ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Бригадир, – заявил Жашом, который, желая доставить другу удовольствие, поворошил угли в потрескивающей печурке, – напрасно вы вернулись в налоговое управление, попросились бы лучше таможенником в Сенегал.

Бригадир не отвечал.

Поднявшись, он застыл у застекленных дверей, вглядываясь в залитые лунным сиянием одинокие лесные тропинки. Зрелище было феерическим! Лунный свет посеребрил лужайки, рассыпал блестки по молодой листве. Картина напоминала убранство Шатле…

– Что вы там разглядываете, бригадир? – спросил Жашом, который, оставаясь равнодушным к красоте весенней ночи, не догадывался о восхищении шефа великолепным зрелищем.

– Гляжу, вон машина едет сюда… Наверное, не знает, что ворота ночью закрыты…

– И верно, – откликнулся Жашом. – Едут прямиком сюда!..

Действительно, по дороге Каскад двигался автомобиль, роскошный лимузин с зажженными фарами, бьющими по неприступным лесам.

Бригадир открыл дверь.

– Право, забавно, – сказал он, – сколько людей не знает, что проезд на ночь закрывается.

Он дожидался на тротуаре, пока перед ним не притормозила машина. Из нее вылез человек в одежде шофера.

– Закрыто? – поинтересовался он.

– Да, сударь… Выехать из города вы сможете через Дефанс или Булонь, здесь проезд открывается в пять утра!

– А нас пропустить никак нельзя?

Бригадир пожал плечами.

– Нам приказано никого не пропускать!

– Даже нас? – стоял на своем шофер.

– Что значит вас? Конечно, вас! Я же сказал: никого! Исключение только для пожарных!

– Но наше отделение…

Бригадир ошарашенно взглянул на шофера.

Какое еще отделение? О чем идет речь?

Он проследил за жестом мужчины и моментально все понял.

– Черт возьми! Скорая помощь! Вы скорая помощь? У вас в машине больной?

– Да, молодая женщина… В очень тяжелом состоянии… Никак нельзя проехать, бригадир?

Бригадир смягчился. Помимо того, разве имел он право отказывать скорой помощи, больной?

Для очистки совести приблизившись к автомобилю, он заглянул внутрь, дабы удостовериться, что его не разыгрывают. Но нет, все было так, как говорил шофер. В машине стояли носилки, над которыми нежно склонилась шикарного вида дама. Ее бригадир очень плохо разглядел…

Доблестный охранник вернулся к шоферу.

– Я открою вам, – сказал он, – но только не главные ворота.

– Это не имеет значения…

– Ладно…

Бригадир окликнул коллегу:

– Убери цепь, дай проход, это скорая помощь, у них там больная!

Несколько секунд спустя, миновав деревянные ворота, машина на всей скорости понеслась вверх по косогору…

Фирмена была похищена! Украдена!

Было темно, хоть глаз выколи.

Но страшнее черной ночи был серый мутный рассвет, медленно, словно нехотя, заполняющий комнату, роняющий зыбкий свет на находившиеся в ней предметы.

Они пока еще только угадывались сквозь призрачную муть, бледный свет занимающегося дня придавал им фантастические, загадочные, тревожные очертания.

– Где я?.. Что со мной произошло?.. Господи! Господи! Какая мука! Как раскалывается голова… Ах! Какой чудовищный кошмар… А если это не кошмар? Вдруг мне это не снится?

Фирмена, к которой постепенно возвращалось сознание, приподнялась единым рывком…

Теперь она сидела в постели, вернее, на постели, поскольку была полностью одета, и водила вокруг расширенными от ужаса глазами, ей казалось, что это галлюцинация, мираж.

Что же она видела? Это было недоступно ее пониманию.

Не соображая, в здравом ли она уме, Фирмена различила почти голую комнату, в которой не было ничего, кроме стула и кровати. Свет проникал через единственное окно, забранное массивной решеткой.

Несколько мгновений молодая женщина – с еще замутненным сознанием, оцепеневшей душой – рассматривала это подобие тюремной камеры. Но внезапно разум ее прояснился, она обо всем догадалась, все поняла.

О! Вдруг с поразительной ясностью она увидела свое трагическое приключение.

