ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Георгий Абсава ОНЕГИН В ПАРИЖЕ

Встреча с творчеством А.С. Пушкина – всегда радость. А если oна происходит там, где его творческая траектория пересекается с орбитой другого гения – П.И. Чайковского, в точке под названием "Евгений 0негин", то это уже праздник. Трудно сосчитать, сколько раз ставили этот оперный шедевр с момента его создания на сцене Большого театра, сколько вокальных звёзд первой величины в исполнительских созвездиях доносили до слушателей бессмертные слова и музыку. Неудивительно, что Большой выбрал для гастролей в парижской "Гранд Опера" именно неувядаемого "Онегина".

Скандальная премьера оперы состоялась на сцене Большого театра, после чего Г.Вишневская отказалась праздновать там свой юбилей; были отзывы других артистов – с тем же знаком. Всё это заставило режиссёра Д.Чернякова убрать из московской постановки наиболее шокирующие сцены, и в таком виде спектакль был представлен на суд пресыщенных и жаждущих сенсаций и новаций парижан. Похоже, что пиар-кампании прочно вошли в арсенал театра.

Но и кроме рекламной шумихи, было чем поразить воображение избалованных французских меломанов, благо, не истощились ещё закрома Большого, нещадно выворачиваемые наизнанку агрессивным капремонтом – строительным и творческим.

Главный итог гастролей – Большой поддержал свою славу и блеснул исполнительским мастерством. Прежде всего надо отметить триумф придонны Т.Моногаровой. Её сопрано, серебристое в верхних регистрах и слегка матовой тональной окраски – в нижних, блестящая вокальная техника, драматический талант и полная творческая самоотдача делают её идеальной исполнительницей этой партии. Т.Моногаровой удалось с удивительной правдивостью показать порыв, восторженность и жертвенность юной влюблённой девушки (в труднейшей сцене письма), которые сменяются усталостью, разочарованием и скепсисом опытной женщины, испытавшей крушение глубокого чувства. Некоторые недостатки дикции артистки в целом не портили общего впечатления.

Можно полностью согласиться с мнением ведущего С.Бэлзы о том, что молодой тенор А.Дунаев, который прекрасно провёл роль Ленского, напомнил великого С.Я. Лемешева – очень высокая оценка. Манера пения А.Дунаева – кантиленная, хорошей итальянской школы (насколько это определение применимо к данной партии), сочетается с богатством нюансировки и с большим вкусом окрашена эмоционально. Однако в его голосе остаётся пока больше "металла", чем это нужно для партий лирического тенора.

Психологичный вокальный образ Гремина создал А.Кочерга. В его исполнении знаменитая ария звучит необычайно легко, прозрачно и элегантно. Его Гремин с успехом выдерживает сравнение с более глубокими насыщенными тембрально басами известных солистов. Прочие исполнители были в прекрасной форме, равно как и хорошо сыгранный оркестр, сопровождавший вокалистов с прекрасным чувством баланса. Благодаря маэстро А.Ведерникову, которому принадлежит заслуженная доля успеха.

Однако обзор драматургии постановки, к сожалению, вызывает разочарование. Действие, как это принято сейчас, "осовременено", т.е. даже не перенесено, а вколочено в наше время. И дело вовсе не в том, что Ленский не носит чёрных кудрей до плеч, Онегин появляется в модной бородёнке, а у Татьяны вместо привычного берета в причёске малиновый бантик. Гораздо хуже то, что сюжет великой оперы и перевёрнут с ног на голову и поставлен боком, но как-то кривовато. Что говорить – Т.Моногарову в сцене письма заставили в ажиотаже забраться на стол, а в финале сцены люстра вспыхивает и перегорает от короткого замыкания – видимо, для иллюстрации высоковольтного накала страсти в её душе. Оно, конечно, Евгений Онегин герой, но зачем казённые лампы портить? Этот трюк в духе наивного экспрессионизма уместен в заводском Доме культуры, но для Большого выглядит мелкотравчатым.

