ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Я не могу исчезнуть сейчас, — сказал он Гвен. — Не тебе решать, когда я должен уехать. — И прежде чем Гвен взорвалась от негодования, добавил:

— И не мне.

— Тогда кому?

— Кто знает? — Джейк улыбнулся. — Знаешь, лапуля, ты — единственная женщина, которая остается сексуальной, даже когда открывает и закрывает рот, как рыба.

Судя по тому, что Гвен не отреагировала на его замечание, она о чем-то размышляла. Интересно, что она задумала на этот раз.

— Неужели ты все это затеял ради того, чтобы переспать со мной? Ты поэтому женился на мне?

— Прежде всего, я женился на тебе, чтобы никто не смог оспорить твое право на ранчо. — Гвен хотела что-то сказать, но Джейк остановил ее взмахом руки. — И прежде чем ты снова начнешь нападать на меня, скажу тебе в последний раз. Я не знал, что после смерти Лютера Мэриан вышла замуж за Гордона. Что же касается моего желания оказаться с тобой в постели, то оно не имеет ничего общего ни с ранчо, ни с женитьбой. Мы просто мужчина и женщина, которые хотят друг друга.

— Я не хочу тебя, — быстро произнесла Гвен. Но, увидев насмешливо приподнятую бровь, созналась:

— Ну ладно, хочу. Только это ничего не значит. Точно так же я хочу огромную свиную отбивную с кэрри, но, поскольку точно знаю, что после нее мне станет плохо, я не буду ее есть.

— Значит, я — свиная отбивная, которая обязательно нанесет вред твоему здоровью? Чем же я так плох?

Гвен посмотрела ему в глаза.

— Ведь ты не останешься здесь навсегда, да? Ты всегда говорил, что скоро уйдешь.

— Да.

— Но ты хочешь заняться со мной любовью, — не спросила, а утвердительно произнесла Гвен.

— Да. И ты тоже хочешь этого. Взгляды серых и зеленых глаз схлестнулись в молчаливом поединке.

— Если этой ночью я буду твоей, ты останешься?

Господи, он бы отдал руку на отсечение, лишь бы иметь возможность честно сказать: «Да». Джейк очень хотел остаться, посвятив свою жизнь Гвен. Глупое желание, ненужная слабость. Он не может снова отдать себя во власть женщины, позволить ей причинить ему боль. Все это уже было в его прошлой жизни. Но Гвен ждала ответа.

— Нет, я не останусь, даже если сегодняшнюю, завтрашнюю и еще сотню ночей мы проведем вместе. Не знаю, когда и как, но однажды я исчезну.

Гвен побледнела, но не отвела взгляда.

— А если я скажу, что полюбила тебя?

— Нет. — Джейк отпрянул, будто его ударили бичом, но продолжал смотреть ей прямо в глаза. — Я никогда не просил тебя о любви.

— Ты рассчитывал, что я лягу с тобой в постель без любви?

— Почему нет? Женщины испокон века так поступают.

— Понятно. — Гвен зябко поежилась и плотнее запахнула пеньюар. — Ты был честен со мной. Ты меня предупредил с самого начала, что не останешься надолго. Ты все время куда-то бежишь, лишь бы не привязаться и не полюбить. Да? Ты боишься полюбить?

— Нет. Хотя может быть. Любовь превращает мужчину в дурака, в тряпку. Я все это уже проходил.

Занавески на окне затрепетали от легкого ночного ветерка. До Джейка донесся запах Гвен — манящий, соблазнительный, ни на что не похожий. Бесконечно долгий взгляд зеленых глаз, казалось, пытается проникнуть в самые потаенные уголки его души. Затем очень медленно она развязала поясок пеньюара, повела плечами, и зеленый шелк лужицей растекся у ее босых ног. Переступив через него, она подошла вплотную к Джейку и положила руки ему на грудь.

— Пойдем в постель, Джейк.

— Что ты задумала, Гвен?

— Ничего. Просто хочу, чтобы ты занялся со мной любовью. — Она чуть толкнула его, и он сделал шаг назад. Еще толчок — еще шаг. Его спина уперлась в дверь спальни.

— Это не будет любовью, — хрипло произнес Джейк.

— Не знаю, не уверена. Впрочем, сейчас это неважно. Слишком много людей, которых ты любил, предало тебя. Но я не предам, Джейк. Не сделаю тебе больно, поверь мне. — Гвен подняла руки и стала развязывать его черный галстук. — Этот старомодный наряд сидит на тебе как влитой. И очень тебе идет. Будто шился специально для тебя.