Да, на нее набросились при выходе из гостиной, она стала жертвой нападения. Она припомнила, что почувствовала резкий запах, по всей видимости, какого-то наркотического вещества, поскольку чуть не лишилась чувств; последующие события разворачивались как во сне, вот ее подняли, снесли по лестнице… Затем провал. Пустота. Нет, больше она ничего не помнила.

И сейчас, даже не сознавая всего ужаса своего положения, она не сомневалась в его серьезности.

Фирмена не могла себе представить, куда она попала, но у нее не было ни малейшего сомнения в том, что она находится в лапах похитителей, является их пленницей…

Постепенно освобождаясь от сонливости, все отчетливее понимая, что к чему, девушка чувствовала, как ее охватывает смятение.

Она встала с кровати, подбежала к окну.

За стеклами угадывался густой, непроходимый, незнакомый лес.

Фирмена хотела открыть окно, но оно было на запоре. Фирмена ринулась к двери, отчаянно ее затрясла – дверь была на замке…

Несчастная девушка содрогнулась.

– Конец! – прошептала она.

Инстинктивно она снова подбежала к окну.

Не может быть, чтобы нельзя было выйти отсюда!..

Она будет кричать. Да! Кричать!

Но Фирмена чувствовала, как перехватило ее горло, как пылает гортань, у нее не было сил выдавить из себя ни звука…

Почти обезумев от ужаса, молодая женщина прижалась лбом к стеклу, как завороженная, вгляделась в открывшуюся ей панораму.

Лес так близко подступал к дому, что деревья, раскачиваясь на ветру, царапали ветвями по фасаду. Лес был дремучим, густым, почти непроницаемым для дневного света, казалось, в нем не было ни единой тропинки, наверняка, ни единой живой души!..

Фирмена задумалась:

«Конец! Меня бросили здесь умирать с голоду, заперли и ушли! Боже мой!.. Боже мой!.. Но по чьей вине я страдаю?..»

Внезапно ее сомнения рассеялись. Она вспомнила о странном визите таинственного незнакомца, в ком она заподозрила Жюва, но который, возможно, был опасным бандитом Фантомасом.

Значит, Фантомас пожелал ей отомстить?

Но за что?

Об этом она не имела ни малейшего представления. Она вообразила, что ей предстоит чудовищная пытка, и в минутном умопомрачении, раскинув руки, пошатываясь, сделала несколько шагов по комнате и, как подкошенная, в истерике рухнула на пол.

Прошли долгие томительные часы. День понемногу прояснился.

После глубокого обморока Фирмена очнулась разбитой, но с посвежевшей головой, готовая рассуждать, бороться за жизнь.

Нет, в окружающей ее тайне не было ни единой зацепки, ни малейшей подсказки, по которым она могла бы определить, где она оказалась и почему.

Подумав о Фантомасе, она приписала фантастический замысел ему, но вряд ли ее похитил легендарный бандит.

Тогда кто?

Фирмена медленно поднялась, инстинктивно двинулась к окну.

– Я разобью стекло, – шептала она, – буду звать на помощь…

Но, безусловно, помощи не приходилось ждать ни снаружи, ни изнутри. Достаточно было взглянуть на высоченные деревья, чтобы почувствовать себя оторванной от жизни, вдалеке от всех и всего. Лес поглотит крики, заглушит самые отчаянные призывы.

Нет! Если и надеяться на помощь, то совсем не оттуда.

С редкой для женщин деловитостью Фирмена пустилась в размышления.

Прежде всего надо избавиться от томившей ее тревоги…

Она хотела знать!

И Фирмена во всю мочь закричала:

– На помощь! Спасите!.. Ко мне!..

Никто не отозвался.

– Господи! – бормотала молодая женщина. – Господи! Если похитители где-то поблизости и не обращают внимания на мои крики, значит, они уверены в полной своей безнаказанности!..

Тишина и одиночество тюрьмы были хуже любой пытки…

«Я хочу знать, – думала Фирмена. – Пусть эти мерзавцы, по крайней мере, скажут, что им надо, почему они напали на меня…»

И тут ей на ум пришла уловка, замечательная уловка. Фирмена снова закричала:

56
{"b":"1287","o":1}