ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
«Я всегда на стороне слабого». Дневники, беседы
Галерея аферистов. История искусства и тех, кто его продает
Невеста на удачу, или Попаданка против!
Откуда мне знать, что я имею в виду, до того как услышу, что говорю?
Замедли шаг и открой для себя новый мир
Может все сначала?
Уэйн Гретцки. 99. Автобиография
Метро 2033: Край земли. Затерянный рай
Фима. Третье состояние

— Да… — он пытается повернуться, но пальцы сдавливают уже не плечо, а шею и прижимают к балюстраде.

Внутри все противно замирает. Беда, беда… Он смутно подозревает…

— Что я сделал? — плаксивый ненужный взвизг.

— Тихо!

Пальцы сдавливают шею сильнее и тогда новый взвизг — от боли. Двое за дальним столиком вскакивают и поспешно пробираются меж стульев к выходу. Бармен просыпается, начинает энергично протирать стаканы и будто невзначай нажимает на клавишу, звероподобный рев модного ансамбля несется из динамика. Все это Мальвинский не видит, но чувствует, знает, что так происходит.

— Мальвинский, где твой сын? Где Артур Мальвинский? — сипит голос над ухом. — Он нарушил закон. Ты знаешь?

— Нет.

— Он — убийца. А твой резерв в нулях. Ты слышишь?

— Нет! Я — на подъеме.

— Ты — в нулях. Будто не знаешь, что твой обожаемый сынишка откачал весь твой резерв.

— Это невозможно!

— Ты лжешь, Маль!

Как они смели? Он был Мальвинским. Тогда еще — Мальвинским. Это они его сделали ничтожеством по кличке Маль.

— Где твой робот? — опять сипит голос.

— Я сдал его в ликвидацию.

— Ты лжешь опять. Ты починил его. А это запрещено.

— Но я ничего не менял… Я просто хотел…

И тут ноги его высоко взлетели в воздух, а балюстрада отпрыгнула куда-то в бок. И он полетел… Вниз! Вниз! На асфальт!

Маль закричал истошно и проснулся. Его всего трясло, будто он вновь, как тогда, падал, падал вниз и разбивался…

Сейчас опять, как и утром, в комнате кто-то был. Но теперь за окнами стемнело, а в комнате горел неяркий желтый свет. Посетитель, маленький человек с квадратной головой и жирными волосами, дожевывал бифштекс из запасов Маля и облизывая грязные пальцы.

— Ты откуда? — спросил Маль.

— Оттуда, — буркнул незнакомец. — Живешь здесь?

— Да…

— Ну и я буду. У тебя недурственно. Один прозябаешь?

— У меня робот, — с гордостью заявил Маль.

— Старая развалина небось, — коротышка презрительно фыркнул, отер рот оберткой и бросил ее на пол.

— Нет, новый, — проговорил Маль и запнулся, потому что от внезапной догадки весь похолодел и облился потом.

— Новый? — коротышка оживился и перестал ковырять в зубах.

— То есть не очень, — почти заискивающе пробормотал Маль.

И тут как назло в комнату вкатилась «Диэна».

— Время ужина, — сообщила она и уставилась своими блюдцами на незнакомца. — Ужин на двоих, — констатировала «Диэна».

Тут коротышка вскочил, в воздухе мелькнула сечка, посыпались искры, голова «Диэны» подпрыгнула и перевернулась в воздухе. На лету коротышка подхватил ее и выскочил в дверь — он был мастер своего дела. Где-то в глубине пустых коридоров прогремели и замерли шаги.

А «Диэна» рухнула на пол и беспомощно задергалась. Маль бессмысленно смотрел на темный, почти человеческий обрубок…

* * *

Несколько минут они смотрели друг на друга. Каждый ожидал этой встречи. Каждый предвидел. Когда-то это должно было произойти. И вот — случилось. Маль мечтал и страшился. Надеялся. Что его мальчик когда-нибудь придет. Вернется.

Деш желал в душе, что этого не будет. Никогда. Так — проще.

И вот они друг против друга. Маль — растерзанный и жалкий, с лихорадочно блестящими глазами, синеватыми запавшими щеками, его убогость почти вызывающая. Деш — в серебристом комбинезоне, смотрящий, как всегда, чуть свысока и дерзко, но одновременно, что-то усталое, измученное во взгляде. Нет, они не взвешивают и не оценивают ничего, просто погружаются в тот поток, что вытекает из сердца другого, стремясь доказать невозможное. Невозможность торжества своей правоты, невозможность прощения и примирения. Первым отвел взгляд Маль — он всегда был слабее, и тут опять сплоховал. Деш, будто только и дожидался дрожания этих болезненных покрасневших век, отвернулся и присел на корточки подле тела «Диэны». И хотя осматривать было нечего — и так ясно, что произошло — Деш почти автоматически ощупал пальцами корпус и шейный шарнир. Это немного успокаивало, хотя взгляд Маля по-прежнему жег затылок и спину. И как человека по руке погладил он нежнейшие тактильные перчатки «Диэны». И она поняла — в ответ ее пальцы тихонько сжали руку Деша.

