ЛитМир - Электронная Библиотека

Опять раздались стенания. Страх перед Уицилопочтли глубоко засел в их душах – успехи мексиканцев в многочисленных войнах не прошли даром – и слышать такие ужасные угрозы в адрес могущественного бога было для них невыносимо. Ну что ж, они крепкие ребята, хоть и коротышки, подумал Хунакпу. А когда наступит время, я вселю в них отвагу.

– Правители Шибальбы призвали своего короля из далекой страны. Он запретит им когда-либо вновь пить кровь мужчин и женщин, потому что король Шибальбы прольет собственную кровь, и когда они вкусят от его плоти и крови, то никогда больше не будут испытывать ни голода, ни жажды.

Хунакпу вспомнил о своем брате, священнике, и призадумался, как бы тот расценил его трактовку христианского Евангелия в данный момент. Что касается конечного результата, то его он, несомненно, одобрит. Но пока Хунакпу еще не раз придется сталкиваться с щекотливыми ситуациями.

– Встаньте и посмотрите на меня. Представьте себе, что вы люди.

Они с опаской поднялись с земли и молча уставились на него.

– Как я проливаю сейчас перед вами свою кровь, так и король Шибальбы уже пролил свою кровь для правителей Шибальбы. Они выпьют ее и никогда больше ее почувствуют жажды. В тот день люди перестанут умирать, чтобы накормить своих богов. Вместо этого они будут умирать в воде и восставать из нее возродившимися, а затем будут есть плоть и пить кровь короля Шибальбы, как это делают правители Шибальбы. Король Шибальбы умер в далеком королевстве, но сейчас он опять живет. Король Шибальбы возвращается, и он заставит Уицилопочтли склониться перед ним, и не позволит ему пить его кровь и есть его плоть до тех пор, пока он опять не похудеет. А на это уйдет тысяча лет, потому что старая свинья ела и пила слишком много!

Он оглядел их и увидел выражение благоговейного ужаса на их лицах. Конечно, они вряд ли поняли все сказанное, но Хунакпу, вместе с Дико и Кемалем, разработали учение, которое он будет проповедовать салотекам, и будет неутомимо повторять эти идеи, пока тысячи, миллионы жителей Карибского бассейна не смогут повторить их сами, по собственной воле. Это подготовит их к появлению Колумба, если двое других его спутников добьются успеха; но даже если они потерпят неудачу, даже если Хунакпу будет единственным путешественником во времени, достигшим места назначения, это подготовит сапотеков к принятию христианства как религии, которую они давно ждали. Они могут принять ее, ни на йоту не поступившись своей собственной. Христос просто станет королем Шибальбы, и если сапотеки будут считать, что у него на теле есть небольшие, но кровоточащие раны в том месте, которое редко изображается в произведениях христианского искусства, это будет ересью, с которой католики смогут примириться при условии, что техника и военная мощь сапотеков позволят им выстоять против Европы. Если христианство смогло использовать учения греческих философов и множество языческих праздников и ритуалов, утверждая при этом, что они испокон веку были христианскими, они смогут принять и слегка искаженную версию жертвоприношения Христа.

– Вы думаете, не я ли король Шибальбы, – сказал Хунакпу, – но я не король. Я только тот, кто появляется, чтобы возвестить его пришествие. Я недостоин даже вплести перо в его волосы.

Проглоти это, брат мой, Хуан Батиста.

– И вот вам знак его скорого прихода. Каждый из вас заболеет, и все жители деревни тоже. Эта болезнь распространится по всей стране, но вы умрете от нее, только если ваше сердце принадлежит Уицилопочтли. Вы увидите, что даже среди мексиканцев очень немногие искренне любят этого ненасытного жирного бога!

