ЛитМир - Электронная Библиотека

Боги умеют ждать, в отличие от людей. Ведь ожидание тяготит убегающим временем. А для богов время не имеет значения, они, вечные, ничего не теряют. Время будет всегда – оно не может иссякнуть. Так зачем же его жалеть? По времени можно плыть, как по Океану, и ждать своего часа.

Первым делом беглецы перекусили пивом и копченой рыбой. О чем еще может думать эгеец в минуту опасности? Конечно, о еде. Процесс поглощения пищи целесообразен. И люди, как эгейцы, торопятся перекусить, чтобы снять стресс.

– Ты тоже любишь покушать? – спросил Платон у Иммы.

– Конечно. Когда ешь, нельзя ненавидеть.

Логично. Во время еды думаешь только о себе – нельзя же ненавидеть себя. А то можно и подавиться. Или нажить язву.

– А другие ходы в этой горе есть?

Видимо, Крто с женой давно готовились к подобной заварушке, ибо держали на Черной горе припасы. Пища была не ахти. Пиво в банках да копченая рыба. Перспектива питаться местными деликатесами Платона не веселила, зато ожил вдруг профессиональный интерес и затмил все тревоги. Если они в старом святилище, то…

– Так есть здесь еще ходы?

– Говорят, есть. Но я не знаю других, – призналась Имма. Наверняка врала. – Знаю, здесь есть ловушки.

«А вот это, скорее всего, правда», – подумал Атлантида.

Профессор прошелся по коридору, освещая стены фонариком, прощупал детектором – благо, он был вмонтирован в молекулярный резак. Никаких пустот… Тут он вспомнил, что Черная скала не поддается сканированию и обозвал себя идиотом.

«Зачем я ищу тайные ходы, когда должен искать пути спасения своей шкуры?»-спросил сам себя Атлантида.

Он стал выстукивать стены. Скала решительно отвечала ему «нет». Все людские и эгейские хитрости были здесь бессильны.

– Если разгадать состав этого камня, то можно заработать огромные деньги, – пробормотал Платон. – Вы не пытались продать кусочек кому-нибудь? – поинтересовался Платон у Иммы.

– Это святыня…

– Бывшая.

– Бывших святынь не бывает. – Каждое замечание Платона она тут же отбивала с уверенностью опытного бойца.

– А, ну да, конечно… И где же в этой святыни мы будем справлять естественную нужду? Можно узнать? Двое суток я не могу терпеть. У меня генетически уплотненная память, а вот мочевой пузырь совершенно нормальный.

– Здесь припасены герметичные специальные сосуды, – сообщила Имма.

– Надо же! Какая предусмотрительность. И они нам, людям, подойдут?

– Вполне.

– Откуда вы знаете?

Она фыркнула, на секунду замешкалась с ответом, потом пробормотала:

– Они универсальные.

– Скажите, Имма, почему вы решили нас спасти?

– Я спасаю не вас, а себя. – В темноте он не видел ее лица. Да и вряд ли мимика эгейца могла многое поведать человеку. – Я помогу вам, вы – мне и Крто. Только вместе мы сможем покинуть планету.

– Нам ничто не грозит. У нас пропуска и…

– Выкиньте пропуска в Океан, скормите броненосцам! – воскликнула она зло и торжествующе. – Вас теперь ни за что не выпустят. Слокс вас уничтожит. И меня, и Крто… Но мы все вместе можем устроить ему хороший тайфун.

– На что вы намекаете?

– Вы залезли туда же, куда и Корман… То есть в такое… – Имма передернула плечами. – Но Слокс – вы видели Слокса… Он не позволит, чтобы Лига Миров узнала о том, что вы видели.

– Можно объяснить как-то понятнее, без полунамеков? Что я нашел? Что это за захоронение? Погибший экипаж «Елены Прекрасной»? Что случилось?

– Понимаете… – голос Иммы дрогнул. Платон невольно поморщился, ожидая пронзительного писка. Но услышал лишь прерывистый вздох. – Не сейчас, ладно? Утром я все расскажу. Можно подождать до утра? – такой молящий шепот. Ну, как отказать?

– Ладно, спим, – согласился сержант. – Я устал, как собака.

***

Спать пришлось на голом камне. Сны снились не самые радужные.

