ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

И далее следует решающее слово, которое неверно переведено, здесь сказано буквально «для общего решения», а не «для окончательного решения»!

«...для общего решения еврейского вопроса в зоне немецкого влияния в Европе».[94]

После этой конференции на Ванзее еврей Эйхман, тогда оберштурмбанфюрер СС, который после своей поездки в Палестину в 1937 году радостно доложил, что скоро еврейское население в этой стране будет преобладать, остался у Гейдриха для вечерней «беседы у камина». Впоследствии Гейдрих называл Эйхмана в письмах в разные министерства «своим доверенным референтом».

Зондеркоманды Гейдриха уничтожали евреев в России уже на протяжении нескольких месяцев. И вовсе не обязательно верить показаниям Эйхмана на иерусалимском процессе, что в ходе бесед у камина на вилле на Ванзее об этом ничего не говорилось.

Гейдрих при создании своих зондеркоманд в 1941 году опирался на «приказ о комиссарах», отданный по инициативе Гитлера, и говорил полицейским перед отправкой на Восток своим звонким, резким голосом:

«Восточное еврейство — это резервуар большевизма и поэтому, по мнению фюрера, его необходимо уничтожить».

Как вспоминал генерал СС Олендорф, Гейдрих передал руководителям зондеркоманд приказ фюрера, в котором «коммунистические функционеры и активисты, евреи, цыгане, саботажники и агенты объявлялись в принципе элементами, одним своим существованием ставящими под угрозу безопасность, и поэтому их надо без проволочек уничтожить». Под это широкое определение мог попасть любой восточный еврей.

Сражающиеся немецкие войска, которые сами никогда не выполняли приказ о комиссарах, больше подозревали, чем знали о том, что происходит у них в тылу. Но в любом случае они не имели ничего против того, чтобы им обеспечили безопасный тыл, и стремились в 1941 г. как можно быстрей продвигаться вперед на всем фронте от Балтийского до Черного моря.

Что касается числа евреев, уничтоженных по приказу Гитлера, то данное исследование не ставит своей целью уточнение этой цифры. Тот аргумент, что один убитый — это уже много, с человеческой точки зрения верен, но им не могут воспользоваться историки, до сих пор блуждающие в потемках. Оценки расходятся в пределах от 350.000 — цифры, к которой пришел один еврейский статистик в 1952 году в одной американской газете, до известной цифры 6 миллионов. «Когда мы, евреи, утверждаем, будто их было шесть миллионов, — писал тогда этот статистик, — то это бесстыдная ложь».[95]

Цифра «6 миллионов» всплыла в начале Нюрнбергского процесса и опиралась в основном на данные ответственного за использование газа «Циклон Б» офицера СС Курта Герштейна, который якобы уничтожал евреев в газовых камерах. Его фамилия свидетельствует о его еврейском происхождении, как и ранее упомянутые фамилии Финкелынтейн, Бронштейн, Мильденштейн, Бехштейн и Эйнштейн.

Цифровые данные в документах Герштейна, которые он передал после войны французской разведке, настолько невероятны и неправдоподобны, что эти документы были отвергнуты в Нюрнберге как доказательства. Тем не менее журнал «Шпигель» ничтоже сумняшеся тоже позволил себе привести цифру «6 миллионов», опираясь на документы Герштейна. «С помощью линейки и секундомера» якобы установлено, что в газовые камеры площадью 25 квадратных и объемом 45 кубических метров одновременно запихивали для уничтожения газом по 700-800 евреев.

Руководитель известного молодежного лагеря в Дортмунде, услышав от своих воспитанников сомнения насчет данных «Шпигеля», обратился в этот журнал с запросом и получил 21 февраля 1967 г. такой примечательный ответ: «Вы, разумеется, совершенно правы, что Герштейн в своих расчетах сильно ошибался». Однако это не помешало «Шпигелю», который обычно очень осторожно обращается с цифрами, воспользоваться в следующем 1968 году в серии статей еврейского профессора Саула Фридлендера теми же цифрами Герштейна: 700-800 евреев на 25 квадратных и 45 кубических метров.[96]

Автор данной книги ехал в декабре 1968 г. с директором по экспорту природного газа одной голландской фирмы, евреем, в поезде из Амстердама во Францию, а потом в Швейцарию. Воспоминания о войне ожили в заснеженных Арденнах — мой спутник командовал здесь канадской батареей зимой 1944-45 гг., — и, когда он открыл новый «Шпигель» и дошел до этого места на странице 100, я спросил его: «Вы хорошо умеете считать; что думаете Вы о данных „Шпигеля“ о пространстве и числе жертв?» — «Такого рода ложь, — последовал обдуманный ответ, — рано или поздно отзовется нам, евреям».

