ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Услышав голос Дюкло, здорового парня, Валентина успокоилась.

– Извините меня! – ответила она. – Я по-глупому пуглива, вот и все!

Впрочем, собака смолкла. Услышав, что поднялся ее хозяин, животное поняло, что ему угрожает трепка.

Луи Дюкло позвал собаку:

– Сюда! Пато! Где ты, проклятая собака?

И затем в тот же момент вновь раздался злобный лай, новый приступ ярости у собаки, которая должна была радостно встречать своего хозяина, но вместо этого продолжала кидаться на дверь!

Тогда страх снова овладел Валентиной. Молодая женщина поднялась. Она накинула пеньюар, а затем, приоткрыв дверь, крикнула:

– Что там происходит, Луи?

В коридоре Валентина заметила также Терезу, вышедшую из комнаты, которая казалась, как и Валентина, достаточно взволнованной.

– Луи! Луи! – позвала нормандка. – Посмотри, что случилось с Пато?

Луи наконец ответил, но голос его был странным, немного дрожал!

– Честное слово! Я не знаю, что с ним! Совершенно не знаю! Он мечется, как одержимый!..

Обе женщины услышали, как Дюкло поднял железные засовы, закрывающие дверь в нижний зал.

– Уверен, – закричал нормандец, – происходит что-то необычное!..

При этих словах Тереза перекрестилась.

– Пресвятая дева! – выговорила она. – Защити нас!

Затем она бросилась по лестнице.

– Будь осторожнее, муженек, ночью опасно! Это могут быть бродяги…

Тереза, как все крестьяне в округе Гавра, жила в постоянном страхе перед бродягами. Наверное, она бы затруднилась объяснить, кто такой бродяга, так она называла всех неизвестных, которые не были ни моряками, ни землепашцами, но в любом случае, она твердо полагала, что бродяги были убийцами, ворами, бандитами!

Разумеется, в окрестностях Гавра, как во всех предместьях больших портовых городов, всегда были люди, шатающиеся по дорогам неизвестно с какими целями и способные на все, что, в общем, оправдывало представления Терезы.

– Поостерегись, муженек! – повторяла крестьянка. – Ты взял ружье?

– Не беспокойся, – отвечал Луи Дюкло.

Валентина бросилась по лестнице вслед за Терезой.

Обе женщины подошли в тот самый момент, когда Луи Дюкло открывал дверь, выходившую во двор фермы. Пато глухо рычал позади хозяина, казалось, готовый к прыжку.

– Посторонитесь, – приказал Луи Дюкло, жестом руки отодвигая обеих женщин в сторону, – уверен, здесь что-то есть!

В пристройке уже проснулись девушки и парни, работающие на ферме. Через окно Тереза увидела, что у них загорелся свет.

– Это, наверное, Матюрэн, даю слово, что он пьян! – заворчала она.

Но Тереза не закончила…

Как только дверь приоткрылась, Пато, толкая своего хозяина, заливаясь бешеным лаем, бросился вперед…

Ночь была темная, глухая, непроницаемая, но ясно слышались шаги во дворе фермы…

– Кто-то есть! – проворчал Луи Дюкло.

Он был храбрецом и с ружьем в руке сделал несколько шагов вперед…

– Кто там? – спросил он.

Никто ему не ответил. Однако Пато лаял все сильнее и сильнее. Было слышно, как он прыгал, рычал, казалось даже, что он боролся с врагом…

– Кто там? – повторил Луи Дюкло. – Стойте! Черт возьми! У меня ружье!..

Но ответа не было.

Только более явственным стал шум борьбы, которую вела собака. Луи Дюкло отступил на шаг.

– Зажги свечку, Тереза!

В то время как Валентина дрожала от волнения, крестьянка превозмогла свой страх и побежала за фонарем из конюшни и зажгла его.

– Держи, Луи, но берегись! Я уверена, что это бродяга!..

– Хорошо! – ответил Луи Дюкло. – Оставайтесь там! Пойду посмотрю!

Держа фонарь в одной руке, а ружье в другой, Луи Дюкло сделал несколько шагов. Внезапно он испустил крик, подняв фонарь на высоту руки…

– Что такое! Кто вы, черт побери, что вы хотите?..

В свете фонаря Валентина и Тереза на мгновение смогли увидеть того, к кому обращался Луи Дюкло.

