ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Стихи, мысли, чувства
Поймать молнию
Сделай сам. Все виды работ для домашнего мастера
Последние подростки на Земле
Герцогиня
Пляска фэйри. Сказки сумеречного мира
Мираж золотых рудников
Без стресса. Научный подход к борьбе с депрессией, тревожностью и выгоранием
Странная история дочери алхимика

– И что же это были бы за слова? – Миллер снова провел по щеке рукавом.

– Как ты считаешь, что мог бы сказать незнакомец?

– Может, ему захотелось бы сказать: «Ты сделал все, что было в твоих силах, теперь ты должен отступить. Должен отослать мальчика подальше от себя. К родственникам на восток или подмастерьем в какой-нибудь город». Решение будет не из легких, потому что отец очень любит своего сына, но вместе с тем он знает, что любить – значит защищать.

– Верно, – кивнул Миллер.

– И если уж мы заговорили на эту тему, – продолжал Сказитель, – может быть, тебе следует подумать о том же. Касательно Элвина.

– Возможно, – согласился мельник.

– Ты же сам утверждал, что вода угрожает ему. И его кто-то защищает – кто-то или что-то. Но если случится, что Элвин уедет отсюда…

– Часть опасностей отступит, – пробормотал Миллер.

– Ты подумай, – посоветовал Сказитель.

– У меня сердце щемит при одной мысли отсылать сына к чужим людям, – сказал Миллер.

– Оно еще больше защемит, когда ты станешь зарывать его в землю.

– Да, – кивнул Миллер. – Похоронить собственного сына – что может быть страшнее?

Больше они не разговаривали, заснув вскоре крепким сном.

Утро выдалось холодным, траву покрыл толстый слой инея, и Миллер не подпускал Элвина-младшего к скале, пока солнце не растопило снежный налет. Все утро они посвятили разравниванию тропы, ведущей от каменоломен к дровням, чтобы легко скатить жернов с холма.

К тому времени Сказитель полностью уверился, что Эл-младший пользовался скрытыми силами, чтобы отделить жернов от камня, пусть даже сам этого не понимал. Сказитель сгорал от любопытства. Ему не терпелось увидеть, насколько могущественны его силы, – тогда он сможет кое-что понять об их природе. А поскольку Эл-младший не понимал, что делает, Сказитель тоже должен был действовать осторожно.

– А как вы обрабатываете жернов? – спросил Сказитель.

Миллер пожал плечами:

– Раньше я всегда использовал бурский камень. На нем идет серповидная нарезка.

– А ты нарисовать можешь? – попросил Сказитель.

Острым камешком Миллер начертил круг на тонкой изморози инея. Затем нанес на него несколько полукружий, начинающихся у центра и идущих к краям. Между двумя большими полукружиями он пририсовал по маленькой дуге, которая начиналась у края жернова, но, не дойдя примерно одной трети до центра, обрывалась.

– Вот так примерно он выглядит, – сказал Миллер.

– Жернова, которые я видел в Пенсильвании и Сасквахеннии, носят большей частью четвертную нарезку, – проговорил Сказитель. – Ты видел ее когда-нибудь?

– Нарисуй.

Сказитель начертил еще один круг. Он вышел не таким ладным, поскольку иней начал стаивать, но кое-что было видно. Вместо полукружий Сказитель нарисовал прямые линии, от которых, заканчиваясь у края жернова, отходили линии поменьше.

– Некоторые мельники предпочитают эту нарезку, поскольку она меньше тупится. Кроме того, линии прямые, а стало быть, их легче наносить, обрабатывая камень.

– Ага, вижу, – кивнул Миллер. – Хотя не знаю. Я привык к изгибам.

– Ну, дело твое, – пожал плечами Сказитель. – Я на мельнице никогда не работал, так что не знаю. Я лишь рассказываю о том, что видел.

– Да нет, я вовсе не против, – сказал Мельник. – Вовсе не против.

Подошел Эл-младший и встал рядом, изучая оба круга.

– Думаю, если мы таки притащим этот камень домой, – решил Миллер, – попробую я эту четвертную нарезку. Вроде бы ее и в самом деле будет полегче натачивать.

Наконец земля просохла, и Эл-младший подошел к скале. Остальные юноши остались внизу, собирая лагерь или занимаясь лошадьми. Только Миллер и Сказитель остались у каменоломни, когда Элвин снова взялся за молот. Ему надо было немного подровнять жернов, чтобы по всей окружности он углублялся на равное расстояние.

