ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Блог на миллион долларов
Индейское лето (сборник)
Наши судьбы сплелись
Дневник «Эпик Фейл». Куда это годится?!
Не благодари за любовь
Князь Пустоты. Книга третья. Тысячекратная Мысль
Победители. Хочешь быть успешным – мысли, как ребенок
Мягкий босс – жесткий босс. Как говорить с подчиненными: от битвы за зарплату до укрощения незаменимых
Проклятие Пражской синагоги

Итак, вы отправились в путь в режиме С2, точно вычислив курс и набрав заданную скорость. Звезды движутся по своим орбитам вокруг центра Галактики — точно так же, как планеты движутся вокруг звезд. Таким образом, их движение происходит относительно друг друга. Типичное скоростное отклонение составит порядка семидесяти километров в секунду Корабль, движущийся от одной звезды к другой, должен учитывать этот скоростной сдвиг.

Буксир довел нас до требуемой скорости, соответствующей скорости движения звезды, куда мы направлялись в первую очередь. Оказавшись там, мы должны были произвести настройку скорости и курса и начать поиск пригодных для жизни планет.

Отцепившись от буксира, мы двинулись дальше самостоятельно. Пять минут спустя бортовые компьютеры «Джослин-Мари» решили, что мы прибудем в нужное место и в нужное время, запустили режим С2, и корабль устремился в неизведанный космос.

В течение четырех тысяч часов или приблизительно шести месяцев «Джослин-Мари» выполняла свою работу. Мы посетили полдюжины звездных систем, существенно отличающихся друг от друга. Каждая из них вызывала почти непреодолимое искушение остаться здесь подольше и посвятить исследованиям по крайней мере всю жизнь. Единственное, что удерживало нас от подобного шага, — обещание новых чудес впереди, в новом секторе космоса.

Я удивлялся не только чудесам вселенной, но и любимой женщине, которая делила со мной радость открытий. Это были дни величайшего счастья. Каждый день я просыпался в предвкушении интересной работы, не только захватывающей, но и жизненно важной и полезной. Каждый день я проводил, зная, что люблю и любим. Каждый день приносил нам новые приключения.

И все дни до единого были запоминающимися и захватывающими.

Вообразите себя стоящим на крохотной планетке, до отказа набитой ценными минералами, появившимися здесь по необъяснимой прихоти природы. Представьте, что вы стоите, глядя в небо с планеты, по размеру в сотни раз превосходящей Юпитер, зная, что вспышки молний, видимые в разрывы облаков, — не что иное, как родовые муки звезды, ее термоядерные реакции, только что пробудившиеся к жизни. Наблюдая подобные картины, мы с Джослин знали, что за нами последуют другие, торопясь извлечь сокровища из-под ног прежде, чем огненный шар в небе загорится в полную силу и опалит окрестный космос, оставляя на месте, где мы стояли, только угли. Эта планета кончит свое существование за время, лишь вдвое превышающее человеческую жизнь.

Представьте себе две планеты размером с земную Луну, которые вращаются вокруг друг друга, разделенные всего тремя тысячами километров. Взаимодействующие силы притяжения вызывают здесь бесконечные землетрясения, полностью разрушая поверхность планет-близнецов. Мы назвали их Ромулом и Ремом. Когда-нибудь они врежутся друг в друга, и от них останутся только обломки камня, разлетевшиеся в космосе.

Вообразите планету, где воздух свеж и сладок, а жизнь, очень похожая на земную, наполняет моря, небеса и землю. Там мне удалось обнаружить нечто любопытное. По-моему, это был кусок обработанного металла. Джослин считала, что это творение природы — комок сплава, выброшенный из зева вулкана и принявший странную форму по капризу воды и погоды. Вскоре там зародится человечество, и, я надеюсь, какое-нибудь дитя этой планеты станет постигать науки и ремесла, подтвердив, что мы не единственные разумные существа, побывавшие в тех местах.

Мы с Джослин были рождены, чтобы странствовать в небе, и это устраивало нас обоих. Эти дни были счастливейшими в нашей жизни.

А потом нас догнали.

В это время мы находились близ шестой из намеченных для исследований системы. Мы провели здесь уже десять дней, только что закончили выяснять расположение, количество и параметры орбит основных планет, а теперь были готовы покинуть наблюдательный пункт над северным полюсом звезды, чтобы с более близкого расстояния произвести осмотр своих новых владений.

