ЛитМир - Электронная Библиотека

— Какая гадость! Ладно, завтра наступит пора отыграться.

— Если завтра вообще будет. Ты что-нибудь цитировала или это импровизация? И кстати, мы уже приземлились?

— Да, и наши гости уже прибывают, а я еще не успела одеться. Ты не займешься ими, пока я приведу себя в порядок?

Я не успел открыть люк на нижнюю палубу, как началось действие пилюль. Вдруг я пришел в сознание — более ясное, чем бывало за несколько последних недель. Я взглянул на металлический поручень, убеждаясь, что, схватившись, не согнул его. Разумеется, поручень был в порядке, но ощущение невероятной силы и выносливости очень помогало. Спустя некоторое время эта доза снадобий могла уложить меня в госпиталь, но пока я чувствовал себя в полном порядке.

Внутренняя дверь шлюза открылась, и через нее начали вливаться люди. Воздушный туннель был проведен из внутренней поверхности Вапауса, так что они могли пройти на борт, не дожидаясь своей очереди у шлюзов. Первый из вошедших был в форме младшего лейтенанта. Среди незнакомых людей я сразу же заметил Джорджа. Из остальных мужчин и женщин кое-кто был в армейской форме, кое-кто — в штатском. Эти добровольцы знали, куда направляются, и горели желанием немедленно вступить в бой. Всех их снабдили тяжелыми пуленепробиваемыми жилетами и нагрузили боеприпасами. Каждый был вооружен пистолетом и винтовкой. Многие прихватили также угрожающего вида ножи.

Я подозвал к себе лейтенанта — невысокого плотного человечка с неуправляемой копной светлых волос и зловещим блеском в глазах. Похоже, когда-то ему сломали нос. Под носом нахально топорщились усы. Он торопливо откозырял мне.

— Младший лейтенант Раунио, сэр.

— Добро пожаловать на борт, лейтенант. Через пятнадцать минут ваши люди должны быть готовы к погрузке. Весь багаж сложите в грузовых отсеках, а затем начинайте размещаться на корабле. В пассажирских отсеках есть привязные ремни и поручни, воспользуйтесь ими. Нам придется маневрировать, так что не покидайте свои места, пока вам не сообщат, что все в порядке. Ясно?

— Да, сэр. Всем этим людям уже не раз приходилось летать в космосе. Они знают, что надо делать.

— Отлично. Надеюсь, я тоже буду знать, что нам делать, как только мы окажемся на месте.

Раунио хищно улыбнулся.

— Ручаюсь, так оно и будет.

Я отнес эту двусмысленность к плохому владению языком — казалось, этого лейтенант и ждал. Уходя, я слышал, как он раздает приказы на финском, приправляя их изощренной бранью.

Когда я вернулся в кабину, Джослин уже успела, как она выразилась, «одеться для бойни».

— Как дела у «Дяди Сэма»?

— Как всегда, в порядке. С Вапауса провели диагностику всех систем, и они работают как часы. До вылета еще есть время.

Я опустился в свое кресло и вызвал Мари-Франсуазу.

— Что происходит?

— Пока все идет по плану. Команда спасательных капсул ждет на станции. За вами последуют пятнадцать судов. Меткафа и его пилотов пока не беспокоили — ничто не ускользает от их лазеров. Внизу хорошая погода. «Левиафан» идет на запад, к приморскому городу Випурии, и там день в самом разгаре. Джослин уже перенесла схемы расположения цели в свою навигаторскую систему. Остальные последуют за вами.

— В цели есть какие-нибудь изменения?

— Нет. Вы по-прежнему направляетесь к помещениям связи корабля. Потому держите устройство для обнаружения радиоволн наготове.

Все команды захвата центра управления ракетной системой везли «черные ящики», закодированные на электронный шум определенной частоты.

— Удачи тебе, Мак.

— И тебе тоже, Мари-Франсуаза. Конец связи. — Я отключился.

На борту «Дяди Сэма» царило неестественное спокойствие. Опасность вновь стала очевидна и ясна. На карту была поставлена наша жизнь, исход боя должен вскоре проясниться. Через несколько минут мы будем либо живыми победителями, либо мертвыми побежденными. Почему-то я испытал странное и пугающее удовольствие, зная, что, если предстоит погибнуть, мы с женой умрем вместе.

