ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Великий Поход
Я белый медведь
Отдел продаж по захвату рынка
Игра Джи
И все мы будем счастливы
Страна Чудес
Я супермама
Борис Сичкин: Я – Буба Касторский
Новая ЖЖизнь без трусов
A
A

А если так, то почему не поставили в известность о своих намерениях сотрудников Станции? Джейн Уэблинг добралась до кресла и села. Чего же Ларри Чао добивается? Официальное сообщение гласило, что Ларри попытается использовать Кольцо для управления Лунным колесом. Другими словами, он посредством Колеса пошлет приказ харонцам прекратить атаку на Солнечную систему.

По иронии судьбы Гости с неба поджидали «Ненью» в ее собственном доме. Первые из них прибыли несколько дней назад. Теперь на поверхности Плутона и Харона шевелились десятки огромных чудовищ.

После отъезда Ларри, доктора Рафаэля и Сондры Бергхофф Джейн Уэблинг оказалась единственным научным сотрудником Станции изучения гравитации, который в тонкостях понимал работу Ларри. Чтобы перехватить управление Колесом, Кольцо должно будет послать ему сигнал мощнее того, что идет от Сферы Дайсона. Одолеть Сферу силой. Но это ведь абсурд. Кольцо Харона по сравнению со Сферой беспомощно.

Значит, если Ларри и не лжет откровенно, то вводит всех в заблуждение. Значит, он тайком что-то задумал.

Но что и зачем? Это важный вопрос. В конце концов Ларри однажды уже натворил дел своим самоуправством, и в результате Солнечная система растерзана. Она, Уэблинг, докажет, что план действий Ларри лишь прикрытие какого-то другого, тайного плана. Так, через несколько часов вернется Рафаэль. Посвящен ли он в замыслы Ларри? Если да, не должна ли она, как исполняющая обязанности директора Станции, арестовать их обоих?

И все-таки, что задумал Ларри?

Джейн Уэблинг была с ним едва знакома, но в первые суматошные дни после исчезновения Земли неплохо изучила его характер. Он производил впечатление очень открытого и порядочного человека. И, кажется, совершенно бескорыстного.

Видимо, так. Он придумал что-то такое, что, по его мнению, спасет Солнечную систему, но наверняка знает, что его предложение будет отвергнуто. Хочет под прикрытием объявленного эксперимента сделать по-своему.

«Другими словами, — решила Уэблинг, — он сделает то же самое, что и в первый раз, когда отменил опыт с гразером, пустил на Землю чертов луч и навлек беду на все человечество».

Тогда он тоже желал добра.

Черт возьми! Ей-то что предпринять?

Думать. Думать. Прежде всего у Ларри одна-единственная цель: остановить нападение харонцев на Солнечную систему.

И, без сомнения, он скрывает свой настоящий план, боясь, что, узнав его содержание, его попросту не подпустят к Кольцу.

И тут ее осенило. Доктор Уэблинг быстро произвела ряд вычислений на карманном компьютере и получила тот самый ответ, которого ждала. Она не сводила глаз с чисел, до глубины души потрясенная тем, что Ларри отважился на такое.

Она знает. Она все знает. Другого объяснения быть не может.

Осталось решить самое трудное: как поступить ей?

Джейн Уэблинг сидела одна и, ежась от холода, лихорадочно думала. Люди стоят на краю гибели, помощи ждать неоткуда, и уповать осталось лишь на Бога. Конечно, у Ларри немало причин попытаться сыграть роль Господа. Сама Уэблинг, мучительно выбирая, как поступить, чувствовала себя маленьким божком.

Если вдруг Ларри прав, а она перейдет ему дорогу? А если он непоправимо ошибается, а она своим молчанием развяжет ему руки? Вот дилемма-то!

В чрезвычайных обстоятельствах, а сложившиеся обстоятельства иначе назвать нельзя, «Ненья» способна в какой-то мере выполнять функции Станции. Корабль может вместить весь персонал, правда, условия жизни там были бы не из легких.

Джейн Уэблинг знала, что надо срочно принять решение, время не ждет. Наконец она встала, вернулась в кабинет директора и включила внутреннюю связь. Ей казалось, что, переданный из кабинета директора, столь неожиданный приказ будет более авторитетным.

