ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
ЖЖизнь без трусов. Мастерство соблазнения. Жесть как она есть
Горький квест. Том 1
Шифр Уколовой. Мощный отдел продаж и рост выручки в два раза
Корпорация «Русская Америка». Форпост на Миссисипи
Все чемпионаты мира по футболу. 1930—2018. Страны, факты, финалы, герои. Справочник
Думай медленно… Решай быстро
Маленькая жизнь
Академия Грейс
Злые обезьяны

Он направился по тропинке к церкви, которая стояла на краю деревенских лугов, на вершине приличных размеров холма. «Будь я настоящим пророком, – думал Сказитель, – все бы уже понял. Я бы знал, задержусь здесь на день, на неделю или на месяц. Увидел бы, станет Армор мне другом, как я смею надеяться, или врагом, чего я опасаюсь. Узнал бы, наступит ли день, когда его жена сможет открыто, ничего не страшась, использовать свои силы. Я б, наверное, даже знал, доведется ли мне повстречаться с этим краснокожим пророком».

Лезет ведь всякая ерунда на ум. Такое может увидеть обыкновенный светлячок, а светлячков он встречал не раз и не два. Их способности наводили на него ужас, потому что он не сомневался, что не должно человеку знать большую часть жизненного пути, который ожидает его в будущем. Нет, сам он желал стать настоящим пророком, он жаждал видеть – но не маленькие творения мужчин и женщин, расселившихся по всем уголкам этого мира, а великую панораму событий, затеянных Богом. Или сатаной – это Сказителю было без разницы, поскольку и тот, и другой обладали собственным, хорошо продуманным планом дальнейших действий, и поэтому каждый имел хотя бы приблизительное понятие о будущем. Конечно, предпочтительнее общаться с Богом. Те творения дьявола, с которыми Сказителю пришлось столкнуться в жизни, причиняли ему одну боль – причем каждое по-своему.

В этот на диво теплый осенний день дверь церкви была настежь распахнута, и Сказитель без труда проник внутрь вместе со стайкой жужжащих мух. Изнутри здание было не менее прекрасно, чем снаружи, – церковь относилась к шотландской ветви, это было видно сразу, – только внутри оно было насыщено лучами света и свежим воздухом, царящими среди выбеленных стен и застекленных окон. Даже шпоны и кафедра были вытесаны из светлого дерева. Единственным темным местом в церкви казался алтарь. Поэтому взгляд перво-наперво падал именно на него. А поскольку Сказитель обладал даром видения, то он сразу распознал следы жидкого касания на его поверхности.

Медленными шагами он подошел к алтарю. Он направился к нему, поскольку должен был убедиться наверняка; а шел медленно потому, что такой вещи было не место в христианской церкви. Изучив коробку, он понял, что не ошибся. Точь-в-точь такой же след он видел на лице человека в Дикэйне, который, зверски убив собственных детей, свалил вину на краснокожих. Подобная слизь покрывала лезвие меча, обезглавившего Джорджа Вашингтона 19. Она напоминала тонкую пленку мутной воды, незаметную, если не смотреть на нее под определенным углом и при должном освещении. Но Сказитель научился безошибочно различать ее, натренировав глаз.

Вытянув руку, он осторожно коснулся указательным пальцем наиболее явной отметины. Потребовалась вся сила воли, чтобы удержаться от крика, – так жглась эта слизь. Рука, от кончиков пальцев и до плеча, дрожала и мучительно ныла.

– Добро пожаловать в обитель Господню, – раздался чей-то голос.

Сказитель, сунув обожженный палец в рот, повернулся к говорящему. Мужчина был облачен в одежды шотландской церкви – пресвитерианин, как звали этих людей в Америке.

– Вы случайно не занозились? – участливо осведомился священник.

Легче было сказать: «Ага, занозу посадил». Но Сказитель всегда говорил только то, во что верил.

– Отец, – промолвил Сказитель, – на этот алтарь наложил лапу дьявол.

Скорбную улыбку священника как корова языком слизнула.

– Вы умеете различать следы дьявола?

– Это дар Господа, – кивнул Сказитель. – Умение видеть.

Священник внимательно изучил странника, сомневаясь, верить ему или нет.

– Тогда вы, наверное, способны разглядеть и касание ангела?

– Да, следы добрых духов я тоже умею различать. Я не раз видел их в прошлом.

