ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Обогнув несколько кварталов, «Москвич» затормозил у больничного корпуса, обсаженного елями. Жора широким жестом отмахнулся от предложенных денег.

Профессор с Мамонтом вышли.

Они подошли к двери, ведущей в стационар. Но это был не главный вход, предназначенный для посетителей, а, вероятно, служебный, для персонала. Внутри им, однако, никто не чинил препятствий и даже не останавливал. Женщина лет тридцати двух в белом халате, медсестра или санитарка, лишь мельком глянула на них, оторвавшись от чтения любовного романа. Мамонта, по-видимому, здесь хорошо знали.

Они прошли каким-то коридором, свернули налево, чуть не налетев на пожилую нянечку, катившую тележку с судками, и, миновав застеклённые двери, оказались на довольно широкой лестничной площадке.

— Туда, — сказал Мамонт, неопределённо мотнув головой, и начал подниматься, перешагивая через две ступеньки.

— Он в урологии? — спросил Профессор, стараясь не отставать от Коли.

— В хирургии.

— Вот как, — заметил старик. Значит, Королю собираются делать операцию.

Это, конечно, серьёзно, но, с другой стороны, и хорошо. Безнадёжных больных не оперируют. Им дают возможность спокойно отмучиться оставшиеся дни.

— Когда операция? — спросил он.

— Дня через два-три, — пожал плечами Коля, останавливаясь на площадке.

Здесь на третьем этаже находилось хирургическое отделение.

Мамонт прошёл по коридору до самого конца и остановился у двери с табличкой «321». Он поднял мощный кулак и размеренно четырежды стукнул костяшками по слою белой масляной краски. Это было похоже на первые такты 5-й симфонии Бетховена. «Так судьба стучится в дверь», — вспомнились Войцеху Казимировичу слова самого композитора.

— Войдите, — голос если и принадлежал больному человеку, то все-таки сохранил присущую Королю силу и уверенность.

Мамонт повернул ручку. Дверь открылась, и они шагнули внутрь.

Он лежал под капельницей, выпростав из-под одеяла худую, жилистую руку.

Глаза Короля лихорадочно блестели на истощённом землистого цвета лице. Войцеху Казимировичу показалось, что Король потерял килограммов пятнадцать веса.

— Здравствуй, Профессор.

— Здравствуйте, Король, — тихо ответил старик. Лежавший посмотрел на Колю.

Мамонт молча кивнул и вышел за дверь.

— Бери стул, присаживайся, Войтек. — Король пошевелился, пытаясь придать себе подобие сидячего положения.

Профессор подошёл к простенькому столу, находившемуся возле окна, поставил на него свой портфель, взял один из двух стульев с мягкой обивкой и вернулся к кровати. Он установил его рядом с капельницей и сел, опираясь на трость так, чтобы они с Королём могли хорошо видеть друг друга.

— Что говорят врачи? — спросил Войцех Казимирович.

— Ерунду. Хотят резать, обещая при удачном раскладе положительный исход операции как один к двум.

— Хорошие шансы. — Старик говорил, не отводя взгляд от Короля. Тот тоже смотрел прямо на Профессора, в его глазах не было ни слабости, ни растерянности. Перед Войцехом Казимировичем лежал человек, твёрдо знавший, что ему предстояло сделать в ближайшее время, пусть даже это время будет последним из отпущенного ему срока.

— Хорошие шансы, — повторил Король и кивнул. — В моем положении просто отличные. Лично я буду бороться до самого конца. Но старуха с косой, согласись, Войтек, — противник серьёзный. Поэтому нужно учитывать все варианты.

— Вы постоянно обдумывали свои ходы, — сказал Профессор, — во всех случаях. Вы сильный человек, Король, а такие обычно добиваются своего. Я всегда верил в вас и верю сейчас, что все обойдётся.

— Всякая сила рано или поздно встречает ещё большую, Войтек. Предел наступает всему, и главное — быть к этому готовым. Поэтому мне и понадобилось увидеть тебя.

Профессор кашлянул в кулак. Сегодня ночью был сильный ветер, и из окна вагона изрядно сквозило. Похоже на начало простуды.

Смысл их встречи с Королём был ему в целом понятен. Трезво оценивая своё состояние, Король готовил себе замену. Он был не из тех, кто цепляется за власть до последнего вздоха. И вот теперь, выбрав своего преемника, Король хотел удостовериться, что тому будет оказана соответствующая поддержка.