Сигнал застал нас в постели, крепко спящими. Это был общий сигнал тревоги, оповещающий о довольно редком экстренном случае — настолько редком, что для него не удосужились придумать отдельного звукового кода.

Мы с Джослин вскочили с постели и бросились по коридору к пульту управления. С трудом нашарив кнопку, я отключил истошно воющую сирену.

Джослин, которая обычно просыпалась быстрее меня, успела заставить компьютер расшифровать сигнал прежде, чем я добрался до кресла.

— Нас вызывает радиоуправляемый корабль-курьер! — объявила она.

— Что?

— Ты же слышал.

— Слышал, но это какая-то чушь. — Курьерские корабли стоили бешеных денег — странно, что кто-то рискнул послать его к нам в такое, мягко говоря, отдаленное место.

— Скажи это курьеру. Включайся и распечатай инструкцию по приему сообщений с курьерских кораблей. — Джослин изучала свой экран, пытаясь выжать побольше информации из светящихся на нем строк.

Я ввел несколько команд, и принтер загудел, выдавая инструкцию по приему сообщений размером с солидную книгу. Тем временем я дал компьютеру команду расшифровать сигнал маяка курьера и сообщить данные.

— И когда же он передаст нам сообщение? — осведомилась Джослин.

Я взглянул на экран и присвистнул.

— Никогда. Не спрашивай почему, но доступ ко всей информации на борту курьера, кроме маяка, перекрывает блок защиты.

— Может, он поможет нам добраться домой? — Джослин рассуждала, как заправский пилот — если курьер исправен, он сбережет нам топливо.

— Расшифровка сигнала маяка показывает, что топливные резервуары почти пусты.

— Вот досада… Значит, до нас он уже недотянет?

— Если только ты не хочешь, чтобы он доставил сообщение нашим внукам. «Почти пусты» в данном случае значит «совершенно пусты».

— Этого не может быть, если его отправили с базы.

— Ручаюсь, он сделал изрядный крюк. По-моему, он пытался разыскать нас еще в предыдущей системе, а затем направился сюда.

— Мак, ты представляешь себе, как трудно рассчитать программу для курьера? Знаешь, какая сложная поисковая аппаратура ему требуется? А другие инструменты? А энергия? Затраты на них просто колоссальны.

— Знаю, знаю… Вот почему мы летим на управляемом вручную корабле. Но из последней системы мы ушли за неделю до намеченного срока. На базе считают, что мы по-прежнему там. А курс курьера почти точно совпадает с курсом, по которому мы двигались оттуда, — и на сто двадцать градусов отклоняется от направления, которое ему могли бы задать с Колумбии.

— Черт! Ты прав. И при управлении с Колумбии его скорость была бы другой.

Я уставился на экран, заполненный цифрами.

— Найди координаты встречи и рассчитай нам три траектории — с учетом разумной экономии, средней дальности и минимального времени. А я приготовлю кофе.

— Он нам понадобится, — согласилась Джослин и принялась рассчитывать курсы.

Спустя пятнадцать минут у нее появились приблизительные цифры, которые Джослин и продемонстрировала мне.

— При потере одного процента топлива мы доберемся туда за месяц. При потере пяти процентов — за пять с половиной дней. — Она помедлила.

— А если взять минимальное время?

Джослин прикусила губу.

— Это тридцать шесть часов. Пятнадцать процентов оставшегося у нас топлива.

— Если мы полетим на «Джослин-Мари»?

— Конечно нет! Все расчеты сделаны для полета на «Звездах». По-моему, «Звезды» более эффективны, чем «Полосы».

— Пятнадцать процентов… Черт возьми! Ладно, заложи курс с минимальным временем в компьютер «Звезд», а я проверю системы.

— Мак! — остановила меня Джослин. — Мы не можем позволить себе потерять так много топлива! Мы рискуем не выполнить задание!

Я вздохнул:

— Джоз, я знаю, что ты прежде всего пилот. Ты обязана вести корабль, не тратя топливо понапрасну и следя за его запасами. Но благодаря жребию, брошенному капитаном Дрисколл, на этом корабле окончательные решения принимаю я. И потом, какая бы база ни отправила за нами курьера, там сочли, что сообщение куда важнее нашей задачи, — иначе вовсе не стали бы посылать корабль.

8
{"b":"1292","o":1}