ЛитМир - Электронная Библиотека

– Ты молчишь? – спросил он.

– А что ты хочешь услышать?

– Не знаю. Я думал… То есть я надеялся…

– Ты должен радоваться, Джек. Ты снова свободен. Разве не этого ты так сильно хотел? – поспешно перебила она его.

– Нет, не этого. – Его глаза, янтарные в солнечном свете, блеснули. – Я больше не хочу свободы. С тех пор как я встретил тебя. Теперь я хочу жениться… на тебе, Аманда.

– Ты оскорбляешь меня, Джек, – рассердилась она.

– Я что, настолько ничтожен, что ты считаешь мое предложение оскорбительным? – Джек вздрогнул словно от удара и недобро прищурился. – Может быть, я не лучшая партия в Лондоне, но… – Он замялся, как будто боялся сказать что-нибудь, о чем потом пожалеет. Аманда видела, что он честно старается взвесить каждое свое слово. -…но я готов сделать все, что в моих силах, чтобы ты была счастлива.

– Как ты можешь думать, что я поверю тебе? – Она чуть не заплакала от разочарования. Ведь он так и не сказал, что любит ее! – Ты никогда не скрывал своего отвращения к самой идее брака. И потом, ты неоднократно лгал мне раньше.

– И ты никогда не сможешь простить мне этого, – добавил он.

– Дело не в прощении, а в доверии. Но я не поэтому отказываюсь стать твоей женой.

– Тогда почему?

«Потому что ты меня не любишь!» – кричало ее раненое сердце.

– Потому что ты предлагаешь мне это, чтобы исполнить свой долг. Ты считаешь, что скомпрометировал меня, поэтому обязан жениться. Но это не так. То, что произошло между нами, случилось по обоюдному желанию. Я скорее умру, чем соглашусь стать женой человека, который…

«Джек, тупая скотина, скажи ей, что ты ее любишь! Может быть, именно это она хочет от тебя услышать!» – кричал в его сердце внутренний голос. Он очень хотел сказать это – но не мог.

Почему так трудно произнести эти три коротких слова? Ведь он признался брату, что любит ее, а ей самой открыться не может. Может быть, он боится услышать ее отказ? А может, она его вовсе не любит?

– Вы потеряли дар речи, лорд Дарем?

Равнодушный голос Аманды вывел Джека из задумчивости. Он смотрел на нее с тоской. Она была так хороша и так недостижима. Она отказала ему, так что нечего здесь стоять и глупо таращиться на нее, надеясь, что она передумает. Такая женщина не меняет своих решений.

– Я вижу, что моя попытка не увенчалась успехом, – с поклоном произнес он, стараясь держаться с достоинством. – Я благодарен вам за то, что вы согласились принять и выслушать меня, мисс Дарлингтон. Приношу свои извинения за этот визит и за то, что испортил вам такой чудесный день предложением связать свою жизнь с таким никчемным типом, как я! Уверяю вас, этого больше не повторится. Всего доброго… и да хранит вас Господь.

Он направился к двери, держа спину неестественно прямо. На лице его застыло скорбное выражение, память о котором теперь будет преследовать ее долгими бессонными ночами. Чувствуя, что ноги больше не держат ее, Аманда рухнула в кресло и, уткнувшись лицом в сложенные руки, разрыдалась.

Нэп и Прис вошли в комнату и, остановившись в дверях, переглянулись. Потом они подошли к Аманде и встали по обе стороны от ее кресла.

– Ничего, ничего… – говорила тетя Прис, гладя племянницу по голове.

– Не огорчайся, все будет хорошо, – добавляла тетя Нэн, обнимая ее за плечи.

Однако такой уверенности у них вовсе не было. Дело в том, что они обе подслушивали за дверью и теперь имели все основания полагать, что все будет совсем не хорошо до тех пор, пока Аманда Джейн не вернет своего Джека.

Глава 18

– Одна, две, три…

– Черт побери, Джек, что у тебя за манера считать, сколько ты выпил! Какая разница, в конце концов?

Джек посмотрел на своего собутыльника мутным взглядом. Они сидели в углу прокуренного пивного зала маленького, но известного игорного дома на Ковент-Гарден. Здесь не бывала приличная публика, поэтому Джек выбрал именно это заведение, не желая встречаться со знакомыми, которые обязательно начнут расспрашивать его о несостоявшейся свадьбе, об амнезии и внезапном исчезновении. А Роб просто скрывался здесь от кредиторов.

