ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Нет, а что?

— Вот его-то угораздило ночью получить по голове, может быть, бутылкой.

— Господи помилуй… — адвокат дернул себя за ус. — Но я не вижу никакой связи.

— И я пока тоже, — сознался Кэмпион.

Он неторопливо шагал по Бэрроу Роад. Моросило, но он не замечал типичного лондонского дождя: первый раз выдалась минутка поразмыслить без помех. Но до разрешения загадки было ещё очень далеко, когда он вступил на перекресток возле дома Палинодов. Посреди проезжей части Кэмпион остановился, чтобы пропустить старый фургон с черным брезентовым верхом. Но вдруг тот резко вильнул в его сторону. Кэмпион едва успел отскочить, спасая свою жизнь, а фургон не сбавляя ходу помчался дальше.

Края навеса мотались из стороны в сторону, и в последнюю секунду Кэмпион успел заметить, что внутри лежит длинный узкий ящик, а во тьме над ним белеет пухлое женское лицо.

Это была расплывшаяся и постаревшая Белла Мэсгрейв.

Фургон резко свернул за угол — видение исчезло. Но зловещая фигура потрясла его сильнее, чем собственное спасение. Ему вдруг пришло в голову, что правил наверняка Роули, не удержавшийся от соблазна так решить их с отцом проблемы. И настолько уверовал в это, что столкнувшись лицом к лицу с отцом и сыном Боулс, мирно шагавшими по Эпрон Стрит, изумленно пожал плечами.

Кем бы ни был отчаянный водитель, он узнал Кэмпиона, значит это его давний противник. До сих пор на Эпрон Стрит профессиональной преступностью и не пахло. И вот что-то прорезалось. Кэмпион наконец-то напал на след.

Глава 14

Два стула

Когда стемнело, Кэмпион спрятал в карман письмо старшему инспектору, составленное в самых осторожных выражениях, и тихонько вышел из комнаты в сумрак старого дома. Зная по опыту, что заданные письменно вопросы действуют куда лучше устных, он отправился теперь на поиски Лоджа, чтобы воспользоваться им как курьером.

На цыпочках миновав прихожую, он выскользнул из дома, чудом избежав встречи с Рени. Дождь продолжал моросить. Минуя витрину похоронной конторы Боулсов, он случайно взглянул через улицу.

Светлый проем входа в аптеку вдруг заполнила знакомая туша Лоджа. Тот вышел на улицу, огляделся и вернулся внутрь. Кэмпион поспешил туда и вслед за Лоджем протиснулся в помещение, захламленное неописуемым нагромождением коробок, ящиков и полок, бутылок, банок и другой аптечной тары.

Среди этих завалов выделялся прилавок с окошечком, а справа крошечный закуток провизорской и узкий лаз в таинственный недра склада. Лодж исчез, и казалось, что в аптеке не было живой уши. Однако тут же над горой коробок, всплыло расстроенное лицо Люка и торчащие дыбом его курчавые волосы.

— Где остальные, сэр? — спросил он.

Кэмпион принюхался. Среди сотен лекарственных запахов он сразу различил один, зловещий и опасный. У него даже запершило в горле.

— Я просто шел тут мимо и заглянул, — ответил он. — Вы что тут натворили? Разбили пузырек с миндальной эссенцией?

Люк явно был не в себе. В глазах застыло отчаяние.

— Один я виноват! Повесить меня надо! Видите беднягу?

Кэмпион опустил глаза и разглядел на полу пару ног в полосатых брюках.

— Аптекарь?

— Да, папаша Уайлд. И я ведь его даже не допрашивал. Он как-то странно на меня взглянул, потом вскочил из-за прилавка и нырнул сюда. — Минутку, пискнул он. — Одну минутку. Ну, я и заподозрить ничего не успел, как он вдруг сунул что-то в рот. И тут же… Господи!

— Синильная кислота, — Кэмпион подался назад. — Советую убраться отсюда, и поскорее. Ради Бога, не торчите там. Вы были одни?

— Нет, есть свидетель. Где-то здесь ваш Лодж. — Люк вышел из закутка, он побледнел, ссутулился, рука по привычке бренчала мелочью в кармане. — Мы вошли вместе.

— Могу вам сообщить, что часа полтора назад отсюда в фургоне укатила Белла Мэсгрейв.

— Так вы видели Лоджа?

— Нет, я видел её.

— И он тоже. — Люк вздохнул. — Я оставил его приглядеть за аптекой. Папашу Уайлда приберег для себя. Лодж крутился возле «Тесписа» и в начале пятого видел, как к аптеке подъехал тот самый фургон и в него погрузили длинный ящик. Очень тяжелый, папаша Уайлд даже помог мужчинам его выносить.