К удивлению Сказителя, Эл-младший едва ударил по резцу, как от скалы откололся сразу целый кусок гранита, длиной дюймов шесть, не меньше.

– Этот камень не тверже угля! – воскликнул Сказитель. – Что же за жернов из него получится, если он крошится от малейшего стука?

Миллер ухмыльнулся и потряс головой.

Эл-младший отступил на шаг от камня.

– Нет, Сказитель, на самом деле это очень твердый камень. Надо просто знать, как и куда бить. Хочешь, сам убедись.

Он протянул резец и молот. Сказитель взял инструменты и приблизился к скале. Осторожно приладив к камню резец, чуть-чуть под углом от перпендикуляра, он пару раз на пробу стукнул по нему. Наконец он размахнулся и ударил со всех сил.

Резец зайцем выпрыгнул у него из левой руки, а отдача от удара была так велика, что он выронил молот.

– Извините, – поморщился он. – Мне доводилось заниматься обработкой камня, но, должно быть, я несколько утратил навык…

– Да нет, это камень такой, – сказал Эл-младший. – Он немного своенравный. И поддается, только если бить по нему в определенных направлениях.

Сказитель осмотрел место, где пытался отколоть кусочек. И ничего не нашел. Его сильный удар даже царапины не оставил на скале.

Эл-младший подобрал инструменты и снова приладил резец к камню. Сказителю показалось, что и он ставил туда же. Но Эл объяснял, что якобы резец стоит совсем по-другому:

– Видишь, вот такой угол надо держать. Примерно.

Он взмахнул молотом, железо зазвенело, на камне появилась трещина – и снова щебенка застучала по земле.

– Теперь я понимаю, почему вы доверяете ему обрабатывать жернов, – признался Сказитель.

– Да, так меньше хлопот, – подтвердил Миллер.

Спустя пару минут камень образовал идеальный круг. Сказитель не произнес ни слова, наблюдая, что Эл будет делать дальше.

Мальчик положил на землю резец и молот, подошел к жернову и обхватил его руками. Правая рука ухватилась за изгиб. Пальцы левой руки проникли в трещину напротив. Щекой Элвин прижался к камню. Глаза его были закрыты. Казалось, будто бы он прислушивается к тому, что творится внутри скалы.

Затем он начал тихонько напевать. Что-то неразборчивое. Он передвинул руки. Переместился немного в сторону. Прислушался другим ухом.

– М-да, – сказал наконец Элвин. – Трудно поверить.

– Чему? – спросил отец.

– Последние несколько ударов, наверное, всю скалу растрескали. Задняя половина полностью отделилась.

– Ты хочешь сказать, что жернов стоит сам по себе? – удивился Сказитель.

– Думаю, мы можем катить его, – кивнул Элвин. – Придется повозиться с веревками, но вытащить его можно без особых проблем.

Вскоре подошли братья, неся веревки и ведя лошадей. Элвин закинул веревку за камень. И несмотря на то что заднюю половину и не пытались отбить от скалы, веревка легко провалилась. За ней последовала еще одна веревка, потом – другая, и вскоре Элвин-старший, его сыновья и Сказитель принялись дружно тянуть: сначала влево, затем вправо, раскачивая и постепенно вытаскивая тяжеленный камень из углубления в скале.

– Если б я собственными глазами не видел… – пробормотал под нос Сказитель.

– Но ведь видел же, – усмехнулся Миллер.

Камень вылез на несколько дюймов. Они сменили веревки, пропустив их через отверстие посредине жернова, и впрягли в них лошадей, стоящих выше на склоне холма.

– Он сам покатится вниз, – пояснил Миллер Сказителю. – Лошади его придержат немного, чтобы не слишком разгонялся.

– Тяжелый он.

– Да, ложиться под него всяко не стоит.

Осторожно они покатили камень. Миллер ухватил Элвина за плечо и удерживал мальчика подальше от жернова. Сказитель помогал управляться с лошадьми, поэтому ему так и не удалось взглянуть на заднюю сторону камня, пока жернов не встал рядом с дровнями.

Поверхность была гладкой, как попка младенца. Как лед в ведерке. Лишь острые линии проходили по ней, образуя четвертную нарезку и протянувшись от дыры в центре к краям.

Элвин подошел к Сказителю.

– Все правильно? – спросил он.

– Да, – кивнул Сказитель.

43
{"b":"13198","o":1}