ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Я всегда больше других знаю, а проку-то… – мрачно проговорила Ниэнна. – Вот явится Манвэ, тогда и будет разговор. – Она отвернулась, нарочито внимательно разглядывая прихотливый орнамент на листьях ближайшего к ней куста.

Качнулись мохнатые ветки серебристо-хвойных деревьев, и на поляне появились Тулкас с Ауле, за ними величаво вплыл (иначе не скажешь) Ульмо, потом вошли Феантури, и наконец появилась королевская чета. Чуть отстав, вошел и Мелькор в сопровождении Гортхауэра. Последними под полог ветвей проскользнули недомайар и расположились в мшистой нише чуть в стороне.

Собравшиеся приветствовали друг друга подчеркнуто церемонно, и взгляды присутствующих, словно притянутые невидимой нитью, привычно обратились к Владыке. Тот, помедлив, уселся на плоский невысокий валун и бегло оглядел собрание. Равнодушно-любезная маска легла на лицо, хищно-ироничная улыбка обметала губы – и личина рассеялась, осыпалась пылью песочных часов, когда Владыка заговорил:

– Приветствую вас, братья и сестры!

В Лориэне воцарилась тишина, слышно было лишь, как где-то вдали жалуется на одиночество заплутавшее насекомое.

– Я собрал вас здесь, дабы ознакомить со сложившейся ситуацией и не оставлять теряться в догадках, ибо занятие это хоть и интересное, но по нынешним временам хлопотное и небезопасное. – Манвэ помедлил, углы губ слегка дрогнули, наметив улыбку, и смирно вернулись на место. – Итак: Указ об освобождении Мелькора никакого отношения к воле Эру не имеет, разве только это столь затаенное Его желание, что открыть его мне Он не счел нужным, или Сам о нем не догадывается…

Часть присутствующих невольно вздрогнула, услышав столь явную иронию и даже кощунство в словах Короля, но все ошеломленно молчали. Манвэ продолжил:

– Волей Эру я взошел на престол и всегда полагал себя орудием в руке Его, служа Замыслу, но продолжать в том же духе далее не могу и не хочу, а посему в глазах Его заслуживаю наказания и власти более недостоин. Так что решайте, с кем быть и что делать. Собственно, это то, что я хотел вам сегодня сказать. – С этими словами Манвэ встал и, сняв с головы корону, повесил ее на ближайшую ветку.

Публика подавленно молчала. Эру-то Эру – но Владыка, пусть и изрядно потрепанный, был опасен, и не похоже было, чтобы он без борьбы сдался на милость того же Единого.

А Варда что думает? Ведь перед правдой Замысла нет своих и чужих. Если отречется от взбунтовавшегося супруга, заручившись поддержкой Эру, то, возможно, в Валиноре будет Королева… Но Элентари молчала, нарочито безразлично поглаживая венчики распустившегося к вечеру звездоцвета, целиком погрузившись в это увлекательное занятие.

Могущества Арды переглядывались, чуть ли не подталкивая друг друга, смешавшись под ясно-холодным, чуть насмешливым взором Повелителя Ветров.

– Да, кстати, – продолжил он, словно вспомнив занятную подробность. – Должен вам сообщить, что Мелькор не лгал, говоря о живой Тьме за пределами Чертога. Эта Тьма, несущая в себе Свет, и есть – Эа. Я сам видел, когда чуть не покинул Арду… – Валар застыли, пораженные. – И это не было наваждением. Так что в присутствии всех Могуществ Арды я прошу у тебя, Мелькор, брат мой, прощения – за все. – Он склонил голову, повернувшись к Черному Вале. – А теперь – решайте, я вас слушаю.

Владыка прислонился к дереву с висящей на ветке короной и замер, пристально глядя на Валар.

Молчание повисло под сводами Сада Грез. В воцарившейся тишине Намо поднял голову, обвел взглядом собравшихся и заговорил:

– Это не первый раз, когда судим мы брата нашего, почитаемого мятежником, и мы уже приносили в жертву одного, дабы спасти многих – надеясь, что так достигнем мира или хотя бы покоя… Дважды, считая себя хранителем Равновесия, я выбирал – не слушая голоса сердца, боясь быть пристрастным, – и утратил равновесие в себе. А вы – счастливы, потеряв брата и утратив – многие – сотворенных? Могли ли мы платить ЭТУ цену? Отрекаясь от одного из нас, мы отрекаемся от себя – а мне отрекаться от себя надоело. Так или иначе, я с вами, Манвэ и Мелькор. – Владыка Судеб резко замолчал.

Валар переглянулись – еще никогда имена братьев не были произнесены так… слитно, что ли? Вайрэ согласно кивнула:

– Я увидела достаточно для того, чтобы присоединиться к Намо. Не говоря уже о том, что куда он, туда и я… – Она невольно погладила гобелен.

