ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Крэш чуть улыбнулся.

– Должен признаться, такое действительно пришло было мне в голову. Но, конечно, сперва стоит испробовать менее сложные способы. Может, удастся как-нибудь подстегнуть вашу память? Вот эти ваши заметки – как они выглядели? Это был бумажный блокнот? Или небольшой компьютер? Что?

– О, самый обыкновенный компьютер-блокнот, с голубыми цветами на футляре.

– Понятно. Мадам Лизинг, боюсь вас огорчить, но в лаборатории не было ни голубого «ноутбука», ни красного робота. Когда мы прибыли на место, испытательный стенд был пуст. Мы осмотрели все очень тщательно.

Фреда открыла рот от изумления, у нее внезапно закружилась голова. Она опасалась, что полиция дознается, что за робот Калибан. Из-за этого у нее могли быть крупные неприятности. Но она даже в мыслях не допускала, что Калибан мог исчезнуть! Да поможет им всем Бог, если какой-нибудь сумасшедший включит его и Калибан где-нибудь потеряется!

– Я в шоке! – совершенно искренне призналась Фреда. – Не знаю, что и сказать. Но, по крайней мере, я понимаю теперь, почему на меня напали. До сих пор это было для меня загадкой.

– И почему же, как вы считаете? – спросил Крэш.

– Ограбление! Они украли моего робота!

По лицу шерифа скользнуло мимолетное удивление, и внезапно Фреда поняла, что мысль о заурядном ограблении ему до сих пор не приходила в голову.

– Да-да, конечно, – сказал Крэш.

«Но он очень заинтересовался, когда я сказала о красных ногах, – подумала Фреда. – Значит, он знал, что в лаборатории был красный робот и что его не стало». Вдруг ее осенило: у Крэша были основания полагать, что Калибан ушел из лаборатории сам! Боже! Неужели в ее собственной лаборатории нашелся сумасшедший, который включил Калибана?! Над этим надо хорошенько поразмыслить. Может, удастся как-нибудь перевести разговор на другую тему? В конце концов, это всего лишь предположение, что Калибан ушел сам.

– Один Бог знает, зачем кому-то понадобилось красть неисправного робота? – сказала она. – Единственное, что приходит на ум, – что это очередной случай промышленного шпионажа. Наверное, моего робота и записи украл кто-то из конкурентов или скорее люди, которых наняли наши конкуренты.

– Кто, по-вашему, это мог быть? Какая лаборатория могла пойти на такое? – спросил Крэш.

Фреда беспомощно пожала плечами, заплатив за этот жест новым приступом боли. Но боль была ей сейчас только на руку. Если станет ясно, что она попала в затруднительное положение, будет повод настоять на окончании разговора. Если раньше Фреда пыталась отвлечься, не замечать боли, то сейчас она впустила ее в себя. Какой смысл показывать чудеса выносливости, если от этого ее положение становится только хуже? Фреда тяжело вздохнула и скомкала в пальцах простыню. Это принесло неожиданное облегчение, оказалось, что мужественно терпеть боль гораздо труднее.

Но Крэш, кажется, спрашивал что-то о конкурентах и ждет ответа.

– Не представляю, кто может на такое решиться. Очевидно, что кому-то очень понадобились мои записи и этот робот, но я все равно не вижу в этом никакого смысла. В конце концов, кто бы ни украл мои труды, он должен понимать, что я смогу сделать все заново и так доказать, что это – моя работа. Но кто-то сделал это. И не спрашивайте меня почему.

– Может, они хотели задержать вас, приостановить вашу работу, пока их специалисты вас не обгонят – тем более имея перед собой образец вашей работы?

– Может, и так, но мне все эти доводы кажутся довольно шаткими.

Крэш едва заметно улыбнулся. И все же за этой улыбкой крылась искренняя теплота. Он действительно был очень заинтересован и проявлял неподдельное участие.

– Вы правы, конечно. Но, к сожалению, у нас слишком мало материала для расследования. Вы больше ничего не можете нам сказать?

Фреда покачала головой:

– Боюсь, что нет.

– Ну что ж. Мы еще поговорим с вами, а пока вам нужно отдохнуть.

– Да, конечно. К завтрашнему вечеру мне нужно быть в форме – завтра ведь презентация.