Джейн Уэблинг вздохнула и заговорила медленно и четко, не поддаваясь искушению выпалить все залпом и, убежав куда-нибудь, спрятаться.

— Говорит исполняющая обязанности директора Уэблинг, — сказала она. — Всем сотрудникам подготовиться к срочной долговременной эвакуации. Уложить личные вещи и сделать копии всех документов для передачи на «Ненью». Закончить все дела как можно быстрее, взять с собой лишь самое необходимое. Я предполагаю, что мы сюда больше не вернемся.

Уэблинг отключила внутреннюю связь.

— Потому что не сможем вернуться, — прошептала она.

Станция скоро будет уничтожена, это страшно высокая плата, но, насколько понимала Уэблинг, меньшей не обойдешься.

Плата наличными. Векселя здесь цены не имеют.

И ущерб этот возмещать придется очень долго. Если, конечно, вообще будет кому возмещать.

Конструкция «Неньи» обладала еще одной особенностью, которая позволяла кораблю в случае аварии заменить Станцию: на нем была диспетчерская управления Кольцом, близнец основных диспетчерских. Не зная об объявленной эвакуации, Ларри сидел в диспетчерской и выверял свой план. Должно сработать. Обязательно должно сработать. Возможно, это его и беспокоило. Каждый пункт плана казался логичным и разумным. Но когда Ларри отвлекся от частностей и мысленно окинул план целиком, он понял, что это форменное безумие.

Раздался стук в дверь, и вошел Саймон Рафаэль.

— Хорошенькое дельце, — спокойно сообщил он. — Только я собрался приказать персоналу Станции немедленно эвакуироваться на «Ненью», как доктор Уэблинг доложила, что такой приказ ею уже отдан.

Рафаэль сел в кресло у стены и пристегнулся ремнем безопасности, как будто пришел надолго.

У Ларри поползли мурашки по спине.

— Что это значит? — спросил он.

— Если два человека думают над одной и той же задачей с одними и теми же условиями, они, бывает, находят одно и то же решение. — Рафаэль умолк. — А бывает, что его находят и трое. Во всяком случае, это не противоречит логике.

— Вы и доктор Уэблинг видите меня насквозь, — произнес Ларри. — Нет смысла даже пытаться что-либо утаить.

— Да, — с интересом рассматривая стену, сказал доктор Рафаэль.

Молчание тянулось долго, наконец стало ясно, что он больше ничего не скажет.

— И вы меня не остановили. Означает ли это, что вы одобряете мои действия? — изо всех сил стараясь выдержать спокойный тон, спросил Ларри.

— Нет, — ответил доктор Рафаэль, — никто никогда не одобрит твои действия. Твой план слишком похож на недавнюю авантюру, в результате которой все мы сейчас на краю гибели. Но ни доктор Уэблинг, ни я не видим другой возможности спасти Солнечную систему.

Очевидно, ты не хотел ничего говорить до тех пор, пока ничего уже нельзя было бы изменить. А позволь спросить: как ты собирался водить нас за нос? Мне просто любопытно. А?

Ларри покачал головой.

— Не знаю. Еще не решил.

— Тогда продолжай делать то, что решил, — заключил Рафаэль ледяным тоном.

«Энергия», — размышлял Ларри.

Энергия. В ней все дело. У харонцев сколько хочешь гравитационной энергии. Она позволяет им захватывать звездные системы, похищать одни планеты и рвать на части другие, не боясь какого бы то ни было сопротивления, даже не думая о нем.

Одновременно Ларри мысленно повторял последовательность действий и выполнял их. «Заменить автоматическое управление ручным». Именно благодаря своему невежеству в области гравитации люди остались беспомощными свидетелями разрушения Солнечной системы.

Итак, он все время возвращается к одному и тому же: как передать человечеству хоть малую долю этой энергии? «Повернуть фокусирующий пучок на 270 градусов». Разумеется, сравниться в гравитационной мощи со Сферой Дайсона и мечтать не приходится. Но почему бы не попытаться перехитрить ее?

Сфера Дайсона посылает энергию по определенным каналам. «Разогреть реакторы до третьей степени». Ларри с головой ушел в работу, он едва ли помнил о внешнем мире, для него не существовало ничего, кроме Кольца, диспетчерской и его собственных мыслей.

88
{"b":"1295","o":1}