ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Дарительница Жизни знала, что ее запутавшаяся майэ чуть ли не замуж за него вышла, но что можно сделать, если мятежники должны были быть наказаны – своими же сотворившими? Такова воля Единого. Это понятно: надо было четко определить, что важнее для каждого из Валар – связь с сотворенными или верность Эру и Его Замыслу. Но за что было убивать Ити, ничего серьезней цветочков не сотворявшую? А любовь зла. Вон, когда та же Мелиан вслед за Ити направилась в Забытые земли и оттуда сообщила лишь, что остается с «ну совершенно замечательным элда», Валиэ только рукой махнула – видно, всегда близкие ей майар будут идти на поводу у чувств. Впрочем, Айвендил вот тихий был, послушный, старательный – сотворенный уже во Вторую Эпоху. Еще одна попытка. Вопрос, как его изменит Средиземье…

Йаванна вздохнула. Она не могла спасти мятежного возлюбленного ее майэ и ее отпустить не могла, да и куда той деваться? Так что, полюбовавшись с неделю на то, как сотворенная бесцельно пересыпает в ладонях землю, Валиэ вырастила цветок, дающий сон, похожий на смерть. Подойдя к Ити, вздрогнувшей при ее приближении, Йаванна протянула ей дымчато-белый цветок с пушистыми лепестками и махрово-лиловыми тычинками. Та, бездумно взяв его, повертела, погладила и поднесла к лицу. На мгновение ее взгляд прояснился, в глазах мелькнуло что-то прежнее, давнее, даже тень обычной улыбки проскользнула – и застыла. Цветок мягко выпал из рук, заострившиеся черты разгладились, и майэ невесомо опустилась на траву, почти не примяв ее. Йаванна мановением руки вырастила вокруг беседку из цветущих деревьев, свивших из крон подобие купола над головой спящей.

А что сейчас делается? Оромэ уже тихо стучал в дверь, а его сотворенный косился по сторонам. Валиэ спустилась к ним. отворила легкие створки, узор которых напоминал сплетенные корни, и предложила войти.

Оромэ не стал мучать ее догадками и вкратце обрисовал сложившуюся ситуацию. Она слушала и растерянно кивала.

– А если он опять начнет разрушать, насоздает хищников? Он же только о своем думает…

– Так решил Манвэ – тебе хочется с ним спорить?

– С ним поспоришь…

– Да не хотел он разрушать, а хищников придумал, чтобы животные сами друг с другом разбирались. Все кого-то едят… – неожиданно вмешался в разговор Алтарэн.

– Ну по большому счету… – пробормотал Оромэ.

– Странно все это, – проговорила Йаванна, потягивая напиток из деревянной чаши, – хотя наше дело маленькое. Манвэ знает, что делает.. Только надо ли их на Круг вести…

– Ты можешь не брать: тебя-то у Ниэнны не было.

– А если ты не приведешь, получится, что ты не обратил внимания на его заявление…

– Вроде того, – нахмурился Оромэ, косясь на Алтарэна.

Тот сидел, усиленно разглядывая цветы на подоконниках. И вдруг спросил:

– А… Ити… то есть Весенний Лист, она – как?

– Спит, – покачала головой Йаванна.

Алтарэн грустно кивнул, опустив голову. Валиэ с сочувствием посмотрела на него и решительно встала:

– Пойдем. Как бы то ни было, но раз ты уже пробужден, то не дать вам увидеться…. Хотя кто знает, что на Круге будет… А если Манвэ изменит решение, что тогда? – Йаванна остановилась в раздумье. – Может, лучше ее все же не трогать?

Майа задумчиво прошептал:

– Хоть бы взглянуть на нее. А там…

– Тогда пошли, и побыстрее.

Через заднюю дверь они вышли в обширный, превосходящий размерами сады Лориэна парк, где в изобилии росли разнообразные растения – от мягкой, как мех, травы до мощных деревьев. Сады Йаванны плавно переходили в густые, простирающиеся до Пеллор почти непроходимые леса, где время от времени охотился Оромэ. К слову сказать, Великий Охотник давно уже предпочитал ходить на зверя один на один, вооруженный лишь кинжалом, рассчитывая на силу и ловкость. Ему все больше нравилось играть с недостижимой, но ощутимой смертью…

Дойдя до покрытого цветами причудливого купола, Йаванна указала майа на еле заметный зазор меж ветвей. На мгновение замешкавшись, он бесшумно проскользнул внутрь. Валар встали поодаль.