Пусть его слова разнесутся по всей округе и объяснят, откуда взялась эта заразная болезнь, которую эти люди подхватили у него. Вирус болезни убьет не более одного человека из ста тысяч, но зато в организме всех выздоровевших образуется исключительно надежная вакцина. Когда вирус болезни покинет свои “жертвы”, в их организме будут присутствовать антитела, способные победить оспу, бубонную чуму, холеру, корь, ветрянку, желтую лихорадку, малярию, сонную болезнь – в общем, все те заразные болезни, которые медики смогли раскопать в прошлом. В дальнейшем вирусоноситель этой болезни будет поражать только детей, то есть каждое нарождающееся поколение. Он заразит и европейцев, когда они появятся здесь, и в конце концов, все народы Африки, Азии и каждого острова в море. И дело не в том, что болезни вообще исчезнут с лица земли – глупо ожидать, что в ходе эволюции не появятся новые бактерии и вирусы, которые заполнят ниши, оставшиеся свободными после гибели этих старых убийц. Но в ходе соперничества между народами – представителями различных культур, которое неизбежно возникнет в процессе развития человечества, эта болезнь не даст преимущества ни той, ни другой стороне. Не будет никаких зараженных оспой одеял, с помощью которых можно было бы извести особенно непокорные индейские племена.

Хунакпу сел на корточки и вынул зажатую между ног мощную лампу, помещенную в корзинку.

– Правители Шибальбы дали мне эту корзинку света. Внутри нее находится маленький кусочек солнца, но она работает только у меня в руках.

Он направил свет на их лица, временно ослепив их, а затем сунул палец в щель корзинки и нажал на пластинку с его личным кодом. Свет потух. Не было смысла попусту разряжать батареи – у этой “корзинки света” ограниченный срок службы, даже при наличии солнечных элементов, расположенных по ободу корзинки, и Хунакпу не хотелось зря тратить энергию.

– Кто из вас понесет дары, которые правители Шибальбы дали Хунакпу Один, когда он явился в этот мир, чтобы объявить вам о пришествии короля?

Вскоре все они почтительно несли узлы с оборудованием, которое потребуется Хунакпу в течение ближайших месяцев. Лекарства и медикаменты для лечения соответствующих заболеваний. Оружие для самообороны, а также для того, чтобы повергать в ужас вражеские армии. Инструменты. Справочники, написанные цифровым кодом. Одежду. Снаряжение для подводного плавания. Реквизит для разнообразных таинственных фокусов, которые могут пригодиться.

Переход был нелегким. При каждом шаге вес металлических шипов растягивал кожу, открывая раны и усиливая кровотечение. Хунакпу уже собирался провести церемонию извлечения шипов тут же, не откладывая, но потом передумал. Старостой деревни был отец Йаша, На-Йашаль, и, чтобы укрепить свой авторитет и установить с ним хорошие отношения, именно ему следует предоставить почетное право вынуть шипы. Итак, Хунакпу медленно, шаг за шагом, продвигался к деревне, жалея, что не выбрал место поближе к ней, и надеясь, что кровотечение не станет слишком обильным.

Когда они были уже недалеко от деревни, Хунакпу отправил Йаша вперед, вручив ему глаз Уицилопочтли. Даже если он перепутает все, что сказал Хунакпу, суть будет достаточно ясна, и вся деревня будет ждать его.

Они действительно ждали. Все мужчины деревни, вооруженные копьями, готовые в любой момент метнуть их. Женщины и дети, спрятавшиеся за деревьями. Хунакпу чертыхнулся. Он выбрал эту деревню потому, что На-Йашаль был находчив и изобретателен. С чего это ему пришло в голову, что он поверит на слово рассказу сына о короле майя из Шибальбы?

– Стой, ни шагу дальше, лжец и шпион! – крикнул На-Йашаль.

Хунакпу откинул голову назад и засмеялся, одновременно вставив палец в “корзину света” и включив ее.

– На-Йашаль, как человек, страдающий поносом и дважды за ночь выбегающий во двор, чтобы опорожнить кишечник, осмеливается не падать ниц перед Хунакпу Один, который принес корзину света из Шибальбы? – С этими словами он направил свет прямо в глаза старосте.

Дочь Каули-Шесть, жена На-Йашаль, взмолилась:

– Пощади моего глупого мужа.

– Замолчи, женщина! – прикрикнул На-Йашаль.

– Он действительно два раза ночью выходил во двор, чтобы опростаться, и стонал при этом от боли! – выкрикнула она.

Все другие женщины ахнули от ужаса, услышав это подтверждение слов незнакомца. Копья в руках мужчин заколебались и опустились, уткнувшись концами в землю.

66
{"b":"13191","o":1}