ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Хорошо, к делу, – согласился Мэксон. – Итак, вы просили меня делать глупейшие ставки только для того, чтобы сбить игру Мобану. Плевать на кошелек Мэксона, главное, чтобы Мобан не оказался в выигрыше! Не знаю, что у вас на уме, но таким образом ни он, ни я никогда много не выиграем!

Жюв усмехнулся. Его всегда забавляло, что именно богачи жалуются на то, что вот-вот разорятся. И чем больше у человека миллионов, тем горше он сокрушается.

– Я же вам говорил, господин Мэксон, – сказал вслух инспектор. – Выигрыш – дело десятое. Необходимо выяснить, какими деньгами располагает граф и каков источник его доходов. В общем, главное для меня – опустошить карманы Мобана. Голод гонит волка из лесу, как говорит пословица. Уверен, что как только у графа не останется ни франка, я узнаю массу интересного.

Американец обиженно засопел.

– Между прочим, мсье, – заметил он, – я уже который день вам помогаю, трачу свои деньги, а вы даже не скажете мне, к чему все это. Что такого интересного вы хотите узнать у графа?

Жюв положил руку ему на плечо.

– Ну я же вам уже объяснял. Поймите, я вполне вам доверяю и говорю с вами совершенно откровенно, но, видит Бог, я и сам немного знаю. Просто на ипподромах, в конюшнях, вокруг тотализаторов происходят какие-то странные вещи…

Он помолчал.

– Все началось с убийства этого человека… Рене Бодри, или как его там. У него, как минимум, четыре имени. Его повесили в Сен-Жерменском лесу. Как выяснилось, он имел прямое отношение к скачкам. Затем – непонятная кончина папаши Фабера, который тоже возился с лошадками. У меня нет почти никаких сомнений, что его смерть связана с убийством Бодри.

– А почему? – спросил американец.

Жюв махнул рукой:

– Долго объяснять, господин Мэксон. Тут много разных нюансов. Ну, например, несколько известных бандитов регулярно стали посещать ипподромы. Раньше такого за ними не наблюдалось, они предпочитали карты. Это все матерые преступники, мне неоднократно приходилось сажать их за решетку. Но самые гнусные преступления, как правило, сходили им с рук. И все потому, что они работали на одно лицо. Не догадываетесь, кого я имею в виду?

Губы Мэксона дрогнули:

– Фантомас?

– Именно он.

– И вы думаете, что сейчас тоже?..

Мэксон не договорил. Жюв медленно кивнул, на скулах его выступили желваки.

– Похоже, что да. Слишком много непонятного, слишком много людей вольно или невольно оказываются втянутыми в чью-то дьявольскую игру. Вы мне нужны, Мэксон. У вас есть деньги и положение в обществе. Вы можете очень помочь…

– Но при чем здесь Мобан?

– Если б я знал! Но он ведет себя подозрительно, а интуиция редко меня подводит. Этот молодой человек еще принесет нам неожиданности.

Инспектор помолчал, полуприкрыв глаза, потом вдруг спросил:

– А что вы думаете о Бридже?

– Тренере?

– Ну да.

Мэксон потер переносицу:

– Ну… У него приличные конюшни, хорошие лошади, и выездка неплохая… А что?

– Ничего. Просто я знаю о нем побольше.

– Что-то должно произойти?

Жюв загадочно улыбнулся:

– Увидите, дружище. Все скоро увидите. Извините, точно ничего не могу вам сказать. Обещаю одно – скоро я прекращу это копошение вокруг конюшен, и кое-кому придется объяснять свои поступки. И, кто знает, может, среди них окажется и Фантомас…

В десять часов вечера гостиная жокей-клуба была ярко освещена. Члены аристократического кружка что-то с озабоченным видом обсуждали.

Речь шла о приближающемся важном событии – выборах президента клуба. Сегодня составлялся список кандидатов. Конечно, в широких кругах были известны имена претендентов на высокое звание, однако, официально еще никто не зарегистрировался. Этот вопрос предстояло решать скорее.

Секретарь принес бумагу, перо и чернильницу и положил их на круглый столик. Все кандидаты должны были сами внести в список свои фамилии.

В гостиной жокей-клуба стоял возбужденный гул, весьма неожиданный для этого чопорного заведения. Обычно сдержанные члены клуба вовсю обсуждали возможности претендентов. Наиболее опытные говорили в основном о двух кандидатурах, соответствовавших их придирчивым требованиям.