На следующий день я беседовал в Женеве с профессором Фридлендером, гражданином Израиля. Автор серии статей в «Шпигеле» был возмущен тем, что этот журнал опубликовал их, не указав в сноске, что цифры Герштейна неверны. И опять последовал примечательный ответ «Шпигеля» от 21 января 1969 г.: «Разве непонятно, что Герштейн при виде таких ужасов не мог заниматься вычислениями. Незачем объяснять это читателям в сноске».

Кроме статей Фридлендера с цифрами Герштейна («в четырех камерах четырежды по 750 человек при объеме каждой камеры 45 м3») этот журнал поместил фото:

«Средство убийства — газ „Циклон Б“. Ежедневно ликвидировали 25000 евреев».

Но подобные исторические исследования нельзя проводить, сидя за письменным столом. Цифра, которую дал «Шпигель» в 1969 году, была, к удивлению читателей, несколько меньше — пять миллионов.

В серии статей Торвальда в том же «Шпигеле» в 1974 году эта цифра стала еще меньше:

«Несмотря на подлинное или имитируемое чувство вины или соучастия в убийстве более чем четырех миллионов евреев в гитлеровскую эру (еврейская сторона обычно называет цифру шесть миллионов...)».

Эмоции и фальсификации постоянно играют свою роль в этой печальной главе истории человечества. И господин Фест не постеснялся приложить к своим статьям фотографии, которые независимые эксперты уже несколько лет назад по теням и ретуши разоблачили как фальшивки.

Немцы не хотели участвовать в этих акциях уничтожения и добровольно уходили на фронт, все больше оставляя это грязное дело литовцам, полякам, украинцам и... евреям. Ученая еврейка, профессор Ханна Арендт, пишет в изданной в 1964 г. книге «Эйхман в Иерусалиме»:

«Роль еврейских лидеров в уничтожении своего собственного народа — это для евреев, несомненно, самая мрачная глава во всей этой мрачной истории. В Амстердаме и в Варшаве, в Берлине и в Бухаресте нацисты могли рассчитывать на то, что еврейские функционеры составят списки лиц и опись имущества, добудут деньги на депортацию и уничтожение у самих депортируемых, возьмут на учет освободившиеся квартиры и предоставят полицию, чтобы помогать хватать евреев и запихивать их в поезда... То, что в лагерях смерти прямую помощь при уничтожении жертв оказывали обычно еврейские команды, этот сам по себе известный факт полностью подтвержден свидетелями на процессах: как зондеркоманды работали в газовых камерах и крематориях, как они вырывали золотые зубы у трупов и отрезали волосы, как они рыли могилы, а позже снова разрывали те же могилы, чтобы скрыть следы массовых убийств, как еврейские техники строили газовые камеры в Терезиенштадте, которые, правда, не были использованы, как еврейская „автономия“ дошла до того, что сама стала палачом евреев».

Со времен своей жизни в Вене, особенно от своего учителя Ланца фон Либенфельса, Гитлер очень хорошо знал, что порвавшие со своими евреи отличаются особой ненавистью к собственному народу. Он использовал эту ненависть, набирая в 20-х годах кадры для газет «Фёлькишер беобахтер» и «Штюрмер», а во время войны — набирая кадры для уничтожения евреев.

Гестапо впервые занялось Герштейном 27 сентября 1936 г., когда его арестовали за антигосударственную деятельность. Этот молодой борец, по собственному признанию, разослал высшим государственным чиновникам 8500 брошюр, направленных против национал-социализма. 14 июля 1938 г. Герштейна арестовали вторично и на этот раз отправили в концлагерь Вельцхайм. После освобождения бывший борец сопротивления вступил в СС, быстро стал офицером, а во время войны — поставщиком ядовитого газа, который использовался для уничтожения евреев. Герштейн сразу же сообщил об этом в Швецию и Швейцарию, а оттуда эти сведения дошли до западных союзников. Голландский инженер Юббинк передал доклад Герштейна в Лондон. Шведы опубликовали после войны памятную записку барона фон Оттера, который воспроизвел разговор с Герштейном об убийствах в газовых камерах. Герштейн очень старался, чтобы о его тайной деятельности знали за рубежом. Он пришел в апостолическую нунциатуру в Берлине и попросил передать папе, чтобы тот поднял тревогу. Столь же открыто высказывался Герштейн в Берлине перед рабочими, угнанными из Голландии. Едва познакомившись с тюремным священником Бухгольцем, он в тот же вечер рассказал ему о своей деятельности. Бухгольц позже признался в одном письме:

вернуться
94

Протоколы Международного военного трибунала, том IX, стр. 584.

вернуться
95

«Deutsche Hochschullehrer-Zeitung», Tubingen, Nr. 3/4, 1959,S. 12.

вернуться
96

«Шпигель», № 51, 16 декабря 1968, с. 100.

41
{"b":"13208","o":1}