— Зачем вы это сделали? — Гранд шагнул к постели Маля и, наклонившись, заглянул в лицо.

— Нет, нет, это не я, — Маль махнул рукой и попытался отползти в угол постели.

Он, как всегда, был не виноват. Почти. Только в одном — никто его не любил, а он так хотел, так жаждал этого. И вот — додумался. Привязать к себе, как собаку, робота. Совсем не сложно: чуть-чуть перестроить датчики в сенсорном блоке, ввести в память программу… Это запрещено, строжайше запрещено. По Маль ничего не мог с собой поделать.

— Артур, я ведь там кое-что исправил, — пробормотал Маль робким извиняющимся голосом.

— Ерунда, я тоже исправлял, — отозвался Деш, не оборачиваясь.

— Ты — не то. То, что ты — это ерунда… А вот я… И главное — в голове.

Деш помолчал несколько секунд.

— Как твой резерв? — спросил и покосился на облупленные стены.

— В нулях. Теперь всегда в нулях. Неужели не знаешь? Ведь это все из-за тебя!..

— Ладно! — Деш обернулся и махнул рукой в воздухе, будто хотел схватить и зажать в кулаке поток жалобных причитаний. — У меня не было выхода. Меня бы схватили. Теперь я — Деш. И ты меня не знаешь. Ты понял?

Но Маль, казалось, не слышал его.

— Посмотри, — бормотал он, глядя перед собой. — Посмотри, что они со мной сделали!.. А теперь отняли «Прошку»! Понимаешь, «Прошку». Бедняга! Конечно, его ликвидировали, ведь я столько раз ковырялся в нем.

— Люди всегда поступают по-скотски, — согласился Деш. — К примеру — ты. Не успел получить «Диэну», как тут же полез к ней в голову, а потом пригласил дружка-потрошителя…

— Да я его не знаю! Впервые видел! Клянусь…

— Ладно, ладно, — Деш сделал примирительный жест, но к кровати отца так и не подошел.

— Что будешь делать? — тихо спросил Маль.

— Пойду отыскивать непутевую голову «Диэны».

И Деш направился к дверям.

— Артур! — почти истерически вскрикнул Маль. — Артур! Я же знал, где ты прятался тогда. Но не сказал. Они изувечили меня. Но я не сказал…

— Изувечили тебя не за это, — буркнул Деш.

— Артур, ты убил человека…

— Потрошителя, — поправил Деш.

— Но… все равно… человека…

Деш резко повернулся, подбежал к койке отца и, наклонившись, рванул застежку комбинезона.

— Вот, видишь, видишь! — он стал тыкать пальцем в давний белый шрам. — Этот гад чуть не снес мне голову. Ты понял?

— Но Артур…

— Что Артур? Что?! Такие, как ты, папаша, придумали этот скотский мир. Так пусть в нем будут одни роботы, одни машины, а людей не будет. Вообще. Ясно? Вот чего я хочу. А вас всех — к черту!

— Но Артур… Это же невозможно. Из-за преступления одного…

— Хватит оправдываться! Будете отвечать все вместе. Тебе ясно? Нет?..

— Но, Артур, ты же не робот… Ты — человек… Вроде…

— Я — мыслящее существо. А вы все — скоты! Вот деление, которое признаю. Понял ты? Нет? — и Деш бросился к дверям…

* * *

Магнокар Деша мчался по старой свалке. Искореженные после ликвидации тела роботов лежали здесь в специальных хранилищах или просто в бетонированных ямах, прикрытые пленкой. Там и здесь в пленке мелькали черные дыры — это потрошители из самых ничтожных и презираемых — потрошители-мусорщики, — проделали себе ходы, отыскивая в «трупах» роботов случайно уцелевшие детали.

Магнокар Деша, пробравшись меж двумя высоченными кучами мусора, похожими на пирамиды, остановился перед низким зданием с узкими редкими окнами, чем-то похожими на казарму или производственный корпус. Но ничего связанного с производством в первоначальном смысле здесь не было. Напротив, внутри приютилось нечто вроде трактира. Стояли темные столы без скатертей, стулья с резными спинками, висели на длинных цепочках лампы — все подделка под старину самого дурного вкуса. Огромный зал с боковыми коридорами, из которых выкатывались роботы-официанты с подносами, был всегда полон посетителей. Как бы поздно ни уходил Деш, в зале еще толпились люди; как бы рано ни являлся — за столиками уже ели и пили. Казалось, завсегдатаи здесь живут. Спят, уронив голову на руки, едят, курят, о чем-то договариваются, уединяются в отдельные номера с девицами и никогда не покидают темного сумеречного зала.

6
{"b":"1257","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
LYKKE. Секреты самых счастливых людей
Я другая
Ваш семейный ЛОР. Случаи из практики врача
Цифровая диета: Как победить зависимость от гаджетов и технологий
Стрекоза летит на север
Охота на Джека-потрошителя
Ночь… Запятая… Ночь… (сборник)
Не прощаюсь
Рой