Посреди двора фермы стояла лошадь с всадником, странно неподвижным, производящим необычное впечатление, вырисовываясь, как привидение…

Лошадь поднималась на дыбы, резко брыкалась, защищаясь от Пато, который хотел вцепиться ей в морду. Человек, сидящий на лошади, казалось, даже не управлял ею!

– Кто вы? – повторил снова Луи Дюкло.

Позади него Тереза кричала:

– Остерегайся, муженек! Берегись! Уверена, что это нечистая сила!

– Вернитесь, Луи! Вернитесь! – умоляла Валентина.

Но Луи Дюкло, наоборот, продвигался вперед…

Вероятно, укушенная собакой, лошадь странного всадника обратилась в галоп. Теперь она направлялась к водоему типа небольшой лужи, где обычно поили скот.

Луи Дюкло устремился туда же.

– Остановитесь! – орал фермер. – Остановитесь, или я буду стрелять!

В этот момент, чувствуя близость лужи, лошадь круто развернулась и бросилась на фермера.

– Господи! – завопила Тереза, сильно обеспокоенная. – Он погибнет!

Однако Луи Дюкло отскочил в сторону. Обе женщины увидели, как он вскинул ружье, раздался выстрел… а вслед за ним крик изумления.

Что же произошло на самом деле?

В тот момент, когда Луи Дюкло выстрелил, целясь в лошадь, необычайный свет залил двор фермы. В одно мгновение стало так же светло, как в разгар дня.

И то, что увидели Тереза, Валентина, Луи Дюкло и, наконец, прибежавшие слуги с фермы, было настолько странным, ужасным, что и те и другие подумали, что они сошли с ума от ужаса!

Белая лошадь, возможно, раненная дробью из ружья Луи Дюкло, сделала фантастический прыжок…

Всадник, сидевший верхом, внезапно запылал!

Он пылал, как факел!

Он горел по-настоящему, как будто был облит нефтью, бензином!

– На помощь! – вопила Валентина.

– Спасите! – кричала Тереза.

Луи Дюкло не говорил ни слова.

Фермер смотрел на все происходящее глазами, вылезающими из орбит…

Однако, возможно ли это, чтобы человек мог гореть таким образом?

– Уходите! Возвращайтесь домой! – закричал энергичный фермер, бросаясь к Терезе и Валентине, которых он втолкнул в дом и закрыл за ними дверь. – Возвращайтесь и вы тоже, парни, приказываю!..

Действительно, во дворе фермы только что появились трое слуг из конюшни. Это были все грубые простые парни, нормандские крестьяне, тяжелодумы, но совершенно лишенные чувства страха…

– Черт возьми, – закричал первый, – нам надо схватить это животное!

Теперь во дворе было слышно только собаку. Она не лаяла, она только рычала.

– Ищи, Пато! Ищи!

Собака, очевидно, взяла след и бросилась в темноту.

– Сюда, парни!

А что всадник, исчез?

Действительно ли он горел?

Что стало с белой лошадью?

Луи Дюкло во главе своих работников обыскал двор фермы и вдруг около яблони нашел лошадь, очень спокойную и умиротворенную, которая тихо паслась!

Луи Дюкло привык обращаться с лошадьми и не стал колебаться.

Он схватил лошадь за ухо, зажал его в кулаке и держал, пока не подоспели работники.

– Внимание! – вмешался Матурэн, который подошел последним. – Вот лошадь, но где человек? Человек, который горел, где он?

Они все посмотрели друг на друга испуганными глазами. Они говорили глупости серьезнейшим образом; они спрашивали друг друга, где мог быть человек, который горел.

* * *

Морис Юбер, запыхавшийся, дрожащий, в крайнем волнении спрыгнул на следующий вечер в восемь часов перед дверью дома Луи Дюкло. Молодой доктор еще держал в руке полученную в то же утро депешу от Валентины, которую он прочел двадцать раз и ничего не понял, что привело его в полную растерянность.

Депеша была немногословна, она содержала следующее:

«Срочно приезжайте, Жап здесь! Мне страшно! Валентина».

Итак, как только он спрыгнул с повозки и бросился во двор фермы, Валентина подбежала к нему.

– Как дела? – крикнул Морис Юбер.

– Спасибо, что приехали! – ответила молодая баронесса, пожимая руки доктора с силой, возросшей от волнения. – Спасибо! Я не посмела обратиться ни к кому, кроме вас… И мне нужен был только ваш приезд.

47
{"b":"1288","o":1}