ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Фандор мог раздражаться, распекать своего друга – тот не давал отпора. Он обхватил руками голову и глубоко задумался. Он повторял:

– Кулон у нее! Но с каких пор?

Фандор вскинул руки к небу.

– С каких пор? Не могу сказать вам этого точно, со вчерашнего дня, а может быть, с позавчерашнего! В любом случае, я получил деньги этим утром для того, чтобы вручить их вам… Соизволите их взять?

– Извини, – наконец произнес Жюв, который с этого момента устремил на Фандора странный взгляд, – не можешь ли ты мне сказать, какой сегодня день?

«Да! – подумал Фандор. – Что же это сегодня происходит с Жювом? Он мне кажется совершенно растерянным, очень странным!»

Однако журналист решил сохранить терпение до конца и ответил на вопрос:

– Сегодня пятница…

Жюв резко выпрямился.

– Пятница! – вскрикнул он. – Нет, Фандор, не говори это… из любви к Всевышнему, у нас сегодня не пятница, а четверг!..

Глядя на своего друга все с большим и большим удивлением, Фандор возразил:

– Сожалею, что должен противоречить, но сегодня у нас пятница, посмотрите-ка лучше…

И чтобы подтвердить свои слова, репортер поднес к глазам Жюва утреннюю газету.

Кроме того он указал на календарь, висевший на стене…

– Вам нужны другие доказательства? – спросил он.

Жюв вновь упал в кресло и, как человек, сраженный какой-то страшной тайной, прошептал:

– Сегодня пятница… тогда, что же я делал вчера?..

Отказываясь понимать, Фандор не произнес более ни слова, а так как Жюв молчал, воцарилась длительная тишина.

Однако спустя некоторое время инспектор вновь начал:

– Послушай, Фандор, происходят серьезные, необычайные вещи… Мне кажется, что я понемногу теряю голову…

– Сказать по правде, – признался Фандор, – у меня точно такое же мнение… Но не беспокойтесь, Жюв, такая голова, как ваша, прочно сидящая на ваших крепких плечах, вряд ли потеряется…

– О! – прервал его Жюв. – Не смейся, прошу тебя, сейчас не время шутить!

С этого момента сыщик, как бы охваченный внезапной решительностью, подошел и уселся рядом со своим другом.

Затем совсем тихо, но задыхаясь и с дрожью в голосе, он поведал о поразительных событиях, о которых у него сохранилось четкое и ясное воспоминание… Он рассказал обо всем с самого начала, о своем прибытии в среду вечером – относительно даты Жюв был уверен – на крышу дома на улице Жирардон, далее о своем спуске внутри дома, об экстравагантной и таинственной прогулке по полуподвалам и наконец о том, что он видел, слышал, заметил…

Потом он описал свое пробуждение, болезненное онемение членов, тяжесть в голове и утомление мозга. И наконец свой приход к Фандору около часа назад…

Однако Жюва по-прежнему удивляло то, что была пятница, следовательно, в доме на улице Жирардон он провел один день и две ночи.

Итак, рассказ Жюва произвел на Фандора странное, тяжелое впечатление.

Когда полицейский закончил говорить, журналист поднялся, но, находясь, по-видимому, во власти сильного возбуждения, колебался с ответом.

– Мой милый Жюв, – проговорил наконец Фандор, – все, что вы мне рассказываете, является ошеломляющим, тревожным, сводящим с ума… Полноте! У необычайного есть свои пределы!.. И я не могу поверить в приключения, о которых вы мне рассказываете…

В этот момент Жюв выпрямился.

– Скажи, что ты считаешь меня сумасшедшим, черт подери, – выругался полицейский.

Но Фандор уже запротестовал:

– Какое отвратительное слово вы произнесли, Жюв, и каким впечатлительным вы становитесь! Сумасшедший! Кой черт, нет, вы не сумасшедший… Но, разумеется, вы устали, взвинчены… Итак, если вы хотите знать, что я думаю, я скажу вам это… Вот уже 10 лет, дорогой Жюв, как вы не имеете ни минуты отдыха, живете в постоянном напряжении…

Фандор продолжал бы говорить, если бы Жюв его не прервал.

– Честное слово, именно ты, Фандор, и несешь вздор!

Жюв поднялся. Его лицо было искажено, он кусал губы…

– В конце-то концов, черт побери, – выговаривал он, – то, что я видел, действительно видел… И то, чего не делал, я не делал!..

