ЛитМир - Электронная Библиотека

— Я ничего не чувствую… — Она повернулась и взглянула на Гранда с нескрываемой злобой.

— Я хотел бы знать, модернизирована ты, как я? — Гранд сделал вид, что не замечает ее ярости и…

— Достаточно… — отрезала она.

«Достаточно — для чего? — хотел спросить Гранд. — Чтобы убить, или чтобы любить и понять, что такое красота?..» — Но он не успел. Сбоку наперерез им ударил яркий сноп света и следом вынырнул из черноты, похожий на акулу, бледно-зеленый магнокар с рябью охранительных знаков на боках и злобным оскалом кабины. Тонкие жала парализаторов подрагивали в гнездах. Охранники почти не видны. Просвечивают лишь мутные пятна шлемов за полупрозрачной стенкой кабины.

— Приказ — остановиться! Немедленно остановиться! — хлестнул голос над самым ухом.

Но Гранд швырнул магнокар вверх, а затем вбок. Бледно-зеленый устремился за ними автоматически повторяя маневры.

— Приказываю…

В следующее мгновение белый магнокар полетел вниз так стремительно, что, казалось, он потерял управление и падает. Зеленый ушел вбок — автомат не посмел скопировать подобный маневр, заботясь о своих пассажирах. У самой земли Гранд выровнял машину.

— Прыгай… — приказал он Энн-Мари.

— Боюсь… — прошептала та. — Магнокар продолжал мчаться, стелясь над дорогой.

— Ты — робот… — и Гранд толкнул ее в плечо.

Она прыгнула, не удержалась на ногах и ее унесло куда-то вбок. Гранд вздернул магнокар почти вертикально, как норовистого скакуна, включил улавливатель, в то же мгновение его буквально выбросило из машины, а зеленый магнокар и белый столкнулись в воздухе, в разные стороны полетели куски обшивки, плеснуло пламя. Гранд подбежал к Энн-Мари. Девушка сидела на земле и смотрела на пылающие машины.

— Так им, так… — повторяла она и ударяла крепко сжатыми кулачками друг о друга. — Здорово ты их рванул! — и она посмотрела на Гранда почти с восхищением.

— Да нет же… вот они… — Гранд махнул рукой в сторону двух темных пятен, что возникали при свете догоравших машин и пропадали, поглощенные приступами темноты. — Их катапультировало… Надеюсь, они живы…

— А я надеюсь, что нет… — засмеялась Энн-Мари со злорадством.

Она поднялась, опираясь на его руку, и они побежали. Времени оставалось мало. Очень мало. Гранд знал — насколько мало — в минутах, секундах и долях секунд. Старик сказал: «В час ночи…»

— Мы опаздываем, — бормотала Энн-Мари с хрипом выдыхая воздух. — Мы очень опаздываем…

…Старик мог присутствовать при ликвидации кого-то из людей… Или все же роботов?

Энн-Мари схватилась рукой за горло. Ее шатало… Гранд обернулся к ней.

— Ты же робот! Форсируй энергоблоки!

— Да, — покорно согласилась она, но не могла сделать больше ни шагу.

Он схватил ее на руки и понес. Ток в искусственных мышцах возрос до предела — констатировал мозг. Перегрузка.

«Плевать…» — сам себе сказал Гранд.

А секунды уплывали, сливаясь в минуты. Это были минуты Деша, быть может последние…

Неожиданно серая тень спрыгнула из разбитого окна на первом этаже, будто большая крыса метнулась на дорогу. «Потрошитель», — мелькнуло в мозгу Гранда. А дорога пуста. Слева и справа дома-коробки и глухие стены… Нет сил убежать и времени нет… Гранд несся вперед с обреченностью. Человек усмехнулся… И поднял сечку…

— Прочь с дороги! — взвизгнул Гранд.

Человек опешил. Чуть не выронил сечку. Отступил. Робот никогда не отдает приказы людям. Его величество человек не может такого снести. Даже если человек делает глупость или гадость — робот должен молчать. Молчать и подчиняться…

— Эй, парень, чего ты топочешь, как робот… Я из-за тебя зря выполз, — зло крикнул потрошитель вслед и полез назад в окно.

— Как просто! — захохотала Энн-Мари.

А им навстречу уже сверкали огни салона. Над входом на бесконечной огоньковой дорожке бежала объемная светящаяся фигура «Робби» и подмигивала проходящим круглыми зелеными глазами, и помахивала рукой в белой тактильной перчатке. Гранд опустил Энн-Мари на землю и, стараясь имитировать расхлябанную походку здешнего завсегдатая, направился к входу. Энн-Мари просунула руку под его локоть и уткнулась головой в плечо, будто изрядно уже набралась и не могла идти.

У зеркальных дверей топтался человек со светящейся бляхой на груди.

— Прошу вас, — он сделал широкий приглашающий жест и поклонился, пропуская Гранда и Энн-Мари.

Они вошли. Коридор был пуст и залит светом. Автоматически Гранд заметил, что повешено новое зеркало и сегодня гораздо чище и прибраннее, чем тогда, когда он отсюда бежал. Двери в зал были открыты и подле них стоял еще один охранник. Ни слова не говоря, он приветственно махнул рукой и толкнул обе створки двери. Энн-Мари, поколебавшись, шагнула первой. За нею Гранд. Зал был пуст, так же как и коридор. Здесь только что мыли полы и стулья стояли перевернутые на столах, зеленый занавес был задернут и закрывал сцену. Летающие кресла покачивались низко, чуть повыше столов, поджидая седоков.

