ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Да что вы? Вот уж, действительно, если не повезет, так во всем сразу… Кстати, Мэксон вообще давненько не выигрывал.

Граф Мобан, уловивший этот разговор, чуть заметно усмехнулся и прошептал:

– Еще бы!

Тут подошел один из владельцев скаковых конюшен и взял графа под руку:

– Ну, мсье, как вам эта афера?

Мобан поморщился:

– Еще точно не знаю, в чем там дело, но выглядит все это отвратительно. Какой-то подлог. Кстати, я и не сомневался, что Каскадер немногого стоит. Да и конюхи того же мнения. Удивительно, что такой опытный человек, как Мэксон, поставил на него целое состояние. Интересно, кто ему посоветовал?

Собеседник покачал головой:

– Действительно, странно. Человек, собирающийся стать президентом жокей-клуба, не должен делать таких ошибок. А ведь если бы не вы…

Лошадник хихикнул и заглянул Мобану в глаза:

– Это наводит на кой-какие мысли, а?

Граф удивленно поднял брови:

– О чем вы?

– Но ведь это бросается в глаза! Все знатоки считают, что Каскадер звезд с неба не хватает. В списке фаворитов его нет. Тем не менее, Мэксон, у которого есть масса возможностей получить необходимую информацию, вдруг ставит на эту лошадку круглую сумму. Может, он предвидел, что произойдет подлог? Ведь если бы не ваше вмешательство, это могло и не выплыть на поверхность! И Мэксон бы сейчас подсчитывал барыши. Этот трюк принес бы ему состояние!

Мобан достал золотой портсигар, угостил собеседника и закурил сам.

– Видите ли, мой дорогой, – произнес он с видом человека, которого вызвали на откровенность против его воли, – видите ли, люди на ипподроме уже не те, что раньше. В старые времена подобная подтасовка была бы невозможной. Но ведь мы, следуя современным веяниям, перестали чтить традиции… Что же удивляться, если в нашем клубе появляются теперь люди, имеющие несколько иное представление о способах обогащения, чем мы, старая гвардия.

Владелец конюшен польщенно порозовел. Он со стоял членом жокей-клуба всего год, и слово «мы» тешило его самолюбие. Граф Мобан устало махнул рукой и заметил:

– Впрочем, что это я… Оставим этот разговор. Уверен, что Мэксон здесь ни при чем.

Он помолчал и добавил:

– Поймите меня правильно, мой друг. У меня весьма деликатное положение. Я хозяин Каскадера, я соперник Мэксона по клубу… Может создаться превратное мнение, что я…

– Вы шутите, граф! – перебил лошадник. – Никто и в мыслях не имел усмотреть в вашем поведении какую-либо корысть. Вы поступили, как подобает настоящему аристократу. Думаю, что теперь о кандидатуре Мэксона просто позабудут.

Мобан довольно улыбнулся…

У двоих мужчин, беседовавших в тени за трибунами, повода для улыбок не было.

– Меня обошли, – понурившись, говорил Жюв. – Этого я не мог предвидеть. Поверьте, господин Мэксон, я просто в отчаянии.

Глядя на полицейского, в это можно было поверить. В самом деле, ситуация складывалась крайне неприятная. Дело, в конце концов, не в деньгах – такой богатый человек, как Мэксон, мог позволить себе просадить и более значительную сумму (без всякого, впрочем, восторга). Хуже всего было то, что могли возникнуть сомнения в честности Мэксона. Жюв был уверен, что граф Мобан сделает все возможное, чтобы представить американца как человека, нечистого на руку. Да это и не сложно. Опытный игрок, знаток лошадей, вдруг ставит на заведомого аутсайдера. Если ему повезет, выдача может достичь сорока к одному. И что же? Как по заказу, на дорожке появляется лошадь, как две капли воды похожая на избранника Мэксона, выигрывает заезд и исчезает неизвестно куда!

Даже у самого непредвзятого человека неминуемо возникнут подозрения. Как ни крути, а только Мэксону была прямая выгода идти на подлог. Что до Мобана, то миллионер судил по себе – какой же лошадник отважится во всеуслышание заявить, что его лошадь никуда не годится, а заезд выиграл Бог весть кто? Торгаш – он и есть торгаш. Однако граф оказался на высоте, настоящий аристократ!

Американец вздохнул:

– Похоже, мне не быть президентом жокей-клуба. А может, и его членом.

