ЛитМир - Электронная Библиотека

Сэм тоже повернулась и устремила недоуменный взор на то место на диване, где совсем недавно сидела актриса.

– О Господи! Ее нет!

– Она, вероятно, тихонько удалилась, – предположил Джулиан без тени разочарования.

– Мы так кричали, что не услышали бы ее, даже если бы она топала как слон и хлопнула дверью! – посетовала Саманта.

– Не обобщай, сорванец. Я никогда не кричу, – высокомерно вставил Джулиан.

– Наверное, мы обидели ее, Джулиан. Мы вели себя как дети.

– Дети?

Сэм метнула на него сердитый взгляд и подбоченилась.

– Не хочешь ли ты сказать, что в этой комнате есть только один ребенок – я? Если так, то я не знаю, что я с тобой сделаю. Я… я…

– Что ты, сорванец? – Джулиан позволил себе улыбнуться.

Они зашли в тупик. Сэм кипела от негодования, а Джулиан веселился.

Однако он испытывал не только радость, но и возбуждение. Еще никогда девушка не казалась ему такой прелестной. Ее голубые глаза сверкали, кожа порозовела, подбородок был гордо вскинут, а яркие надутые губки напрашивались на поцелуй.

Забыв об условностях и предосторожности, он едва не заключил спесивую девчонку в объятия, когда в дверь осторожно постучали. Джулиан и Сэм вздрогнули, как два испуганных ребенка, и уставились на дверь, ожидая увидеть мадам Дюбуа. Но вместо нее на пороге появился дворецкий Смид.

В отличие от рослого Хедли Смид был мал ростом и тщедушен, а лысая макушка поблескивала, как бильярдный шар. Его тонкие губы и ввалившиеся щеки хранили выражение вечного неодобрения. Он стоял в дверном проеме, держа на растопыренных пальцах ладони серебряный поднос с красовавшейся на нем бутылкой вина, и смотрел куда-то правее левого уха Джулиана.

– Лорд Серлинг, мисс Дарлингтон, – объявил он официально. – У меня для вас письмо от моей госпожи.

– Письмо? – встревоженно воскликнула Сэм. – А где она сама?

– Госпожа уехала в театр, мисс. Она…

– Не попрощавшись? – перебила его Сэм.

– Если вы позволите мне продолжить, мисс… – произнес дворецкий с тоской в голосе.

– Пожалуйста, Смид, продолжайте, – попросил заинтригованный Джулиан. Похоже, мадам Дюбуа была такой же непредсказуемой, как и ее дочь.

Смид откашлялся и слегка распрямил плечи, словно готовился произнести длинную речь.

– Мадам Дюбуа велела мне сообщить вам, что уехала в театр.

– Это мы уже слышали! – нетерпеливо воскликнула Сэм.

Смид бросил на нее укоризненный взгляд и продолжил:

– Как я уже сказал, мадам Дюбуа уехала в театр, но просила вас воспользоваться ее гостеприимством и находиться здесь столько, сколько захотите.

– Что? – воскликнула Сэм.

– Более того, – дворецкий слегка поморщился, – мадам Дюбуа велела мне передать вам, что в доме никого, кроме вас, не будет, поскольку меня и остальную прислугу она отпустила на ночь по домам.

– Вам повезло, Смид! – обрадованно произнес Джулиан.

Смид фыркнул.

– Ни одному из нас не позволено… вернее, никто из нас, я имею в виду слуг, не вернется… э-э… до возвращения мадам Дюбуа из театра. То есть до семи утра.

– Как ты полагаешь, Джулиан, что она задумала? – Сэм застенчиво взглянула на Джулиана. – Наверное, здесь какое-то недоразумение.

Джулиан пожал плечами, стараясь казаться не менее озадаченным, чем девушка. Но он уже обо всем догадался. Задуманное матерью Сэм целиком и полностью совпадало с его планами.

– Мадам Дюбуа также сказала, что вы, очевидно, удивитесь и будете ломать голову над тем, что заставило ее так поступить, – устало продолжал Смид. – Поэтому велела передать, что пошла на это потому, что, цитирую: «Вы оба чрезмерно горды и упрямы. Продолжительный разговор с глазу на глаз в условиях полного уединения поможет вам прояснить ситуацию и понять собственные чувства. Если же и после этого ничего не изменится и вы не станете счастливее, я, как любящая мать, уже ничего не смогут для вас сделать».

