ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Все, кроме Эру, встали, приветствуя Повелителя Арды, и вновь уселись кто где.

– И как это ты решился прийти без всей своей своры? Где ты оставил могучего Тулкаса и верного Ульмо? – встретил Короля Эру.

– Им показалось, что они не получили приглашения, – невозмутимо ответил Манвэ, непринужденно располагаясь в кресле.

Эру одарил бывшего любимца пронзительным взглядом, тот выдержал его, изучающе-внимательно глядя на Сотворившего. Первым не выдержал Творец:

– Что ты на Меня смотришь, вместо того чтобы с порога на колени пасть и прощения за дерзость просить?!

Манвэ все так же молча смотрел на Эру. Тот, обозлившись еще больше, воскликнул:

– Ты что, еще и издеваешься, предатель! Лицемерная, неблагодарная тварь! Еще и обиженным себя считаешь! Тебе все в руки отдано было, вся благодать неискаженного Амана, счастье и покой – и ты еще недоволен!

– Благодать… – протянул Манвэ. – Да вся эта благодать на Ирмо держалась – если бы не он, давно бы все озверели или с тоски зачахли…

– А ты на что был, Владыка?!

– Замысел воплощал. Был Волей и Властью. Уничтожал Искажение. Затыкал рты недовольным. Расправлялся с бунтовщиками. Могу представить подробный отчет.

Манвэ говорил ровно, тускло – мерное падение капель в сталактитовой пещере.

– А Ирмо, значит, всех развлекал?!

– Ага. Кого грезами, кого – забвением. Память стирал – чтобы веселее жилось. Да Ты же знаешь, Ты же с ним беседовал… – вкрадчиво закончил Манвэ.

– Да он… – Эру вдохнул поглубже воздух. – Он ничего не понял!

– Видимо, достаточно, чтобы предпочесть – Бездну! Как Ты мог довести его до этого?! – Личина начала таять, сквозь нее проступало отнюдь не благостное лицо: терпение Владыки все же имело границы…

– Откуда Я знал… – начал Эру и осекся: Он же всезнающий! – …Я его по-хорошему сначала просил! Успокоить…

– Ах, по-хорошему?! Прости, Единый, не догадался… – взяв себя в руки, снова невыразительно проговорил Манвэ, склонив голову. – Ты же всегда только добра желал. И Твоя милость воистину безгранична – не вместить…

– Насмехаешься?! Все вы насмехаетесь, и ты, и этот безумец!

– Конечно, безумец – посмел отказать любящему Отцу, просящему о благе для детей Своих…

– Где ему, и вам всем, понять, что такое благо! Вот пусть он еще явится, Я ему объясню…

– Оставь Ирмо в покое! Если Тебе надо над кем-то поиздеваться, то я к Твоим услугам – как наиболее облагодетельствованный. – В голосе Манвэ не было и тени ехидства, и лицо было голосу под стать – усталое и безразличное.

Златоокий открыл было рот, вскочив со своего места, но Владыка властным жестом усадил его обратно.

– Я старший, с меня и спрос, верно? Так что Тебе надо, чтобы утешиться и не трогать тех, кого Ты доверил мне вместе с короной Арды? Что порадует Тебя? Говори, не стесняйся. Ты, кажется, хотел, чтобы я на колени встал? Легко… – Манвэ поднялся с кресла.

– Не смей, ты что?! – вскочил с кровати Мелькор.

Манвэ взглянул в его сторону:

– Не волнуйся, братец. От меня не убудет: и так по колено в крови и по шею в грязи. Ну так еще на коленях поползаю, подумаешь… – Застывшие глаза внезапно вспыхнули яростным пламенем, впившись в лицо Эру: – Но никого больше я Тебе тронуть не позволю! Ни-ко-го. Такова Моя Воля.

Воцарилась пронзительная, оглушающая тишина. Встал и Эру:

– Ах, вот как ты заговорил? В этом вся твоя покорность! – Эру, похоже, был готов ударить Манвэ.

– Я сказал то, что сказал. Именуй это как пожелаешь, Тебе, наверное, виднее. Но плетью в Твоих руках я более не буду.

Они стояли лицом к лицу, и казалось, что воздух между ними раскаляется и вибрирует от напряжения.

Присутствующим подумалось, что Творец и сотворенный сейчас бросятся друг на друга. Чем может закончиться такая схватка, даже представлять не хотелось. Все подобрались, готовые в любой момент броситься па помощь – или разнять.