Священник помедлил, будто на языке его вертелся какой-то очень важный вопрос, который он почему-то боялся задать. Но колебания длились недолго: дернув плечами и отогнав от себя искушение, священник вновь заговорил, но теперь уже с оттенком презрения:

– Нелепица. Вы можете обмануть простых людей, но я получил образование в Англии, и меня не так-то просто сбить с толку всякими разговорами о скрытых силах.

– А-а, – протянул Сказитель, – следовательно, вы человек образованный…

– Как и вы, впрочем, судя по вашей речи, – отозвался священник. – Ваш акцент напоминает южноанглийский.

– Академия искусств лорда-протектора, – подтвердил догадку Сказитель. – Я получил образование гравера. И поскольку вы приверженец шотландской церкви, осмелюсь предположить, что вы могли видеть мои работы в книге для ваших воскресных школ.

– Стараюсь не обращать внимания на подобные глупости, – поморщился священник. – Гравюры, на мой взгляд, не что иное, как бессмысленная трата бумаги, которую можно было бы отдать несущим правду словам. Если, конечно, эти гравюры не иллюстрируют предметы, виденные художником воочию, как, например, анатомические рисунки. А игра воображения художника никогда не производила на меня впечатления – сам я могу вообразить ничуть не хуже.

Поймав священника на слове. Сказитель решил задать вопрос, непосредственно волнующий его:

– Даже если художник одновременно пророк?

Священник мудро прикрыл глаза:

– Дни пророчеств остались в далеком прошлом. Подобно тому презренному изменнику, одноглазому пьянице-краснокожему, что поселился на другом берегу реки, все нынешние самозваные пророки – чистой воды шарлатаны. Если б в наши времена Бог пожаловал пророческий дар хоть одному художнику, то, не сомневаюсь, мир был бы затоплен волной всяких малевщиков и бездарностей. И они бы незамедлительно потребовали общего признания в качестве пророков – тем более что тут дело пахнет немалыми деньгами.

Сказитель ответил довольно мирно, голословные обвинения священника требовали возражения:

– Человеку, который проповедует слово Господне за деньги, не следует критиковать подобных ему, которые зарабатывают на жизнь, открывая людям глаза.

– Я был посвящен в духовный сан, – ответил священник. – Художников же никто не посвящает. Они сами себя посвящают.

Другого ответа Сказитель и не ожидал. Стоило священнику почувствовать, что его идеи не имеют реального подкрепления, как он сразу прикрылся церковными властями. Как только судьями становятся высшие мира сего, всякие аргументы теряют смысл. Поэтому он решил вернуться к более насущной проблеме.

– Этого алтаря касались когти дьявола, – повторил Сказитель. – Я обжег палец, дотронувшись до него.

– Я неоднократно до него дотрагивался, и у меня с пальцами все в порядке, – заметил священник.

– Ну естественно, – согласился Сказитель. – Ведь вы же приняли сан.

Сказитель даже не пытался скрыть прозвучавшее в голосе презрение. Священник аж взвился, разве что не отпрыгнул от него. Но Сказитель привык не смущаться людского гнева. Злость означает, что собеседник слушает и отчасти верит ему.

– Что ж, поведайте мне тогда, раз у вас столь острые глаза, – прошипел священник. – Поведайте мне, касалась ли этого алтаря длань посланника нашего Господа?

Очевидно, священник намеревался устроить ему испытание. Сказитель понятия не имел, какой ответ сочтет священник правильным. Да это было и не важно – в любом случае Сказитель ответил бы на этот вопрос только правдой.

– Нет.

Неверный ответ. Самодовольная улыбка расползлась по физиономии священника.

– Так, значит? Вы утверждаете, что нет?

Может быть, священник себя считает святым и думает, что его руки способны оставлять печать Божественной силы? Этот вопрос следовало немедленно прояснить.

– Большинство священников не способны оставлять следы света на предметах, которых касаются. Людей, обладающих подобной святостью, крайне мало.

Нет, очевидно, священник не себя имел в виду.

– Вы достаточно сказали, – молвил он. – Теперь я окончательно уверился, что вы обыкновенный мошенник. Убирайтесь из моей церкви.

вернуться

Note19

Вашингтон, Джордж (1732-1799) – американский государственный деятель, главнокомандующий американской армией во время Войны за Независимость, первый президент США (1789-1797); в конце войны группа офицеров, организовавшая монархический заговор, предложила Вашингтону корону, но тот отказался; в настоящей мировой истории Вашингтон мирно окончил жизнь в Маунт-Верноне

27
{"b":"13198","o":1}