ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Такая судьба не для Сондры. Да, она была свидетелем истории в самые напряженные ее моменты. Она была даже частью истории. Но сотни раз подряд рассказывать в старости одну и ту же легенду скучающим родственникам… одна только мысль об этом приводила Сондру в ужас.

В программе визита Автократа Цереры значилось и посещение знаменитой установки, которую теперь иначе как исторической не называли. Господи, удрать бы куда-нибудь! Если бы Саймон Рафаэль был еще жив, она могла бы спокойно заниматься любимой работой. Но два года назад его настигла тихая смерть во сне, и благодаря своей проклятой популярности Сондру избрали на мало привлекавшую ее должность директора Станции гравитационных исследований.

Кто еще, кроме Автократа, может похвастаться, что имеет титул, без имени? Если для выполнения работы необходимо навсегда отказаться от собственного имени, значит, это адски трудное дело. В чем причина появления столь странного обычая? Можно было бы узнать все тонкости социальной истории Пояса, порывшись в специализированных библиотеках, поговорив с историками, но здесь таких возможностей не было. Отказ Автократа от имени — какая странная традиция! Сондра не находила внятных объяснений этому факту, он ей казался совершенно бессмысленным.

По другую сторону шлюзовой камеры раздался металлический лязг и скрежет, и заинтригованная Сондра слегка подалась вперед.

Зачем, интересно, он сюда пожаловал? Разговоры об этом шли уже многие недели. Кто-то высказал предположение, что он прибыл с обычной инспекцией; в Автократии им никто не удивлялся. Другие резонно отмечали, что подобные инспекции проводятся лишь там, где уже установлен режим Автократии. Очевидно, он приезжает, чтобы предъявить свои права на Станцию. Пояс астероидов хочет взять под свой контроль проект «Гравитон», это ясно. Не так давно Автократ был здесь инкогнито в качестве туриста. Они там у себя разработали секретный план по превращению Кольца в сверхоружие. Неясно, правда, против кого.

Люк шлюзовой камеры медленно отъехал в сторону, и Величайший — он действительно оказался мужчиной — величаво вплыл в проем, слегка придерживаясь за поручень. Это был невысокий бледный человек с резкими чертами лица. Русые волосы его были коротко подстрижены. Немаленький нос далеко выдавался вперед, каким-то образом подчеркивая хмурое выражение лица. Яркий блеск серых глаз выдавал природную живость и остроумие. Правитель Цереры был одет в темно-серую свободную тунику и черные мешковатые штаны — всеми любимую за свою практичность одежду. Его стиль выгодно отличался от стиля хорошо знакомых Сондре чиновников полным отсутствием знаков различия, брелоков, колец и прочих побрякушек. Ему явно не требовалось ежеминутно демонстрировать свою власть и могущество.

Автократ внимательно посмотрел на Сондру и чарующе улыбнулся. Она сразу же поняла, что полет он перенес прекрасно, с ним можно иметь дело. Но внезапно ее пронзил страх: она не знала, как к нему обращаться. Ваше превосходительство? Сэр? Ваше Самоуправство? Как вообще можно разговаривать с человеком, у которого нет даже имени?

— Э-э-э, добро пожаловать на Кольцо Харона, — вежливо произнесла она. — Я доктор Сондра Бергхофф, директор этого учреждения.

Она неуверенно протянула вперед руку. Автократ тут же отмел все ее сомнения на этот счет, поймав руку и слегка пожав ее. Сондра постаралась придать себе радушный, но не подобострастный вид.

— Рад познакомиться с вами, доктор, — ответил Автократ. Его голос был хорошо поставлен. — Много о вас наслышан.

— Мы также давно ждали… э-э-э… вашего прибытия…

— Большинство людей находят, что обращаться ко мне «Автократ» более удобно, чем по имени, — сказал гость, чуть заметно улыбнувшись. — Вы могли бы, не опасаясь вызвать межпланетный дипломатический скандал, обращаться ко мне и просто «сэр».

Очевидно, все проблемы он предвидел и разрешил заранее.

— Да, «сэр» — это как раз то, что надо, — простодушно призналась Сондра. — Мне кажется, что вы хотели бы прямо сейчас отправиться в наши лаборатории.