Аллор встал:

– Я вынужден напомнить, что в нашем доме не дерутся уже хотя бы потому, что места маловато. К тому же вы мои гости, и Эру в первую очередь, а я пригласил Его – и Он соблаговолил принять мое приглашение, – именно для беседы. Полагаю, что нам всем стоит использовать сложившуюся ситуацию…

– И наконец поговорить друг с другом нормально – может, хоть до чего-то путного договоритесь! – воскликнула Эльдин, взяв Манвэ за руку. Пальцы Короля слегка дрожали.

В это время в дверь вновь постучали.

– Это еще кто явился? – процедил Эру.

– Скоро сюда и впрямь весь Валинор сбежится… – развела руками Варда.

– Аллор, что у вас происходит? Можно войти? – Голос за дверью принадлежал Намо.

– Да, конечно… – Аллор вместе с Эльдин расстелили на полу один из ковров Вайрэ, заботливо сложив лицевой стороной внутрь, а сами уселись на подушках у ног Эру – на всякий случай.

Намо пришел не один: под руку с ним шла Вайрэ, а за ними – Ниэнна. Валар вняли требованию Манвэ не ходить поодиночке – да никому и не хотелось сейчас оставаться одному.

– Понятно, – проговорил Намо, войдя. – То-то в Залах такое напряжение, словно вот-вот рухнут… – Он поклонился Манвэ, затем, помедлив, Эру. Тот смерил Валу подозрительным взглядом, но промолчал.

– Мы можем остаться? – спросила Ниэнна, глядя на Аллора с Эльдин. Недомайар несколько неуверенно кивнули, обратив чуть извиняющийся взгляд к Эру. Тот мрачно махнул рукой:

– Что же, беседовать так беседовать, – с некоторой иронией подчеркнул он слово, употребленное Аллором. – Я и вас выслушаю – у вас ведь тоже, наверное, накопилось, что сказать своему Создателю… Так говорите, не смущайтесь – мы в гостях, и Я никого не трону, не бойтесь.

– Спасибо, Создатель, – еле заметно усмехнулась Ниэнна.

– Я не мог не обратить внимание на то, что у меня в Залах происходит нечто необычное – и вот мы здесь, – без тени извинения произнес Намо. – И мы рады будем принять участие… в беседе.

– Так на чем мы остановились? – как можно непринужденнее произнесла Эльдин. – По-моему, на том, можно ли исправить сложившуюся ситуацию, никого больше не убивая…

– И пусть всякая нечисть свободно разгуливает по столь любимой вами Арде! – воскликнул Эру. – По-вашему, драконы – милейшие существа, балроги – образчики дружелюбия, а орки – те просто душки! Не говоря уже о троллях.

– Но они тоже – живые… – робко вступила в разговор Ниэнна. – Конечно, эти существа – не подарок, но, может, и их как-то пристроить удастся…

– И кто их пристраивать будет?! – поинтересовался Эру. – Вероятно, все тот же Мелькор? Он пристроит! Да они всю Арду заполонят, как сорняки! Тем более что воевать он их уже научил…

– Это не он! – Курумо выскочил на середину комнаты. – Это я, я! Я хотел, чтобы они защитили тех… Чтобы эллери не пришлось заниматься этим…

– Это я собрал их – потом. Они, казалось мне, более пригодны для войны, чем люди. Их не жаль было бросать в бой. Слуги – не ученики… – Гортхауэр встал рядом с Курумо. – И троллей я создал – для работы. Из камня – чтобы выносливыми были. И волколаков… – Черный майа смущенно опустил голову. – Стая приняла меня, когда… я был один. Первые могли менять облик, быть подобными перворожденным. И злыми – не были. Не более, чем просто волки…

– Вот и посмотрим, как вы их к миру призовете! А драконы и балроги?!

– Да нет уже в Средиземье драконов, – проговорил Аллор. – Последнего лет семьдесят назад застрелили. Вот ящеры, наверное, есть где-то. Своего я еще у Ородруина отпустил, может, подружку нашел и живет себе – он у меня всегда любвеобильный был.

Все невольно рассмеялись, что недомайа вполне устраивало.

– В Залах их души, как правило, не могут существовать… Обычно уносятся куда-то или тают… Я об орках, в основном. Волколачьих душ почти и не было, но им отдельный Зал выделить пришлось, – задумчиво произнес Намо. – А что с ними делать было? Ты же не отвечал на мои призывы, о Единый…

– Мне еще с волколачьими душами возни не хватало!

– Да Тебе вообще как-то не до меня было… А ведь именно сюда приходят души детей Твоих. Смерть была в Замысле?

120
{"b":"1309","o":1}