Мэксон был далек от того, чтобы обвинять симпатичного инспектора. Как делец он понимал, что бывают ситуации, когда всего предусмотреть невозможно. Но легче от этого ни тому, ни другому не становилось. Жюв сжал кулаки:

– Ладно, этот раунд мы проиграли. Я весьма сожалею, мсье, о неприятностях, которые выпали вам по моей вине. Но даю слово полицейского, что больше этого не повторится!

Мэксон дружески положил руку ему на плечо и пробасил:

– Не сомневаюсь, дружище! Следующая партия будет за нами. Конечно, шансов стать президентом у меня практически не осталось, но если вдруг случится чудо, то мошенникам, затесавшимся в эту организацию, придется туго. Уж не знаю, будет среди них Фантомас или нет, но достанется всем. Сегодня неудача – победа завтра! Вот мой девиз!

Он рассмеялся:

– А насчет денег не беспокойтесь. Я еще не все на вас потратил. Так что можете смело на меня рассчитывать, дружище.

Американец посмотрел через плечо Жюва и негромко сказал:

– Так, вот и мой букмекер.

Неподалеку появился невысокий, безукоризненно одетый человек, пользовавшийся в определенных кругах репутацией самого удачливого и преуспевающего букмекера. Мэксон шагнул вперед.

– А, это вы! – добродушно произнес он. – Похоже, я вам немало должен. Сколько там… Двадцать тысяч, если не ошибаюсь?

Человек кивнул. Американец полез в карман за бумажником и вдруг застыл. Лицо его покрыла синюшная бледность, на губах появилось обиженное выражение. Жюв подошел.

– Что случилось? – обеспокоенно спросил он. – Вам нехорошо?

– Куда уж лучше! – с горечью ответил Мэксон. – Ко всему прочему меня еще и обокрали!

Он распахнул пиджак и показал разрезанную изнутри подкладку. Жюв нахмурился.

– На скачках я все время был рядом с вами… А где вы обедали?

– В жокей-клубе.

– Значит, там…

– Но там обедают честные люди!

Жюв кивнул на испорченный пиджак:

– Бывают и нечестные. Фантомас, например…

Мэксон молча посмотрел на инспектора.

Глава 24

КТО ЖЕ ФАНТОМАС?

Положение сильно осложнилось. Даже ко всему привыкших Жюва и Фандора начинало охватывать уныние. Слишком много неожиданностей, слишком много необъяснимого.

Разумеется, ни полицейский, ни журналист не сомневались, кто стоит за событиями последних недель. Обоим было ясно, что это их давний неуловимый противник. До сих пор Фантомас не проявлял интереса к скачкам, да и вообще к животным. А теперь, судя по всему, он решил попробовать свои силы на новом поприще. И результаты не замедлили сказаться – стали погибать люди. Человек, проигравший последние гроши в надежде сорвать легкий куш, может сойти с ума, может даже в отчаянии покончить с собой. Но ни один игрок не станет лишать человека жизни из-за лошади. Для этого нужно быть преступником. И не просто преступником, а хладнокровным убийцей.

На этот раз, против обыкновения, Фантомас предусмотрел не все. Его сын был арестован и в любой момент мог дать показания. В такой ситуации действия Гения преступления предугадать было невозможно. Если родственные чувства возьмут верх, он мог пойти на самые невероятные ухищрения, чтобы освободить Владимира. С другой стороны, негодяй мог решить, что, позволив себе попасться в руки правосудия, сын больше не будет ему надежным помощником. В таком случае Жюва нисколько не удивило бы, если в один прекрасный день тюрьма Санте взлетела бы на воздух. Фантомас однажды потопил океанский лайнер только для того, чтобы попасть в списки погибших.

Итак, друзья понимали – их враг где-то рядом. Но кто он? Какую маску выбрал на этот раз?

Ясно, что искать его надо среди завсегдатаев ипподрома. Но кто именно? Владимир попался, потому что был слишком беспечен. Фантомас не таков. Но в большом деле ему не обойтись без помощников. Из кого он их набирал? Может, из знаменитых бандитов? С чего вдруг такие известные в уголовном мире личности, как Иллюминатор, Горелка и Сторож, стали вдруг посещать скачки? Может, арестовать их всех разом и выяснить причину столь неожиданного увлечения?

53
{"b":"1290","o":1}