Во сне Платон увидел Кормана. Тот уселся на скамейку рядом с четырьмя каменными ограбленными богами и сказал насмешливо:

– А ты дурак, Атлантида. Неужели ты еще не понял? Ведь она сказала тебе: «Эта планета похожа на Старую Землю из космоса». Как она могла видеть из космоса эту планету и, тем более, Старую Землю, если она – простой страж и в космосе никогда не бывала? Но вспомни список личного состава. Кира Коровина – дочь марсианского инженера. Она-то вполне могла видеть Старую Землю в иллюминатор челнока и, возможно, даже могла летать туда. И потом – что говорил Дерпфельд? Стражи не покидают остров – только Крто наведывается в Столицу. В этот раз Крто был в Столице без Иммы. И, скорее всего, в другие дни – тоже. Почему? Да потому что ей не нужна биокоррекция…

Профессор Рассольников проснулся. Ну конечно! Кира Коробина. Она же – Имма. Не юная леди Эгеиды, которой почему-то обуяло навязчивое желание принадлежать к человеческой расе, как другие красотки мечтают о дорогой шубе или колье из бриллиантов. Она и была – человек. А вот Крто, несомненно, эгеец, но решил сменить ипостась. Видимо, из-за Иммы-Киры. Платон усмехнулся: неужели встречается такая преданность? Ну, прямо-таки история Хамматуты и Розы. Была такая история на заре Второй Конкисты. Будто бы человек влюбился в какую-то девушку местной расы. И все были против: Служба Безопасности Лиги Миров – вот уж воистину подлинный опекун каждого человека, – и местные вожди какой-то религиозной общины, и родители девушки… Чем все кончилось на самом деле – неизвестно. Но про Хамматуту и Розу сняты были десятки голографических фильмов, один другого слащавее. Вряд ли Крто видел хотя бы один. Эгеида – планета, изолированная от общего потока цивилизации. Здесь не смотрят годографов, литература в чести у изысканцев, но стражи не читают книг. Развлечения Столицы более декадентские. Воздушные шарики, морские горки и плесканье в бассейне. А те, кто занят разработками ископаемых на шельфе, развлекаются в свободное время одинаково: таблетка само-само под язык, и ты в мире грез до следующего утра.

Платон разбудил Дерпфельда.

– Как ты думаешь, зачем Крто решил бежать с планеты? Не знаешь, конечно. А я знаю. Потому что Имма и практикант Кира Коробина с «Елены Прекрасной» – одно и то же лицо.

– Ты смеешься? – Дерпфельд не поверил. – Она – человек?

– Именно. И Крто тоже принял облик человека. Полностью. Ради нее. Как Хамматута для Розы… Имма, ты слышала легенду о Хаматтуте и Розе? – обратился археолог к их спасительнице. Он был уверен, что она не спит.

Но никто не ответил. Платон включил фонарь. У ног древних богов лежали они с Дерпфельд ом. Имма исчезла. Чертова девчонка! И как она сумела удалиться совершенно неслышно?!

– Я так и знал. Мы в ловушке, – удовлетворенно заметил Дерпфельд. – Бабам не верь – мой первый и единственный принцип.

– Как она выбралась? Я лежал поперек прохода, у самого выхода из норы, должен был услышать… Или… Объяснение одно. Из этой камеры есть другой ход. Имма легла спать у той стены. Значит, выход – там.

Профессор Рассольников стал ощупывать стену – миллиметр за миллиметр. Луч фонарика шарил вверх и вниз. Безрезультатно. Ничего похожего на дверь…

– Это все из-за тебя, профессор, – зло проговорил сержант. – Из-за твоей дурацкой поездки на скалу. Я же был против!

«Разве»? – хотел спросить Атлантида, но удержался. «Застряв в лабиринте, лучше не ссориться», – говаривал философ Стато.

– Ты был белый, как мел, – ворчал сержант. – Помню, у пилота Эрпа была точь-в-точь такая рожа, когда он глотнул на Малой Бургундии местного винца. Парень блевал сутки. Непрерывно. Когда я увидел твою зеленую харю, то решил: сейчас и ты начнешь блевать. Ну, думаю, дело плохо, если нашего бравого профессора так скособочило… Что ты там все-таки нашел?

– Склеп. И в нем – человеческие скелеты. И пряжку с голограммой космофлота. Получается, что экипаж не погиб вместе с кораблем.

– Какая-нибудь инфекция?

– Или отравление. Если у них не было при себе экотаблеток… Нет, не получается. При чем здесь отравление?! Я же сказал: у одного череп проломлен, у другого вообще снесло макушку.

51
{"b":"1253","o":1}