Да, несмотря на то что Джек совсем недавно сделал ему щедрый подарок, Роб опять был в долгах. Так что неудивительно, что перед ним теперь стояло столько же пустых бокалов, сколько и перед Джеком… а возможно, даже больше. Роб был в отчаянном положении. Джек много раз давал ему деньги в обмен на обещание забыть об азартных играх, но зеленое сукно игровых столов действовало на Роба магнетически, и он не мог справиться со своей страстью. А судьба не жаловала его, и он постоянно проигрывал.

Да еще этот недавний неприятный инцидент с Шарлоттой! Какому мужчине понравится, когда его отвергают!

– Я люблю считать, сколько выпил, Роб. Хоть какая-то тема для размышления помимо… – Он уставился невидящим взглядом в пространство, и перед ним возник образ Аманды. Не тот, чужой, который предстал перед ним в последнюю их встречу, а другой, во время их единственной ночи любви. Он улыбнулся своим мыслям. -…помимо женщин! – заключил он, но его слова прозвучали гораздо нежнее, чем он этого хотел.

– Женщины! – сочувственно повторил Роб, икнув. Он вытянул вперед правую руку, как римский оратор, и провозгласил: – Мудрец сказал однажды…

– Какой еще мудрец? – полусонно поинтересовался Джек.

– Аристотель или другой какой-то… Какая разница, Джек? Так вот, кто-то сказал: «На свете нет ничего хуже женщин… кроме других женщин». Этот старый грек был не так уж не прав, а?

– Да, хорошо сказано, Роб. В самую точку! Но мне больше нравится другое изречение. – Он кашлянул и разлепил смежающиеся веки. – Один аноним сказал: «Женщина – это цепь, которой мужчина привязан к колеснице глупости».

– Тоже верно, Джек. Если бы не женщины, мы жили бы счастливо, как жаворонки в поднебесье.

– Я вспомнил еще одно мудрое высказывание по этому поводу. По-моему, оно принадлежит старому женоненавистнику Тому Деккеру. Он говорил: «Если бы не было женщин, мужчины жили бы как боги».

– Боги. Вон как ты загнул, Джек! – Роб поднял бокал для тоста. – Верно! Именно так мы и будем жить теперь, когда избавились от женщин… правда?

– Правда! – Джек поднял свой бокал и попытался чокнуться с Робом. Это у него получилось только с третьего раза.

– Как боги! – хором воскликнули они.

После того как они осушили бокалы, Роб уронил голову на стол и жалобно простонал:

– Господи, ну почему Шарлотта мне отказала? Я думал, что мы с ней друзья!

– Ты слишком торопил события, Роб. Наверное, она еще не пережила наш разрыв, – пожав плечами, предположил Джек.

– Черт бы тебя побрал! И почему женщины так сильно любят тебя и совсем не любят меня? – пробормотал Роб, не поднимая головы со стола.

– Не все меня любят, – нахмурился Джек. – Аманда не любит меня. Не хочет выходить за меня замуж. Ничего, теперь я уже больше не суну нос в эту мышеловку! Любовь сводит человека с ума, знаешь ли. А когда твое чувство безответно, это очень стыдно.

Джек преисполнился жалости к самому себе и тоже уткнулся лбом в сложенные на столе руки.

– Боже ты мой! – раздался у него над ухом знакомый голос, и Джек, с трудом приподняв голову, увидел перед собой лицо брата. Джулиан смотрел на него с презрением.

– Что ты здесь делаешь, Джулиан? Это место не для тебя, – удивился Джек.

– Конечно, братишка. – Джулиан усмехнулся, отдав должное его трезвой оценке окружающей действительности. – Но это место и не для тебя. – Он нагнулся и взял Джека под локоть. – Я искал тебя по всему городу, несносный пьянчуга.

– Зачем?

– Нам нужно поговорить. Ты поедешь со мной домой, где я смогу приготовить тебе крепкий кофе. Ты должен сначала протрезветь, чтобы понять то, что я собираюсь тебе сказать.

– Я не против того, чтобы поехать домой. – Джек начал подниматься на ватных ногах, и от перемены позы у него закружилась голова, так что ему пришлось схватиться за стол обеими руками. Роб спокойно дремал. – А как же Роб? По-моему, он порядком набрался. Не можем же мы его бросить на произвол судьбы среди этих воришек и подпольных маклеров.

52
{"b":"1282","o":1}