Наконец Джослин нажала на две кнопки, и мы были готовы к вылету.

Спокойствие улетучилось в тот момент, как заработали двигатели. Я слышал, как лихорадочно застучало сердце. Предстоял бой, и я обнаружил, что держу руки на пульте лазерного орудия, не подозревая об этом.

Но прежде предстояло войти в атмосферу. Двигатели «Дяди Сэма» ревели в тишине космоса, корабль падал к виднеющейся внизу планете. Остальные корабли следовали за нами в боевом порядке, на расстоянии нескольких километров друг от друга.

«Звезды», «Полосы» и десяток баллистических судов — в основном класса «Куу» — запустили двигатели одновременно с нами. Их пилотами были капитаны буксиров или торговых судов, не имеющие боевой подготовки, — других людей у нас не осталось.

Если все корабли сумеют совершить посадку, на борту «Левиафана» окажется двести человек.

Джослин вела нас неторопливо и ровно, так, что перегрузка не превышала одного «g», и начала тормозить, как только мы приблизились к планете. Полет к границе атмосферы занял лишь несколько минут.

На самой границе Джослин вырубила двигатели. Несколько секунд мы двигались в невесомости, а затем почти незаметное давление снизу переросло в сокрушительную силу, вдавившую меня в кресло. Я обнаружил, что боевой костюм жмет еще в четырех местах. Мы вошли в слои воздуха.

Джослин ввела нас в атмосферу быстро и решительно, используя самый крутой из возможных угол входа, чтобы дать радару «Левиафана» как можно меньше шансов заметить нас заранее.

Перегрузка исчезала по мере того, как мы сбрасывали огромную первоначальную скорость. Наши ряды слегка распались, другие корабли подошли ближе к нам, пикируя к цели. Эту часть работы командиры буксиров знали как свои пять пальцев, и отставшие вновь быстро присоединялись к общему строю.

Мы входили в воздух все глубже и глубже.

— Джоз, на экране радара только что появился «Левиафан». Мы находимся над ним.

— Мы скоро нагоним его. Мак. Я выйду прямо туда, где должен оказаться «Левиафан», плюс-минус километр. Мы на правильном курсе.

Между нами и нашей добычей протянулся слой облаков. Я попытался связаться с Меткафом.

— «Лучник», это «Дядя Сэм». Отвечайте.

— Говорит «Лучник». Спускайтесь, мы приготовили для вас местечко. Здесь становится жарковато, босс, так что поспешите. Они пытались поднять в воздух истребители, но мы сбили троих, не давая им взлететь с палубы. На палубе еще какие-то войска, но мы надежно держим их. У Корски только что скис лазер, и остальные близятся к такому же состоянию. Отвлеките от нас огонь, и, может, мы сумеем подзарядить батареи. Подожди… что-то только что промелькнуло с нижней палубы. Похоже, им все-таки удалось взлететь.

— Верно, на нижней палубе должны быть запасные катапульты. К нам направляется самолет противника… даже два. Можешь дать нам изображение?

— Попробую. Вы на краю зоны досягаемости, но камера может сработать.

На экране зарябили полосы, постепенно складываясь в отчетливую картину главной палубы «Левиафана». Пока мы разглядывали ее, перед глазами промелькнула еще одна точка, и радар засек очередной приближающийся самолет противника. Мы находились еще в пятистах километрах от «Левиафана», но быстро приближались к нему.

Истребители противника мчались прямо на нас. Настроив изображение, я повернулся к пульту управления лазерным орудием и выстрелил. Первый самолет противника превратился в огненный шар через несколько секунд. Второго я сбил с такой же быстротой. Третий внезапно вильнул и спикировал к земле, а потом снова появился снизу, заходя нам в тыл.

— Я вижу, Мак, — спокойно сказала Джослин. — Всем кораблям! Нарушить ряды и совершать посадку по своему усмотрению!

Выровняв «Дядю Сэма», Джослин запустила реактивные двигатели, в пламени которых сгорел третий самолет противника.

— Отличная стрельба, ребята! Я все видел, — восхитился по связи Меткаф. — Помашите в камеру и улыбнитесь. И приготовьтесь к встрече еще троих гостей — нет, двоих, один достался Гилберту.

66
{"b":"1292","o":1}