– Презентация? – заинтересовался шериф.

– Простите, я думала, вы знаете. Завтра вечером моя «Лаборатория» делает большую открытую презентацию. Должна признаться, что я не позволяла до поры рассказывать об этом, но…

– Ах да, конечно! Множество самых разных людей, с которыми мы беседовали, говорили мне, что не могут пока ничего рассказать и нам придется подождать до презентации. Так никто и не признался, что вы там такое сделали. Меня больше всего удивило, насколько они уверены, что вы успеете поправиться к презентации.

– Если бы я не смогла, доклад сделал бы Йомен Терах, или если не Йомен, то Губер Эншоу, или кто-то другой. Если никто не говорил вам, что выступать буду именно я, значит, они знали только, что презентация состоится, и не знали, кто будет ее вести. – Фреда ненадолго задумалась, потом продолжила: – Если на меня напали, чтобы провалить презентацию, значит, все же имело смысл держать в секрете имена моих заместителей. Если бы я была таким заместителем, я бы постаралась держаться тише воды, ниже травы.

– Значит, вы считаете, что преступление имеет отношение к вашей презентации?

Фреда пожала плечами, немного нарочито. Боль снова усилилась. Проклятие, как болит голова!

– Понятия не имею. Но это вполне возможно. Эта презентация должна была состояться во время второй моей лекции. Вы слушали первую?

– Нет, к сожалению.

– Тогда я очень рекомендую вам просмотреть ее в записи. Вы найдете там уйму мотивов для того, чтобы проломить мне череп. Их там полно! – Фреда скрестила руки на груди и задумалась. Она поймала себя на том, что смотрит в упор на свои согнутые колени, прикрытые одеялом. Невозможно поверить, что из-за этой лекции кто-то решился ее убить!

– Если там может крыться мотив преступления, я обязательно просмотрю ее, как только смогу. А вам надо отдохнуть. Мы вас сейчас оставим, – сказал Крэш. – Пойдем, Дональд!

Но Дональд не двинулся с места. Вместо этого он заговорил:

– Прошу прощения, леди Ливинг, но мы должны выяснить два очень важных вопроса и лучше всего прямо сейчас. Скажите, пожалуйста, у того робота, что пропал из лаборатории, есть имя или серийный номер? Это понадобится при розыске.

– О, конечно! – ответила Фреда, беззвучно выругавшись. Они должны были об этом спросить! – Серийный номер – КБН – 001, а еще его зовут Калибан. Какой же второй вопрос?

– Он довольно простой. Скажите, пожалуйста, леди Ливинг, где находился во время нападения ваш личный робот? Нам сказали, что вы не берете с собой на работу личного робота. Почему? И, кстати, где он сейчас? Здесь я видел только медицинских роботов.

Проклятие! Чертов Дональд ничего не упустит! Глядя на Крэша, ясно, что он об этом и не подумал! Однако Дональд сейчас внимательно изучает ее собственное лицо, поэтому остается только сказать правду.

– У меня теперь вообще нет личного робота, – тихо ответила она.

В комнате повисла мертвая тишина, тишина глубочайшего изумления. Фреда сжала кулаки. Ведущий роботехник Инферно – и отказалась от личного робота! Это все равно что подловить главного вегетарианца планеты на каннибализме!

– Можно спросить почему? – сказал Альвар, старательно подбирая слова.

Фреда оторвалась от разглядывания собственных ног и стала смотреть в стену прямо перед собой. Ей не хотелось смотреть Альвару в глаза.

– Послушайте мою последнюю лекцию, шериф, и приходите на следующую. Надеюсь, вы меня поймете.

Снова настала тишина. Крэш понял, что больше она ничего не станет говорить.

– Хорошо, мадам Ливинг, – сказал он тоном, в котором ясно читалось, что как раз ничего хорошего-то и нет. – Мы с вами еще поговорим, как-нибудь в другой раз. А пока – выздоравливайте поскорее. Пойдем, Дональд! – Он поклонился и пошел к двери. Робот последовал за ним. Дверь открылась и закрылась. Она осталась одна.

Фреда откинулась на подушку и расслабилась, благодаря небеса, что допрос окончен.

Но она не сомневалась, что настоящие неприятности еще только начинаются.

28
{"b":"1294","o":1}