— Садитесь ближе к сцене, — посоветовал охранник, входя за ними следом. — Сейчас начнем. Ждали только вас…

Энн-Мари и Гранд стояли в нерешительности в проходе.

— А где зрители? — спросила Энн-Мари, опираясь на край стола. Ноги и руки у нее дрожали, а голос охрип и стал грубоват и низок.

— Вы и есть зрители, — ухмыльнулся охранник. — Вечером люди смотрят, как приканчивают роботов, а ночью роботы глядят на своего хозяина.

— А из людей желающих нет? — спросила резко Энн-Мари.

— Люди предпочитают стрелять, — ответил охранник и вышел.

В тишине зала было слышно, как в дверях щелкнул замок. Тут же боковая дверь отворилась и трое мужчин в светло-серых спортивных костюмах с винтовками в руках вошли друг за другом и двинулись меж столов к сцене. Летающие кресла послушно опустились к их ногам. Все трос уселись. Один был толстоват и никак не мог поместиться на узком сиденье, пришлось ему водрузиться боком, свесив ноги через подлокотник, будто в дамском седле. Ему было неудобно и он все время заваливался набок.

— Начинай! — крикнул тот, что вошел первым — широкоплечий, с толстой шеей и плоским лицом, на котором рыскали бесцветные, мелкие глазки.

Занавес встрепенулся и оба его крыла, мерно колеблясь, поползли в стороны, открывая сцену с блестящим полом и ярким мишурным задником. На сцене по-прежнему стоял стул с высокой спинкой, тот самый, на котором здесь в предыдущем представлении восседала рыжеволосая девица. Теперь на нем сидел человек в распахнутом на груди золотистом кимоно и белых шортах. Это не была подлинная одежда Деша, но тот, кто устраивал представление, знал многое об Артуре Деше и даже о его пристрастиях к одежде…

Когда занавес раздвинулся, Деш попытался встать… Задергались руки и плечи, судорога перекосила побелевшее лицо. Автоматически мозг Гранда увеличил и приблизил изображение. Робот почти вплотную увидел капли пота на лбу и прыгающие губы. Но отчаянная попытка длилась всего несколько секунд, а потом Деш бессильно обмяк и голова его запрокинулась набок. Стал отчетливо виден давнишний шрам на шее. Действие парализатора еще не кончилось…

— Деш… — едва слышно выдохнула Энн-Мари и, прижав руки к груди, шагнула к сцене, будто ничего и никого у же кроме него не видела.

Странно, но он услышал этот вздох. Вздрогнул и приподнял голову. Глаза его, обмелевшие от боли, теперь вдруг ожили и губы шевельнулись…

И тогда тот, первый, широколицый, вскинул винтовку. Но, прежде чем грохнул выстрел, быть может за секунду, а может за десятую долю этой секунды, Гранд вскочил на стол и оттуда метнулся в воздух и ударил изо всей силы по летающему креслу. Кресло нырнуло вбок и ударилось о соседнее. Сидящий там, как амазонка, толстяк с тонким вскриком вывалился вниз и выронил винтовку.

— Отлично! — взвизгнул третий и, развернув кресло, принялся палить в Гранда бестолково, почти не целясь, наслаждаясь самим процессом, как стреляют мальчишки из игрушечных лучеметов. А Гранд, не обращая внимания на эту пальбу, вновь ударил по креслу здоровяка, стремясь выбить его, но тот будто прилип к сиденью и выстрелил в Гранда в упор, но пуля лишь прошила комбинезон и, звякнув по корпусу, скользнула дальше. Как видно, потеха и состояла в том, что роботы пытались защитить человека и гибли… А может и не все… Может он, Гранд, исключение… Старик ведь не погиб… Но если б пальнуть в этих сволочей… Взгляд робота невольно поискал винтовку на полу, что выпала из рук толстяка. Но ее не было… она будто сама собой оказалась в руках Энн-Мари. С холодным и равнодушным лицом девушка вскинула винтовку и выстрелила так, будто всю жизнь только и занималась стрельбой. Здоровяк с плоским лицом, раскинув руки упал плашмя на край сцены и медленно сполз вниз. Энн-Мари даже не повернулась в его сторону — развернулась и снова, будто играючи, прицелилась. Третье кресло опустело… Толстяк так и остался лежать распростертый на полу, стремясь сойти за мертвеца, но безуспешно — тело его била дрожь… Но Энн-Мари не смотрела на него, так же как и на Деша, которому наконец удалось сползти со своего кресла и теперь он пытался сойти со сцены, поминутно спотыкаясь и падая, будто еще не научился ходить. Гранд бросился к хозяину и помог ему спуститься в зал… А Энн-Мари направилась к стойке, где обычно по вечерам суетился веселый бармен, а теперь никого не было, лишь рядком стояли стаканы и бутылки.

8
{"b":"1257","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Слушай Луну
Вечная жизнь Смерти
Ключ от Шестимирья
Линейный крейсер «Худ». Лицо британского флота
Наука страсти нежной
Влюбленный граф
Академия черного дракона. Ставка на ведьму
Спецназ князя Святослава
Assassin's Creed. Последние потомки. Гробница хана