Еще бы! Ведь это его собственный костюм. Видимо, когда Лютер поселился в его доме, он отнес все вещи брата на чердак. Джейк поймал руку Гвен, которая уже начала расстегивать его жилет. Он больше не должен дотрагиваться до нее, иначе он не выдержит. Он очень сильно, до боли хотел ее. Но сначала он должен подумать, понять, какую игру она затеяла, чтобы не причинить ей вреда.

— Гвен, не сейчас. Пожалуйста.

— Ты самый красивый и сексуальный жених, какого я когда-либо видела. — Она лукаво улыбнулась. — Эй, мистер! Я ваша на эту ночь, ведь вы выиграли меня в карты, помните? — Глядя ему в глаза своими бездонными зелеными глазищами, Гвен отступила на шаг, затем медленно спустила с плеча сначала одну тоненькую бретельку, затем другую и повела плечами. Зеленый шелк соскользнул с плеч, на мгновение задержался на высокой, упругой груди с призывно торчащими сосками и бесшумно опустился на пол еще одной зеленой лужицей.

По телу Джейка прошла крупная дрожь. Его тело, его мозг — все было напряжено до предела. Он не может, не должен делать это. Стоит ему вкусить ее ласк, прикоснуться к ее коже, приникнуть губами к ее губам, войти медленно и глубоко в ее плоть, и тогда он не сможет расстаться с ней, умрет от ожидания неминуемой разлуки. А разлука неминуема. Нет, он не может так обидеть Гвен. И правду рассказать он тоже не может. Гвен вытащила его рубашку из брюк и взялась за пряжку пояса.

Если он тотчас не уйдет… Джейк нащупал за спиной дверную ручку.

— Я буду спать в домике для рабочих. — Толкнув дверь, он выскочил из спальни и бегом сбежал вниз по лестнице.

Гвен осторожно прикрыла дверь спальни, хотя только Бог знает, как ей хотелось хлопнуть ею изо всех сил. Но больше всего ей хотелось прихлопнуть этой дверью голову Джейка Стоунера. Стоило ему увидеть ее тощее, бледное тело, как он тут же сбежал. Отшвырнув ногой злосчастную ночную рубашку, Гвен подошла к шифоньеру и выхватила спортивные штаны и джемпер. Даже надев их, она не согрелась, поэтому взяла с кровати стеганое одеяло и завернулась в него. Выключив свет, Гвен подошла к окну.

Джейк стоял посреди двора, засунув руки в карманы и уныло опустив плечи.

Женщина, предавшая Джейка, словно заморозила его. Гвен надеялась растопить лед в его сердце, продемонстрировав всю свою любовь в постели. Ей почему-то казалось, что Джейк лжет, говоря, что не любит ее. Гвен видела его взгляд и могла поклясться, что это не так. Или она принимает желаемое за действительное?

Что, по существу, она знает о Джейке Стоунере, своем муже? Самое главное. Как он относится к Крисси, к Мэку, к Дорис, к Тому, к лошадям. Она знает, что он благородный человек. Пусть ей неизвестно его прошлое, это не так уж и важно. Она знает, что его предали те, кого он любил и кому верил. Может, в один прекрасный день он расскажет ей эту историю. Если нет, она не будет настаивать. Все, чего она хотела, это его любви.

Со своего наблюдательного пункта Гвен увидела, что Джейк направился к дому для работников. Если бы она знала, каких усилий ему стоило не оглянуться и не посмотреть на ее окно! Он был уверен, что она наблюдает за ним, он чувствовал это. Нет, Джейк не сомневался в правильности своего решения. Он не мог заняться с ней любовью, зная, что уже завтра он может исчезнуть. Нет, Майкле не может быть таким жестоким, он, без сомнения, даст Джейку возможность хотя бы попрощаться.

Гвен стало холодно, и она плотнее укуталась в одеяло. Всю жизнь она страдала из-за того, что приходилось переезжать с места на место. И теперь, когда она обрела дом, угораздило же ее влюбиться в перекатиполе. Нет, кочевая жизнь больше не для нее и тем более не для Крисси. Если ей не удастся убедить Джейка жить с ними, что ж…

Она проживет и без него. То, что он сбежал этой ночью из ее спальни, даже к лучшему. Ее взгляд остановился на портрете Мэриан — красавица из далекого прошлого насмехалась над ней.

— От тебя бы он не сбежал, да? — грустно спросила Гвен. — Но ты бы не сделала его счастливым. Он сильный человек, и ему нужна рядом сильная женщина. А я сильная. Он останется, я знаю. И, мы будем счастливы, слышишь?

24
{"b":"1278","o":1}