С одной стороны баррикады находился граф Мобан, потомственный аристократ, представитель наиболее консервативных кругов клуба. С другой стороны – американский миллиардер Мэксон, олицетворявший в глазах многих передовое мышление и деловую хватку. Знатоки предрекали отчаянную борьбу.

И тот, и другой кандидаты были достойнейшими членами жокей-клуба, горячими любителями скачек, много сделавшими для развития ипподромов. Шансы их были практически равны.

Наконец голоса разом стихли. Из разных дверей зала почти одновременно появились двое мужчин и направились к круглому столику, чтобы внести свои имена в список кандидатов в президенты. Оба остановились на равном расстоянии от секретаря, и тот поднялся, держа в руке перо. Тут его охватила растерянность – кому из них предложить расписаться первому? Оба они уважаемые люди, и так не хотелось кого-нибудь из них обижать! Пока секретарь вертел головой, словно буриданов осел, претенденты соизволили наконец заметить друг друга. Один из них поклонился.

– Граф Мобан! – воскликнул он с нескрываемой иронией.

Второй холодно поклонился.

– К вашим услугам, Мэксон, – ответил он с убийственной вежливостью. – Видимо, нашим дорогам суждено пересекаться вечно!

– На все воля Божья! Но на этот раз одному из нас придется уступить.

Мобан надменно вскинул голову:

– Что ж, увидим, кто это будет!

– Увидим, – согласился американец. – Пусть победит достойнейший.

Услышав этот разговор, бедный секретарь вконец растерялся. Благородные господа были явно не в восторге друг от друга. Кому же из них вручить перо? В конце концов молодой человек принял соломоново решение. Он опустил перо в чернильницу и скромно отошел в сторону.

Соперники поняли колебания секретаря правильно. Действительно, хотя оба они уже давно закончили играть в детские игры, каждый считал для себя вопросом престижа поставить свою подпись первым. В глубине души оба наивно полагали, что это даст им какие-то преимущества в борьбе за заветную должность. Короче, никто не желал уступать.

Найденное решение также можно назвать достойным знаменитого древнееврейского царя. Члены клуба, с любопытством наблюдавшие за действиями кандидатов, увидели, как оба достали самопишущие ручки и одновременно расписались в верхней части листа.

– Хорошее начало, – бросил кто-то.

В гостиной снова зашептались. Все повторяли чье-то выражение:

– Господа, так мы можем остаться без президента!

Глава 18

НА ТРЕНИРОВКЕ

В четыре часа утра резкий звонок будильника прозвучал в каморке, которую занимал Скотт – вернее, Фандор, живший под именем Скотта в конюшнях Мезон-Лафит. Молодой человек сел на кровати и принялся яростно тереть глаза.

– Будь проклята такая жизнь! – бормотал он. – Будь проклят этот будильник! Не успеешь коснуться щекой подушки, как он уже трезвонит. Просыпаться в четыре утра для того, чтобы вскарабкаться на кобылу, которая только и думает, как бы тебя сбросить. Нет, уж лучше тогда родиться лошадью!

Фандора можно было понять. Он и обычно-то никогда как следует не высыпался, а теперь недосыпание стало хроническим. Каждое утро он проклинал свою профессию, заставлявшую его вечно совать нос в чужие темные дела, вместо того, чтобы предаваться простым житейским радостям.

Вот и сегодня, чтобы прийти в себя, ему понадобилось добрых пять минут посылать к черту Бриджа, конюшню и всех лошадей на свете. Немного отведя душу, он спустил ноги на пол.

– Душ, вот что мне сейчас необходимо, – проворчал он. – Только где здесь найдешь приличный душ! Одно слово – конюшня…

Кряхтя, он отправился в угол. Там находилось то, что Бридж громко именовал «ванной для конюхов». Это была огороженная занавеской кадушка с холодной водой. При ней присутствовали треснувший кувшин и не первой свежести полотенце. Фандор с отвращением посмотрел на это достижение цивилизации, вздохнул и с горечью повторил:

38
{"b":"1290","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
45 татуировок продавана. Правила для тех, кто продает и управляет продажами
Хочу ребенка: как быть, когда малыш не торопится?
Не прощаюсь
Восхождение Луны
Венец многобрачия
Литературный марафон: как написать книгу за 30 дней
Время Березовского
Последний Дозор
Здравый смысл и лекарства. Таблетки. Необходимость или бизнес?