— Да, именно так.

— Может быть, нужно отдать какие-то распоряжения экипажу?

— Нет, — сказал Автократ, — моя команда уже получила все необходимые инструкции. Она останется на борту корабля.

— Отлично. Тогда пойдем?

— Да, разумеется.

Сондра, указывая путь из шлюзового отсека, плыла перед Автократом. Вскоре они добрались до небольшого, очень старомодного транспортного кара.

— Все, что встретится вам на станции, выглядит сделанным наспех, — предупредила она, когда створки люка кара закрылись за ними. — В течение всего спуска мы будем в невесомости. Вы готовы к этому?

— Мне приходилось испытывать это состояние, — снова улыбнулся Автократ.

— Да-да, конечно, — смутилась Сондра. — Я сказала глупость, извините. Итак, поехали, — и нажала на кнопку. Кар, задрожав, тронулся с места.

— Вы остановились на том, что я увижу много приборов, сделанных наспех, — напомнил Автократ.

— Ах да! Вам, конечно, известно, что до катастрофы мы управляли Кольцом с поверхности Плутона. Эвакуировались оттуда в страшной спешке, и поэтому крупногабаритное оборудование пришлось бросить. Здесь же восстанавливали его из того, что оказалось под рукой. Делать же все это требовалось очень быстро, оттого и такой непрезентабельный вид. Когда к нам стали прибывать корабли с новым оборудованием, мы старались отправить на них как можно больше людей, чтобы сократить численность персонала. Прокормить прежнее количество сотрудников мы были просто не в состоянии…

По мере приближения кара к жилым отсекам сила тяжести ощутимо росла.

— Нам не удалось отправить назад некоторые корабли, — продолжала Сондра, — и мы переоборудовали их в жилые и лабораторные отсеки, увеличив тем самым общее жилое пространство станции. В конце концов было решено построить большой жесткий каркас. «Ненья» располагается на одном, а остальные жилые помещения на другом конце гантелеобразного сооружения. «Ненья» — это корабль, на котором мы спаслись с Плутона перед его уничтожением. Отсек шлюзовых камер расположен в самом центре конструкции, в области нулевой гравитации. Искусственная гравитация в двух комплексах достигается раскручиванием гантели. Это звучит, конечно, несколько комично.

— Почему же?

— Вы находитесь сейчас на самой современной гравитационной станции в мире. У нас есть даже гравитационный генератор. Но мы по-прежнему используем центробежные силы. В принципе мы знаем достаточно, чтобы создать на станции искусственное гравитационное поле, особенно когда осуществим проект «Гравитон». Если все будет нормально и дальше, мы откажемся от вращения. А в общем, станция практически построена, и на ней уже вполне можно работать. — Сондра тихо вздохнула и добавила: — Но иногда бывает трудно. Очень трудно.

Кар резко остановился. Когда люк открылся, Сондра жестом пригласила Автократа выйти.

— Сюда, сэр, — сказала она, постаравшись придать своему голосу солидность.

Они оказались в обзорном зале с огромным, во всю стену, иллюминатором. Период обращения станции по орбите равнялся шести дням. Сегодня был один из самых удобных дней для наблюдения Кольца, и Сондра очень хотела, чтобы Автократ не пропустил это зрелище. Любоваться Кольцом нравилось всем, здесь все время торчало несколько свободных от смены сотрудников, не чуждых поэзии. Перед самым приездом Автократа Сондра даже была вынуждена издать приказ, запрещавший сотрудникам появляться в обзорке. В зале царил мягкий полумрак — казалось, протяни руку, и она вынырнет в открытый Космос. Внимательный человек сразу замечал вращение станции по медленному смещению звезд.

— М-да, — сказал Автократ. Он пересек зал, спотыкаясь о многочисленные стулья, и с задумчивым видом остановился прямо перед иллюминатором. Сондра держалась чуть сзади. Вполне возможно, что все это можно было обставить более торжественно, но Сондра решила, что хватит и величественного вида Кольца. Сама она провела перед этим иллюминатором неизвестно сколько часов и все равно всегда изумлялась картине, как в первый раз.

12
{"b":"1299","o":1}