Фандор, очень обеспокоенный, ничего не отвечал…

Жюв взял свою шляпу, яростно натянул ее:

– До свидания! Пока!.. Я иду немедленно к баронессе де Леско. Надо справиться у нее.

В этот момент в дверь постучали.

– Войдите! – разрешил Фандор.

Появился привратник, который принес депешу. Машинально Фандор вскрыл ее и прочел, вначале рассеянно. Однако вскоре он вытаращил глаза и побледнел.

– Черт возьми! – пробормотал он. – Что это значит?

– Что? – спросил Жюв.

Фандор протянул депешу полицейскому, не говоря ни слова. Жюв громко прочел: «Просьба не заниматься Жапом!..»

Жюв повторил, глядя на Фандора:

– Просьба не заниматься Жапом! Что это может значить?

Затем какая-то странная улыбка озарила лицо полицейского.

– О! О! – начал Жюв. – О! О! Вот те на!..

Жюв поднял голову, посмотрел на Фандора… Он отметил бледность журналиста.

На мгновение показалось, что инспектор колеблется, но затем он, должно быть, принял внезапное решение, так как твердым голосом спросил:

– Ну, Фандор, разве депеша такого рода, следующая за событиями настолько странными, как мои, не заставляет тебя наконец подумать кое о чем?.. Кое о ком?..

Жюв умолк. Тогда Фандор дрожащим голосом докончил фразу.

– Да! – ответил журналист. – Вот уже четверть часа это неотвязно преследует мои мысли! Вот уже десять минут зловещее имя звучит в моих ушах… Жюв, вы думаете о Фантомасе?.. Что означает «Жап»?.. Все эти явления, связанные с Жапом, что они представляют собой? О! О! Неужели это Фантомас?

Ничего не отвечая, с нервозной резкостью Жюв пожал руку журналисту. Он пересек прихожую редакции и большими шагами быстро выскочил, хлопнув дверью…

На мгновение озадаченный этим быстрым уходом, Фандор побежал за полицейским.

– Жюв! Жюв! – кричал он.

Но Жюв был уже далеко и ничего не слышал!..

– Скажите госпоже баронессе де Леско, что у меня к ней важное дело, и я должен ее увидеть.

– Пусть мсье соблаговолит подождать в этом маленьком салоне, я сейчас предупрежу госпожу баронессу.

Слуга, только что произнесший эти слова, удалился, а посетитель, Жюв, упал на диван и машинально вытер лоб, мокрый от пота.

– Наконец-то, – прошептал он, – она дома, и я ее скоро увижу!..

Покинув кабинет Фандора, Жюв добежал до улицы Спонтини, проделав путь, как говорят, спортивным шагом. Он торопился, однако, желал идти пешком, чтобы «пораскинуть мозгами».

Было около 11 часов утра, и ему повезло, так как он узнал, что Валентина де Леско еще не выходила на свою обычную прогулку в лес.

Спустя несколько мгновений молодая женщина вошла в маленький салон, приблизилась к полицейскому и сердечно протянула ему руку.

Жюв извинился за свое появление, затем внезапно спросил:

– Итак, мадам, кулон у вас?

– Ну, разумеется, мсье, – ответила Валентина, слегка обескураженная этим вопросом.

Она добавила:

– Это просто счастье, что его отыскали или, по меньшей мере, что вор его вернул, и я вам признательна за вашу любезность… По этому поводу я обратилась к мсье Фандору…

– Речь идет не об этом, – прервал Жюв, – я пришел, чтобы попросить вас, мадам, показать мне вашу драгоценность и тщательно осмотреть ее вместе со мной… Если случайно вы сохранили коробочку и шпагат, которым она была обвязана, когда вам ее вернули, я попросил бы мне их принести.

Валентина спросила:

– Но для чего все это делать, мсье?

– Я вас прошу, мадам, – умолял Жюв, – сделайте то, о чем я говорю… Это очень серьезно.

Валентина смотрела на этого человека и отмечала его странное поведение. Она не стала более настаивать, удалилась на некоторое время, а затем вернулась со своим кулоном, коробочкой и шпагатом, как просил Жюв!

Полицейский бросился к предметам и долго их рассматривал. Он поворачивал и переворачивал в своих пальцах украшение, состоящее из двух крупных бриллиантов, в оправе из платины, соединенных цепочкой тонкой работы!

37
{"b":"1288","o":1}