Непонятно, зачем понадобилось передавать короткую партию мосье Трике Ленскому, да ещё в такой балаганной трактовке, напоминающей раёшник? Вообще образ Ленского, очаровательного простодушного поэта, примитивизирован и шаржирован до уровня жалкого горохового шута, да не ковёрного клоуна, а "рыжего", в странствующем провинциальном цирке. Ползание на коленах при сборе разбросанных поэтических опусов, по объёму напоминающих бухгалтерский годовой отчёт, подглядывание у двери – эти и другие "находки" не несут смысловой нагрузки и не добавляют убедительности в психоэмоциональное обоснование конфликта и его развязки. Ну, а ссора с Онегиным с тыканием друг друга кулаками напоминает столкновение двух шпанистых подростков после второго литра пива – Жеки (по ухваткам, успевшего побывать "на зоне") и лоховатого Вована. Для сериала "Шпана нашего двора" это приемлемо, но действие происходит всё же не на 4-й Индустриальной улице г. Запупинска.

Кстати об Онегине. Его поёт прекрасный польский певец М.Квечень. И хотя вокальное амплуа солиста – баритон скорее драматического, чем лирического плана, претензий к безукоризненно в техническом отношении проведённой вокальной части партии нет. Коронной ролью артиста является Дон-Жуан; таким он и предстаёт на всём протяжении оперы. Манера актёрской игры М.Квеченя украсила бы любое представление бессмертной моцартовской оперы, но в данном случае смотрелась чем-то инородным. Даже тёплая и лиричная "Отповедь" интонационно прозвучала как требование возврата крупного долга. Вряд ли интерпретация образа Онегина в таком эмоциональном ключе является следствием непонимания своей роли артистом. По-видимому, это была режиссёрская установка – как дань западным кинематографическим образцам. Вообще воздействие зарубежных и домотканых сериалов и набившая оскомину вестернизация ощущается постоянно. И когда дебильного вида гости на фуршете у Лариных совместно задувают свечи на именинном пироге, невольно ожидаешь, что вот-вот затянут: "Хэппи бёрсдэй ту ю". Маститая М.Касрашвили, прекрасно отпевшая мадам Ларину, пустилась в малоэстетичной манере изображать разбитную старушку, здорово подгулявшую на радостях. Ах, Маквала Филимоновна, что сказала бы по этому поводу ваш педагог, прославленная Вера Давыдова? Тому ли она вас учила!

Уже в I акте создалось впечатление, что постановщика не очень интересовало то, что задумывали А.С. Пушкин и П.И. Чайковский. Судя по всему, была задача показать в формате мещанской драмы тривиальные события по появлении столичного средней руки бизнесмена где-то в провинции (улавливаете сходство с многочисленными сериалами, которые до дыр протёрли экраны телевизоров?). Застолье с обильными возлияния (как всегда у этих русских) привели к драке ловеласа с неудачливым графоманом, воздыхателем уездной кокетки. По классическому варианту либретто действие катится к развязке – дуэли, но на сцене логика предвещает бытовую поножовщину или разборочную "стрелку". А на деле кульминация конфликта оказалась ещё более искусственной и неуклюжей. Дуэль абсолютно несовместима с современной обывательской действительностью, куда мы перенесены волею режиссёра; не понимаю, почему ему никто этого не объяснил. Отсюда вытекают тяжёлые сюжетные ляпы, поражающие своей беспомощностью. Отсюда и непроспавшийся полуодетый Зарецкий, дрыхнущий на диване в ожидании противников, и похмеляющиеся гости, и Ленский в ушанке и шубейке (хотя дело происходит в доме, а не на мельнице), поющий свою арию какой-то сентиментальной пожилой леди.

Вообще контраст волшебной музыки с примитивизмом сценического действа поразителен; замечательный канон "Враги" совершенно выпадает из драматической архитектуры, после чего Онегин с Ленским то перебрасывают, то отнимают друг у друга двустволку, в итоге заряд, видимо, случайно, попадает в Ленского. Бедняге А.Дунаеву приходится бросаться боком на стол, изображая удар выстрела (как в голливудских боевиках)…

36
{"b":"131058","o":1}