ЛитМир - Электронная Библиотека

– Теперь мои страхи остались в прошлом. Ты – совершенная дочь, моя Цин-чжао. Ты уже достойно служишь богам. И теперь, когда ты поклялась, я могу быть уверен, что ты и дальше будешь так поступать. В небесном доме, где живет твоя мать, сегодня будет великое празднество.

«Будет ли? Там, на небесах, знают о моей слабости. Ты, отец, ты только видишь, что пока я не подвела богов, но моя мать знает, как близка я была к этому порой, насколько нечиста я, когда бы боги ни обратили на меня свой взгляд».

Однако отца переполняла радость, поэтому она не осмелилась показать ему, насколько страшится дня, когда докажет свою полную никчемность. Она просто обняла его.

– Отец, – все-таки не удержалась она от вопроса, – ты и в самом деле думаешь, что мать слышала меня, когда я приносила клятву?

– Надеюсь, – ответил Хань Фэй-цзы. – Если же нет, то боги наверняка сохранят для нее эхо твоего голоса и поместят его в морскую раковину, чтобы каждый раз, когда мать прижмет ее к уху, она слышала тебя.

Такими сказочными историями они забавлялись, когда она была еще совсем ребенком. Цин-чжао отбросила на время страхи и быстро ответила:

– Нет, боги сохранят отблеск наших объятий и соткут из него платок, чтобы она носила его, обернув вокруг плеч, когда на небеса спустится зима.

Ей стало немного легче, когда отец на ее вопрос не ответил «да». Он только надеялся, что мать услышала принесенную ею клятву. Может быть, она все-таки ничего не слышала, поэтому не слишком расстроится, когда ее дочь не справится с обязанностями.

Отец поцеловал ее и поднялся.

– Вот теперь ты готова выслушать задание, – сказал он.

Он взял ее за руку и подвел к столу. Хань Фэй-цзы опустился на стул, Цин-чжао осталась стоять. Даже когда она стояла, а он сидел, она была не намного выше его ростом. Возможно, она еще подрастет, но она надеялась, что не слишком. Ей вовсе не хотелось становиться одной из тех высоких здоровячек, которые таскали тяжелые грузы в полях. «Лучше быть мышкой, чем свиньей», – когда-то давным-давно сказала ей Му-пао.

Отец вывел на дисплей карту созвездия. Она сразу узнала его. В центре располагалась звездная система Лузитании, хотя увеличение было слишком мало, чтобы различить отдельные планеты.

– По центру – Лузитания, – заметила она.

Отец кивнул. Он набрал еще несколько команд.

– Вот, смотри, – показал он. – Не на дисплей, следи за моими пальцами. Эта комбинация плюс команда, отданная твоим голосом, предоставит тебе доступ ко всей информации, которая тебе потребуется.

Он напечатал «Банда». Она сразу поняла намек. Духовной прародительницей ее матери была Цзян Цин, вдова первого коммунистического императора Мао Цзэдуна. Когда Цзян Цин и ее соратники были сброшены с трона, общество трусов окрестило их позорной кличкой «Банда четырех». Мать Цин-чжао была достойной дочерью этой великой женщины прошлого. И теперь, каждый раз набирая код доступа, Цин-чжао будет воздавать должное духовной прародительнице своей матери. Отец ее проявил великую доброту и милосердие, когда устанавливал пароль.

На дисплее появилось множество зеленых точек. Она быстро сосчитала их, почти рефлекторно: девятнадцать, сосредоточены на некотором удалении от Лузитании, постепенно охватывают ее полукругом.

– Это флот на Лузитанию?

– Таково было их расположение пять месяцев назад. – Хань Фэй-цзы снова набрал несколько букв. Зеленые точки исчезли. – А вот их местоположение на сегодняшний день.

Она поискала взглядом. Ни одной зеленой точки не осталось. Однако отец ожидал, что она что-то увидит.

– Они уже высадились на Лузитании?

– Корабли там, где ты их видишь, – ответил отец. – Пять месяцев назад флот бесследно исчез.

– Куда он направился?

– Никто не знает.

– Мятеж?

– Никто не знает.

– Весь флот?

– Все корабли до единого.