– А я всегда просила о милости, – заявила Ниэнна, вздернув острые плечи, – но Манвэ, верша волю Эру, не всегда снисходил к моим просьбам. Впрочем, догадываюсь, как он платил за свои решения, и не мне сейчас судить его. А что касается Мелькора – так я рада, что он снова с нами. – Валиэ уселась поудобнее, заплетая в косу серебристые волосы и в упор глядя на Валар темно-прозрачными глазами.

Туман мягко-неспешно окутывал Сады, опускаясь все ниже, и сквозь него начало потихоньку словно просачиваться небо в проколах звезд. Тихо зазвенели незримые колокольчики, и, эхом откликнувшись, заговорил Ирмо, глядя на Манвэ:

– Ты прав, что освободил Мелькора. Шесть тысяч лет даже для сильнейшего из Айнур много, не говоря уже о прочем… – Вала помолчал. – Мы рады видеть вас, Манвэ и Мелькор, вместе у нас в Садах. Правда, Эстэ?

Целительница с улыбкой кивнула, прижавшись к супругу.

– Двери нашего чертога всегда открыты для вас и ваших сотворенных. Хорошо, что вы помирились, – добавила Валиэ, и по мановению ее руки из-за деревьев появились несколько майэ с кувшинами и кубками и принялись разливать вино. Поднеся кубки гостям, они бесшумно удалились.

– За Арду! – Целительница поднесла кубок к губам, остальные последовали ее примеру и молча выпили.

Вновь настала чья-то очередь, но никто не спешил. Феантури высказались достаточно определенно, и двое из них – Аратар…

Ульмо помалкивал, вдумчиво сплетая причудливые фигурки из жгутов влажного тумана и явно собираясь высказаться попозже. И Ауле молчал, затаившись среди похожих на локоны ветвей невысокого деревца.

Оромэ покосился на Йаванну, та, нахмурившись, теребила цветочную гирлянду, свешивающуюся с ее венка. Видно, говорить сейчас ему – кроме него и Тулкаса все, бывшие вчера в чертоге Ниэнны, уже высказали свое мнение, а он, Оромэ, старше Воителя… Мысли тяжко ворочались, сплетаясь в мрачноватый узор, – что делать? Теперь быть верным Манвэ значило выступить против Творца и Замысла – привычный мир рушился на глазах. Ох, чуял он, что дело нечисто, еще когда пошатнулся Король, почти рухнув на руки Мелькора… Да одно падение с орла чего стоит! И это Владыка, вершитель Воли… И снова Эру, похоже, предоставляет Валар самим укротить мятежника – раз Манвэ все еще на ногах и в сознании. А что с ним сделать? Заточить в Мандосе вместе с Мелькором? Приковать на склоне Таникветиль, пока не покается, как это сделали с Искаженными? Или прямо за Грань изгнать? А присяга? Впрочем, Манвэ взошел на престол по воле Эру, хотя кто был бы тогда против воцарения всеобщего любимца? Да и править Ардой не всякому по плечу, а сильнее Повелителя Ветров был только Отступник. А теперь… Владыка сильно изменился с тех пор, но клятвы-то не стареют… И почему молчит Варда?

Мысли неслись по кругу, обгоняя друг друга, а тишина давила, выжимая слова, готовые сорваться с языка, слова верности Замыслу и Эру, ибо как можно пойти против высшей воли? Но Манвэ – пошел? И сидит себе как ни в чем не бывало, щуря глаза, сейчас – цвета весеннего льда… А вдруг Мелькор все же околдовал его, играя на братских чувствах, зная, что нелегко было тогда Владыке вынести подобный приговор? Ну почему Эру так далек… «А Манвэ – так близко?!» – прозвучал в голове ехидный голосок. Впрочем, когда на твоей стороне – Творец… Пусть даже ты останешься один против всех… Собственно, почему – один? Половина Валар еще не высказались. Но Манвэ же сказал, что каждый должен решить сам. Опять – «Манвэ сказал…» Приказал. Владыка – даже в немилости…

Он ощутил пристальный взгляд и сразу понял – чей. Сотворенный, которого он пробудил минувшей ночью. Такова была воля все того же Манвэ. Неужели – зря? И что – опять усыплять? Алтарэн не смирится – Оромэ еще на Круге видел, как переглянулся Охотник с Воителями, невольно погладив кинжал у пояса. Опять они будут по разные стороны рва, так и не поняв друг друга в очередной раз… Ведь это его мысли, его сотворенный… Значит, опять он останется без части себя, так и не понятой, а значит – лишенным цельности? Вала чувствовал: эта возможность – последняя, больше не будет. Но… Замысел, Арда? Что, если Эру поступит с Валинором, да и со всей Ардой заодно, как с Нуменорэ? А ведь Манвэ вряд ли сдастся, хотя… ради той же Арды… Ну допустим…

108
{"b":"1309","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Код благополучия. Как управлять реальностью и жить счастливо здесь и сейчас
Подземные корабли
От сильных идей к великим делам. 21 мастер-класс
Тобол. Мало избранных
Знаки ночи
Отвергнутый наследник
Тихий уголок
Звёздный Волк