— Мужчинам?

— Двое сидели в кабине. Ничего странного, аптекарям ведь тоже нужно вывозить пустую тару.

— Лодж их рассмотрел?

— Вряд ли, по крайней мере мне ничего не говорил. Коробку погрузили, тут же из аптеки выскочила Белла и давай в фургон. Лодж хотел было кое о чем её спросить, но фургон сразу рванул с места. Номер он записал, но что толку?

— Вы правы, — кивнул Кэмпион. — Лодж что-нибудь сказал про ящик?

— Не помню, — отмахнулся Люк, явно думавший о другом. — Я уже послал за нашим врачом. полжизни бы отдал, чтобы такого не случилось!

Кэмпион достал портсигар.

— Дорогой Люк, вряд ли папаша Уайлд мог дать более красноречивые показания, — заметил он. — Его кончина наводит на серьезные раздумья. Не помните, что вы ему сказали?

— Помню. Всего несколько слов. Вошли мы вместе с Лоджем, я и говорю: «Привет, папаша Уайлд, как поживает ваша новая приятельница»? «Приятельница, мистер Люк? Да у меня тридцать лет нет никаких приятельниц. В моем возрасте и при моей профессии о женщинах и думать не хочется». — Инспектор вздохнул. — Это была у бедняги любимая присказка. — Ну я дальше: «Ладно, папаша Уайлд, вы бы лучше рассказали про вечную плакальщицу Беллу Мэсгрейв». Он отодвигает в сторону спиртовку, смотрит на меня и заявляет: «Не понимаю». «И слава Богу, а то рядом с ней вечно парочка хорошеньких трупов. Не стоит прикидываться, она только что укатила от вас со своим ящиком». «Со своим ящиком, мистер Люк»? «Да ладно, она что, вас бросила и сбежала к старине Боулсу?»

Даже пересказывая столь драматическую сцену, Люк не мог сдержать свой обычный юмор.

— Вдруг вижу, он дрожит, и думаю, чего он так перепугался, — продолжал он, проведя рукою по лицу, словно отбрасывая тяжкие воспоминания. Теперь голос его звучал совсем печально.

— И говорю ему: «Насчет приятельницы лучше сознавайтесь. Мы видели её, с черной сумочкой.» Черт меня дернул вспомнить эту сумку! О ней мне рассказал Лодж. Но это, видно, стало последней каплей. Тут он вскочил, буркнул: «Одну минутку» — и кинулся в провизорскую. Я видел его, видел, как он что-то проглотил, но ничего не понял. Даже в голову не пришло — ведь мы его ни в чем не подозревали. И вдруг он рушится вон там, среди своих бутылок, а я стою тут как дурак…

— Да, грустная история, — кивнул Кэмпион. — А что же делал наш бравый Лодж?

— Стоял столбом и молчал, — донесся низкий голос откуда-то из темноты. — Вы что, нас ясновидящими считаете? У этого типа не было совести ни на грош, он даже знака не подал.

Люк повернулся к Кэмпиону.

— Не вижу смысла и не верю, что он замешан был во что-то серьезное. Пусть даже хиосциамин взяли оттуда, — он кивнул на груду коробок. — Нет, что-то здесь не так. Глупый старик, эдакий божий одуванчик, ни на что стоящее неспособный. Крашеные усы — вот все, чем он мог гордиться.

Люк склонился над скрюченным телом с посиневшим лицом.

— Что же его заставило?..

— Он мог и ничего не сделать, но что-то знать, — предположил Кэмпион, поворачиваясь к Лоджу. — Ты узнал тех, кто увез Беллу?

— Не уверен — было слишком далеко. Но одного точно не знаю. А вот второй, сидевший за рулем, кого-то мне напомнил. Вертится в голове одна фамилия: Питер Джелф. Намечается встреча старых знакомых?

— Похоже, — протянул Кэмпион. — Ну, и история… — он повернулся к Люку. — Помните банду Фуллера? Питер Джелф был у них третьим, после Фуллера и его помощника. Сел на семь лет за ограбление. Умом не отличался, но ничего на свете не боялся.

— Врожденные преступные наклонности, — процитировал Лодж, — так утверждал судья. Может я и ошибся, но вряд ли.

— Еще один вопрос для Скотлэнд-Ярда. Если меня после этого провала просто не уволят. Я сам ушел бы, будь замена.

— Могу я попросить немного питьевой соды?

26
{"b":"1308","o":1}