ЛитМир - Электронная Библиотека

– Месье. – Один из них учтиво кивнул и коснулся поля шляпы. Энни искоса взглянула на него, не опуская подбородка и не поворачивая к нему лица. – Мы можем вам помочь? Вы разыскиваете чей-нибудь дом в этот поздний час?

Она отозвалась тихо и, как ей казалось, грубым голосом, надеясь, что ее ответ прозвучит по-мужски, – в ее планы не входило вступать в разговоры с кем-либо.

– Нет… э… спасибо. Я жду одного человека.

Прохожий не ответил. Возникла напряженная пауза, после чего Энни осмелилась взглянуть на мужчину. Каково же было ее удивление, когда она узнала в нем того темнокожего красавца, с которым несколько дней назад столкнулась на кладбище! Он внимательно смотрел на нее, как если бы узнал ее или разгадал ее маскарад. Она напустила на себя еще более вызывающий вид, но боялась в душе, что беспокойство выдаст ее.

– Арман, – спутник потянул его за руку, – пойдем, дружище, этому парню не нужна наша помощь.

Энни взглянула на второго человека. Он тоже оказался смуглым и таким же красивым, но выглядел моложе. На его лбу выступила испарина, он нетерпеливо переминался с ноги на ногу. Оба были хорошо одеты и явно куда-то спешили. У старшего, которого звали Арман, в руке был небольшой саквояж.

– Пойдем, Армян, – снова сказал молодой. – У нас есть дела.

Наконец ему удалось сдвинуть Армана с места. Напоследок с любопытством взглянув на Энни, он поспешил вниз по улице под руку со своим другом.

Энни не знала, насколько сильны были подозрения Армана, но он ушел, а это главное. Она с облегчением вздохнула, дождалась, пока они скроются за углом, и спряталась за кустом рододендрона. Тень в окне Джеффри исчезла, затем появилась снова – очевидно, он в волнении мечется по комнате. Энни подумала, что он испытывает такое же беспокойство, как и она сама, и улыбнулась. По поводу Ренара они с Джеффри всегда найдут общий язык. Их обоих влечет к Ренару, к его героическому образу жизни, в которой активно реализуются их собственные идеалы.

Потянулись томительные минуты ожидания. Она не хотела садиться на землю, опасаясь, что мокрая трава испортит чужие брюки. Хотя прождала она не больше часа, ей казалось, что прошла целая вечность, и к тому времени когда свет в окне Джеффри погас, у нее затекли ноги и разламывалась от боли спина. Однако эти маленькие неудобства были щедро вознаграждены, когда Джеффри вышел из боковой двери пансиона и двинулся по улице. Даже в темноте Энни узнала его развязную, размашистую походку. Ошибки быть не могло, это Джеффри.

Она двинулась за ним на приличном расстоянии. Хотя было далеко за полночь, на улице еще попадались редкие прохожие. Энни ныряла в тень, когда кто-нибудь шел ей навстречу, но сердце ее замирало каждый раз, когда мимо проходил мужчина. Ее пугала возможность повторения вчерашней встречи в проулке, особенно в отсутствие поблизости Люсьена Делакруа, который мог бы прийти ей на выручку.

Разумеется, впереди шел Джеффри, и она могла позвать его на помощь в случае необходимости, но ей не хотелось, чтобы что-то – пусть даже ее собственное спасение – помешало Джеффри прийти к назначенному месту вовремя. Ее единственная надежда на встречу с Ренаром зависела от того, чтобы Джеффри оказался в нужном месте в нужное время.

Этим местом оказалось то самое кладбище, где были похоронены мужья тети Кэтрин, где сама Энни разговаривала с Делакруа и где она видела того человека… Она вспомнила свои ощущения: настолько атмосфера последнего приюта подходит для тайных встреч и опасных приключений, для любовных свиданий и бандитских нападений.

Теперь Джеффри и сам старался держаться в тени и не попадаться никому на глаза. Предполагая возможную слежку, он спрятался за розовым кустом в ярде от входа на католическую часть кладбища. Энни последовала его примеру и укрылась за кустом поблизости, гладкие жесткие листья рододендрона касались ее щеки.

