуждал профессор Рассольников, развалившись в адаптивном кресле. – Рядом с плитами, которым пять тысяч лет, валяются осколки рельефов, которым не больше сотни. А манера исполнения одна и та же. Что это? Задержанное в своем развитии общество? Или кто-то пытался копировать древние изображения? Или создавал дешевые подделки? Подделки, которые музей почему-то объявляет древними артефактами и платит хорошие деньги, рискуя своей репутацией…

– Я тут отыскал десяток шикарных виртуальных красоток на секс-сайте, – сообщил Дерпфельд. – Заказать для тебя какую-нибудь киску?

– Оставь себе всех… Что-то не сходится. Я чувствую – тут загадка.

– Твоя Елена на сайте тоже есть. Секс с виртуальной Еленой Прекрасной, стоимостью двадцать пять кредитов. Ого! Может быть, она именно так заработала десять миллиардов для твоего друга Кормана? Учитывая численность населения Галактики, то…

– Что ты хочешь сказать?

– Виртуально ее трахало все мужское население Галактики. И часть женского. А физически – ты и Корман. Или, вернее, Корман и ты. Нет, гипотеза не срабатывает… на сайте есть счетчик. Рейтинг виртуального вожделения. Елену заказывали всего тысячу семьдесят два раза. Виртуально она не столь сексапильна, как живая.

– Она прилетала на свидание к Брегену, – сообщил Атлантида.

– Я знаю. А ты, кажется, недоволен ее успехом?

– Найди себе сиреневого осьминога из созвездия Ориона, получишь кучу удовольствия.

– Межзвездная клубничка не в моем вкусе.

– Тогда не отвлекай меня. И не мешай думать.

– Ты не о том думаешь.

– Над чем же, по-твоему, я должен размышлять?

– Ни над чем. Расслабься. Или прикинь, все ли мы учли…

Все ли учли? Платон нахмурился. А что они учитывали? Путешествие по Хрустальному лабиринту. Разрыв в два года. Корман был на Эгейском море… Корман нашел… Стоп… Что он нашел, неизвестно. Нашел то, что стоит десять миллиардов. Пробыл на планете месяц, взял охрану… Карта… Остров Дальний… Таинственный Джи-джиду… Стоп!

Вернемся к началу. Хрустальный лабиринт. Корман почему-то уничтожил все данные о лабиринте в своем архиве. Причем совсем недавно – после того, как вернулся с Эгеиды. Значит, в материалах что-то было. Какой-то намек.

– Мне нужна статья Кормана о Хрустальном лабиринте.

– Зачем? Ты же там был, и все знаешь не хуже Кормана.

– Нужна!

Дерпфельд, сообразив, что у археолога явилась какая-то светлая мысль, спорить не стал. Через несколько минут у профессора Рассольникова был текст. С первой же фразы Платону читать расхотелось: смесь таинственных намеков и дилетантского хвастовства. Стиль был неплох. Но у кого в Тридцатом веке плохой стиль?! Вот образец кормановского рассказа: «Красная полоса – это жизнь, движение лабиринта рассекало ее на части». Блуждания, жажда, голод, все было преувеличено и не походило ни на настоящий голод, ни на настоящую жажду. Даже страх, описываемый Корманом, был фальшивым. Их блуждания казались выдумкой. «Хрустальный лабиринт – это плывущая информационная ловушка. Тот, кто прошел сквозь него, способен видеть мир в иной плоскости…»

Информационный лабиринт… Да, такое мог придумать только Корман.

«Наконец я сделал то, о чем догадывался с самого начала. Лабиринт не выпускает людей из-за своей пустоты. Ему нужен кто-то. И если его населить, он нас отпустит. И тогда я сделал статую и нарек ее Еленой Прекрасной».

Да уж, прекрасная… Уродина… Елена Пр… А не слишком ли часто встречается это имя? Красавица на Райском уголке, статуя и… Да! Ведь еще была записка Кормана. Кусок оплавленного гроба. И два слова на карточке отеля с Райского уголка. «Елена Прекрасная».

Платон никак не учел эту записку Кормана. Он даже не рассказал о ней сержанту. Решил, что так шутник Корман сообщил о свой женитьбе. А что если он намекал на что-то другое, очень важное? Посылку отправил срочно с курьером, статью уничтожил…

– Елена Прекрасная! – произнес Платон вслух. – Тебе это что-нибудь говорит?

– Говорит… ты сам говорил. Пять минут назад мы с тобой обсуждали вдову Кормана. Или ты уже забыл?

Елена Прекрасная и оплавленный кусок гроба. Если Альфред так хотел сообщить о своей женитьбе, то даже для него шутка слишком странная.

– Елена Прекрасная! – сообщил Платон своему исследовательскому компу. – Все под таким названием. Все, что найдешь!

Коми порылся в Интернете. Ровно тридцать две минуты.

– Пять миллионов, сто сорок две тысячи пятьсот одно название… Начать перечисление?

– Нет, нет, погоди… – профессор Рассольников на секунду закрыл ладонями лицо, сосредоточиваясь. – Нет! – он выбросил вверх руку с поднятым указательным пальцем. Современный комп обычно видит своего владельца (когда тот находит это нужным), и комп Платона оценил жест хозяина. Молчал, ожидая дальнейшего развития событий, вернее, нового поворота мыслей.

29
{"b":"1253","o":1}