Джулиан, не в силах сдерживаться, расхохотался. Смид воспроизвел пылкие слова Женевьев невыразительным голосом, при этом лицо его оставалось абсолютно бесстрастным.

Сэм выглядела растерянной и удрученной и смотрела на смеющегося Джулиана, словно на умалишенного.

– Что-нибудь еще, Смид? – спросил маркиз, насмеявшись вволю. Он пришел в доброе расположение духа, и ему не терпелось поскорее избавиться от дворецкого с постной физиономией и всецело переключить внимание на Сэм. Девушке нужно расслабиться.

– Это шампанское для вас и мисс Дарлингтон, милорд, – добавил Смид и, опустив поднос, поставил бутылку на столик розового дерева, стоявший у двери.

Джулиан подошел к столику и взял бутылку.

– Отличный сорт и подходящий год, – одобрил он выбор хозяйки, изучив наклейку.

– Самос лучшее из запасов мадам Дюбуа, – сообщил Смид, слегка выпятив грудь. – Госпожа также просит вас не стесняться и угощаться всем, что найдете на кухне. Особенно она рекомендует свежую клубнику. Ягоды вымыты и лежат в корзинке на кухонном столе. Там же стоит миска со взбитыми сливками. Отлично взбитыми, позвольте заметить.

– Ваша хозяйка продумала все до мелочей, – сухо обронил Джулиан.

Смид чопорно кивнул и взялся за дверную ручку, но, прежде чем выйти, повернулся и добавил:

– О, чуть не забыл, милорд.

– Да, Смид?

– Мадам Дюбуа разрешает воспользоваться для… э-э… разговора любой из имеющихся в доме комнат.

– Спасибо, Смид, – поблагодарил Джулиан степенно, после чего дворецкий с поклоном удалился.

Сэм всем своим видом выражала полное недоумение. Неужели мать не понимает, что, оставшись с Джулианом наедине, дочь попадет в двусмысленное положение? В светском обществе подобная ситуация дала бы пищу для досужих домыслов, если бы даже ничего предосудительного не случилось. Зная щепетильность Джулиана в вопросах чести, Сэм не сомневалась, что он не может скомпрометировать ее, а потом не моргнув глазом сделать вид, будто ничего не произошло, и жениться на Шарлотте Бэтсфорд.

Сэм вздохнула. Нет, он ее не скомпрометирует… какая жалость. Маркиз наверняка сделает все, чтобы «безумие», охватившее его днем в библиотеке, не повторилось. Этот мужчина обладает железной силой воли. Конечно, если бы он любил ее, вряд ли смог противостоять ее неотразимым чарам. Но, сделав предложение Шарлотте, он дал Сэм ясно понять, что никаких чувств к ней не питает.

Но тут у Сэм возникла другая мысль. А что, если ее мать отлично сознавала, чем может закончиться свидание в пустом доме двух людей противоположного пола? Иначе с какой стати оставила бы им шампанское, клубнику и взбитые сливки? Миссис Дескартес восторженно расхваливала возбуждающий эффект пенящихся вин, сочных фруктов и жирного крема.

И тут Сэм осенило: что, если мать умышленно пытается заманить Джулиана в ловушку, чтобы заставить жениться на Сэм? Эта мысль вспыхнула в мозгу ослепительной молнией и взбудоражила ее душу. Подобная затея претила девушке, оскорбляла ее чувство собственного достоинства. К тому же ей не хотелось бы стать женой человека, связавшего с ней свою жизнь из чувства долга. Это противоречило ее представлению о браке. Сэм не могла пойти на это ни при каких обстоятельствах. Она была бы счастлива выйти замуж за Джулиана, но только при условии, что он будет любить ее больше жизни.

– Сэм?

Голос Джулиана вернул девушку к реальности, и она подняла на него глаза. Ее наставник стоял у двери с бутылкой шампанского под мышкой.

– Не понимаю, как Смид мог забыть, но он не принес бокалы для шампанского, – сказал маркиз. – Может, решил, что мы сами о себе позаботимся и возьмем их на кухне, когда отправимся на поиски аппетитной клубники. Пошли?

Сэм окинула Джулиана изучающим взглядом. Выражение его лица было ласковым, слова безобидными, и держался он раскованно. Однако что-то неуловимое в облике ментора заставило девушку внутренне сжаться. Несмотря на внешнее спокойствие и некоторую вялость движений, он источал скрытую силу, как тигр, приготовившийся к прыжку. Из-под полуопущенных ресниц его глаза горели ярко-синим огнем.

55
{"b":"1281","o":1}