Наверняка Профессор не был первым из доставленных сюда для разговора с Королём.

А если все-таки начали с него, то за ним, безусловно, последуют другие, обладавшие весом и влиянием среди «вокзальных» людей.

И ещё в одном был уверен Войцех Казимирович: Король сделал правильный выбор. И человека, которого он сейчас ему назовёт, нужно будет поддержать.

Потому что это мнение Короля, а тот уже давно и бесспорно доказал правильность своих поступков и своих решений.

— Моя вина, — сказал Профессор, — мне нужно было давно зайти…

Король взмахнул левой рукой, свободной от капельницы.

— Пустое. Речь не об этом. Сейчас ты здесь, и это главное. Нам нужно обсудить серьёзный вопрос.

— Я внимательно слушаю.

— Если верить врачам, шансов после операции пятьдесят на пятьдесят.

Отбросив сантименты, давай поговорим о второй половине.

Профессор, в отличие от большинства «вокзальных», не был суеверен, поэтому трижды плевать через левое плечо не стал. Но пальцы на рукояти трости все же скрестил. Пусть бы Король жил. Войцеху Казимировичу этого очень хотелось. Даже если его желание на этой земле ничего не меняло.

— В общем, — продолжил Король, — если все окончится… не совсем удачно, меня нужно будет сменить.

Профессор кивнул, думая о том, кого Король хочет оставить вместо себя.

Коля Мамонт, Шнур или Алмазов. Это были самые толковые люди из «вокзальных».

Хотя старик Алмазов уже в возрасте, а Шнур отдалился. Он женился, у него теперь имелись и дом, и даже работа. Коля был ближе всех к Королю, вероятно, разговор пойдёт о нем. Ну что ж, Войцех Казимирович всегда считал Мамонта правильным человеком, а если ещё такое решение примет сам Король… По крайней мере, со своей стороны Профессор мог гарантировать Коле посильную поддержку.

— Для этого нужен умный, решительный человек из наших, — сказал Король. — Человек, пользующийся достаточным уважением и симпатией большинства, имеющий силу и способность вести за собой других.

— Согласен с вами, — сказал Войцех Казимирович. — Честно говоря, этот разговор претит мне, Король, но вы правы — вопрос нужно решить. Я знаю вас достаточно долго, достаточно хорошо и полностью доверяю вашей голове. Ведь вы уже выбраличеловека? Правда? Так вот, на меня вы можете положиться, и если ему будет нужна моя помощь…

Профессор остановился, уловив лёгкое изменение в лице Короля. Что-то такое мелькнуло в его взгляде… Уголки губ чуть-чуть приподнялись.

Войцех Казимирович откинулся на стуле.

— Мне нужна твоя помощь, Профессор. — Король левой рукой пригладил волосы.

— Мне нужно твоё согласие.

Все-таки с возрастом соображать начинаешь хуже, чем раньше, подумал Войцех Казимирович. Прошло несколько секунд, прежде чем он понял, что сейчас скажет Король. Пальцы его непроизвольно сжали рукоятку трости так, что костяшки побелели.

Король продолжал смотреть на Профессора, не отводя взгляда.

— Меня должен будешь сменить ты, — сказал он.

ПОГРАНИЧНИК. ТРУПЫ…

Выгнутая спина Мусея мелькнула и скрылась за поворотом.

Маленький гном превратился в злобного уродца и что есть силы тряхнул Сергея изнутри. Круги, поплывшие перед его глазами, приняли строгие геометрические очертания. Точнее, это были и не круги, а овалы и эллипсы. Звон в ушах постепенно стихал, превращаясь в глухоту, как будто их плотно забили ватой. Сергей помотал головой и наконец-то отпустил косяк двери. Несколько раз глубоко вздохнул-выдохнул, прислушиваясь к тому, что происходит внутри. Но чёртов карла, похоже, решил, что одного предупреждения достаточно, и отступил вглубь.

Крутин закрыл дверь, пересёк площадку и вышел на замызганные ступеньки лестничного пролёта. Мусея не было видно, он уже отправился по своим делам вверх по лестнице в небо. Или, наоборот, вниз, по дороге в ад. Туда же, вниз, последовал и Сергей, игнорируя лифт. Он ненавидел крохотные замкнутые помещения, которые к тому же двигались помимо его воли. Человек в лифте, считал он, беспомощен, как мышь, которую держат за хвост.

6
{"b":"13218","o":1}