Она припала к земле и поздравила себя с тем, что так мастерски исполнила роль филера, что Джеффри ни разу не заподозрил слежки. Энни устроилась поудобнее и приготовилась к долгому ожиданию, как вдруг услышала глухой тяжелый отзвук лошадиных подков. Она осторожно раздвинула ветки и увидела, что по дороге медленно приближается ветхий фермерский фургон, очевидно, груженный доверху. При скудном лунном свете она разглядела корзины с провизией, бочонки и, как ей показалось, вязанки стеблей табака.

Странно, что в такой час кто-то везет товар на рынок или к докам, но Энни этой ночью уже попадались на пути фургоны, и она решила, что у фермеров так заведено. Вот только поводья лошади сжимала вовсе не мозолистая крестьянская рука, да и широкополая соломенная шляпа возницы слишком сильно надвинута на глаза… Может быть, Ренар носит не только свой черный костюм, но и другие маскарадные наряды? Кто бы ни был этот возница, но выглядит он полусонным и вяло покачивается в такт неровному движению фургона.

Пегая кобыла, не чувствуя руки задремавшего хозяина, остановилась как вкопанная и потянулась мордой к редким кустикам зеленой травы, которые росли посреди дороги, набила полный рот и стала жевать в свое удовольствие. Энни наблюдала за происходящим с живым интересом. Все выглядело вполне невинно и естественно. Но на самом ли деле так и есть, или это часть плана Ренара?

Вдруг возница выпрямился на козлах, растер кулаками заспанные глаза, потянулся и спрыгнул на землю. Энни сразу поняла, что он не может быть переодетым Ренаром. Его фигура не походила на Ренара, которого Энни помнила с удивительной отчетливостью, словно сталкивалась с ним не дважды, да и то в темноте, а видела каждый день.

Мужчина отвел лошадь в тень высоких платанов, растущих вдоль кладбищенской ограды так тесно, что ветви их крон переплетались. Теперь фургон оказался в полной темноте. Возница появился с подветренной стороны фургона и наклонился, чтобы осмотреть заднюю подкову лошади. Он был полностью на свету и, казалось, ни от кого не таился, но Энни не могла избавиться от странной мысли…

Она изо всех сил вгляделась туда, где в густой тени спрятался фургон. От напряжения у нее заболели глаза. Ей кажется, или вязанки табачных стеблей на самом деле шевелятся? Она прищурилась сильнее, стараясь разглядеть происходящее. Кто-то незаметно прокрался внутрь фургона и пытался спрятаться под вязанками! Еще одна темная фигура терпеливо ждала своей очереди, а из-за высокого могильного камня появился новый силуэт. Да, Джеффри действительно выбрал правильное время и место, чтобы спрятаться! Рабов собирались вывезти из города в фермерском фургоне. Но где же Ренар?

Энни внимательно следила за тем, как беглецы пробираются в фургон. От волнения дыхание у нее перехватило, сердце учащенно колотилось в груди. Все это время возница продолжал осматривать подкову, притворяясь, что не догадывается о происходящем в его фургоне. Когда трое рабов благополучно спрятались, он как ни в чем не бывало влез на козлы и взялся за поводья. От разочарования у Энни засаднило в горле. Неужели она так и не увидит Ренара? Может быть, он тоже спрятался в фургоне? Кто-то ведь должен был проводить рабов до места тайной встречи!

И вдруг позади фургона появился Ренар. Как плоский камешек, брошенный по поверхности озера, запрыгало сердце в ее груди. Ошибки быть не могло – этот высокий, стройный и красивый силуэт принадлежит ее герою! Его движения были уверенны и слаженны, когда он поспешно расправлял вязанки табака, чтобы содержимое фургона выглядело естественно и не вызвало подозрений.

Когда Ренар покончил с этим делом, возница, не оглядываясь, подал ему знак – полуоборот запястья, – который Ренар тут же повторил. Тогда возница щелкнул поводьями по крупу кобылы, и та подняла голову, лениво жуя жвачку, и неспешно тронулась с места.

Все прошло без малейшей заминки, и Энни представляла себе, что на лице Ренара под черной маской играет самодовольная улыбка. Однако улыбаться было рано. Энни заметила какое-то странное движение во мраке позади Ренара. В тени деревьев кто-то прятался. Темные силуэты появлялись из-за могильных камней и, скользя украдкой, словно мистические хищники, все ближе подступали к Ренару. Может быть, это отряд полицейских, которые выследили Ренара и явились сюда, чтобы арестовать его? Энни боялась, что она недалека от истины, а Ренар продолжал стоять на месте, не подозревая о надвигающейся опасности.

33
{"b":"1280","o":1}