– Ты сказал, они исчезли. Что ты имеешь в виду?

Отец с улыбкой взглянул на нее:

– Молодец, Цин-чжао. Ты задала правильный вопрос. Никто их и раньше не видел – они находились в глубоком космосе. Поэтому они исчезли не в физическом плане. Насколько мы можем предполагать, они все еще движутся к своей цели. Они исчезли только в том смысле, что мы потеряли контакт с ними.

– Ансибли?

– Молчат. Все произошло за три минуты. Никаких передач в то время не велось. Отключился один, затем другой – и все остальные.

– Все связи кораблей со всеми планетами, все до одной? Это невозможно. Даже если предположить вероятность взрыва – если вообще может случиться катастрофа подобных размеров, – все равно одновременно произойти это просто не могло, корабли слишком широко рассредоточены вокруг Лузитании.

– Такое могло случиться, Цин-чжао. Но только в случае, если солнце Лузитании превратилось в сверхновую. Пройдут десятилетия, прежде чем мы зарегистрируем вспышку на ближайших к Лузитании мирах. Вся беда в том, что это была бы самая странная сверхновая за всю историю. Не невозможно, но крайне маловероятно.

– Ведь кто-то должен был заметить хоть какие-то признаки будущего взрыва. Изменения в звезде. Неужели судовые приборы не засекли ничего необычного?

– Нет. Потому-то мы считаем, что виной всему не астрономический феномен. Во всяком случае, не из известных нам. Ученые не могут найти никакого объяснения происшедшего. Мы предположили возможность саботажа. Исследовали случаи проникновения в компьютеры-ансибли. Мы прочесали все досье команд каждого судна в поисках следов хоть какого-нибудь заговора. Был произведен криптоанализ каждой связи с каждым кораблем для обнаружения зашифрованных посланий, которыми могли обмениваться заговорщики. Военные и правительство проанализировали все возможности, какие только можно было проанализировать. Полиция на всех планетах навела подробнейшие справки: мы проверили прошлое каждого оператора, связанного с ансиблями.

– Передачи не проходят, но ансибли все еще соединены друг с другом?

– Что ты хочешь сказать?

Цин-чжао залилась краской:

– Конечно же, они соединены. Даже если флот использовал молекулярный дезинтегратор, ведь ансибли связаны расщепленными субатомными частицами. Связь останется, даже если весь корабль разлетится в пыль.

– Не стоит расстраиваться, Цин-чжао. Человек слывет мудрецом не потому, что он не совершает ошибок. Он мудр потому, что исправляет ошибку, как только ее замечает.

Однако теперь Цин-чжао краснела уже по другой причине. Горячая кровь прилила к ее щекам, потому что только сейчас до нее дошло, какое задание собирается поручить ей отец. Нет, это невозможно. Он не может поручить ей задачу, разгадать которую не смогли тысячи более мудрых, более опытных людей, чем она.

– Отец, – еле слышно прошептала она, – что я должна сделать?

Она все еще продолжала надеяться, что существует какая-то небольшая проблема, связанная с исчезновением флота, и ее надо будет решить. Но еще раньше, чем он заговорил, Цин-чжао поняла, что ее надежде сбыться не суждено.

– Ты должна будешь представить все возможные причины исчезновения флота, – сказал он, – и рассчитать вероятность каждой из них. Звездный Конгресс должен суметь объяснить, что произошло и как сделать так, чтобы подобного не случилось вновь.

– Но, отец, – взмолилась Цин-чжао, – мне всего шестнадцать. Ведь есть во Вселенной куда более мудрые люди, чем я!

– Может быть, они слишком мудры, чтобы достойно справиться с этой задачей, – покачал головой Хань Фэй-цзы. – А ты достаточно молода, чтобы не считать себя умнее других; И ты достаточно молода, чтобы представить невероятное и доказать, что оно имеет право на существование. Более того, боги с необычайной ясностью говорят с тобой, мое прекрасное дитя, моя Во Славе Блистательная.

Именно этого она страшилась больше всего: отец считает, что у нее все получится, потому что боги благоволят к ней. Он не понимает, каким низменным существом является она богам, как равнодушны они к ней.

И существовала еще одна проблема.

23
{"b":"13194","o":1}