В беседке было почти темно, только мелкие, похожие на звездочки соцветья слегка светились, и неслышно парили зеленоватыми огоньками светлячки, отбрасывая призрачный свет на лицо майэ. Цветы сплелись с ее пышными волосами, и задумчивые травы укутали тонкую фигуру, как плед.

Она спала, и на лице ее бродила чуть отрешенная улыбка. Алтарэн осторожно провел по темно-каштановым прядям, коснулся руки – она была прохладная, но живая. Справиться с собой он не смог – осторожно поцеловал ладонь, потом, еще осторожнее, глаза. Веки затрепетали, чувственные, нежно очерченные губы слегка приоткрылись, и он не мог не поцеловать и их – как когда-то. Тело майэ дрогнуло, она потянулась во сне, слегка улыбнувшись, и снова затихла. Он погладил ее по голове. «Стоит ли будить? Ей, наверное, хорошо, а кто знает, что будет…» Он тихо поднялся с колен, вглядываясь в оттененные зыбким кружевом теней черты. Внезапно она пошевелилась, и с губ слетело, как дыхание: «Алт…» Не выдержав, он склонился к ее лицу, пытаясь пробудить, – напрасно. Мягкий дурман не отпускал. Выбравшись из растительного шатра, он отыскал взглядом Йаваниу.

– Пожалуйста… – прошептал он, – помоги… Пробуди – хоть на мгновение. И пусть спит дальше…

Пожав плечами, Йаванна извлекла из складок переливчато-зеленого одеяния небольшой флакон.

– Дай ей вдохнуть немного.

Он бросился назад, в сплетение ветвей, и поднес зелье к лицу Ити. Спустя краткое время дыхание майэ участилось, и она открыла глаза. Ее взгляд встретился со взглядом Алтарэна, она улыбнулась.

– Ты здесь? А я все спала… И тебя во сне видела, мы бабочку придумывали, а Мелькор подошел и… – Она резко оборвала речь, в глазах появился страх. – Так ведь все это… битва, суд… это – не сон? А ты, откуда ты? И что теперь будет? – Она чуть не плакала, прижавшись к нему. Майа погладил ее по голове.

– А свадьба? – прошептала она. – Это ведь тоже не сон?

– Нет, что ты!

– А что теперь? Почему нам дали увидеться? Алтарэн пожал плечами:

– Почему бы и нет? До Круга, во всяком случае. Я знаю немногим более твоего… – Он рассказал то, что успел узнать. – Они сами, наши сотворившие, похоже, не знают, чего ждать.

– Может, оставят в покое? – проговорила Весенний Лист.

– Смотря на каких условиях. Я каяться и отрекаться не собираюсь.

– Я тоже, – нахмурилась майэ. – Слушай, а может, убежим – прямо сейчас? В лес… Пересидим, а там и из Валинора, глядишь, бежать удастся. А Арта велика…

Алтарэи задумался. Вряд ли он этим подведет Оромэ, да и не должен он ему ничего. Пробудив, Вала лишь выполнил волю Короля. И пусть ищет, если все наихудшим образом сложится. Возможно, у них будет еще неделя, а если повезет, то и две – вместе. А там и помереть не жалко – не впервой. Он кивнул ей, подмигнув, как когда-то. Ити мягко раздвинула ветви с другой стороны шатра, погладив их и что-то прошептав, и майар выскользнули наружу. Йаванна о чем-то беседовала с Оромэ, прислонившись к его плечу. Кажется, Валар было не до них. Охотник и Весенний Лист скрылись в густых зарослях.

Попытавшись в очередной раз сложить причудливую мозаику событий, догадок и слухов, Валар огляделись. В древесном шатре было тихо. Йаванна осторожно приблизилась, прислушиваясь, потом заглянула внутрь – пусто.

– Та-ак. – Оромэ прищурился. – Убежали от греха подальше. Вот и пробуждай…

– Ну и вел бы его на веревочке на Круг, – фыркнула Йаванна. – Они же свободны.

– От преследований – не от службы. Как я покажусь?

– Подумаешь… Да только куда они денутся, ежели что? Из Валинора-то уже целую эпоху просто так не уйдешь. Ты про Нуменор ему рассказывал?

– Нет, не успел.

– И куда они сбегут? Будут по лесам кружить…

– Если все обойдется, так и пусть себе. А если и впрямь к пробужденным больше не будет претензий, но лишь к тем, кто явится, – а остальные так и останутся вне закона?

Йаванна развела руками:

– Позвать их, что ли? Может, отзовутся?

90
{"b":"1309","o":1}