ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Сергей оглянулся вокруг в поисках чего-нибудь потяжелее и позамашистее, чем можно было бы огреть по кум-полу своего преследователя. Не годится сдаваться без драки. Но, как назло, ничего подходящего вокруг не было. Ни железной рейки, ни куска арматуры, ни даже камня.

В этот момент из-за угла появился сам объект его размышлений. Он оглянулся по сторонам, мгновенно оценил обстановку и облегчённо выдохнул воздух. На его губах опять во всю ширь заиграла злорадная ухмылка. Валере явно доставляло удовольствие видеть Сергея в беспомощном и унизительном положении.

— Ты так не улыбайся, а то зубы выпадут, — посоветовал ему Крутин, думая о том, что не все ещё потеряно. Их «Опель» сейчас где-то с другой стороны квартала, и, пока они будут идти к нему, всякое может случиться. В любом Случае — шанс ещё есть.

Но Валера, не переставая лыбиться, достал из наплечной кобуры пистолет и направил его Сергею в лицо. Крутин почувствовал мутную слабость, поднимающуюся изнутри, и понял, что никакого шанса у него уже не осталось. Никто не собирался его никуда везти, никому он уже не был нужен. Они выжали из него всю информацию, Крутин сыграл свою роль, послужив приманкой для Профессора, и остался тем, кем был для них с самого начала, — нежела-.тельным свидетелем. И конец ему был заготовлен с самого начала один-единственный, без права на обжалование. И без вариантов.

Чёрный матовый ствол поднялся, уставившись зрачком своего дула Сергею в переносицу. Он закрыл глаза, пытаясь собрать остатки мужества, и в этот момент раздался выстрел. Крутин покачнулся, отшатнувшись назад, в то же время испытывая недоумение, почему он не чувствует ни боли, ни хотя бы толчка от пули. Или Валера оказался из рук вон никудышным стрелком, или совсем уж законченным садистом.

Сергей открыл глаза и понял, что опять попал пальцем в небо. Стреляли не в него, а откуда-то сбоку. И Валера стоял уже вполоборота, задрав правую руку с пистолетом вверх. Ухмылка ещё не сошла с его лица, но уже как-то поблекла, утеряв былую самоуверенность. Он не успел даже повернуться в сторону прохода, как раздался ещё один выстрел, и правый глаз Валеры как-то странно смялся и исчез, а вместо него вскипело нечто, пузырясь и заливая половину лица кровью.

Несколько долгих секунд Валера стоял, раскачиваясь, а затем рухнул вниз, как спиленный дуб, подняв вокруг себя облачка пыли.

В проёме между домами возникла фигура человека с пистолетом в руке. Этот человек был не просто велик, он был громаден, на голову выше покойного Валеры и сантиметров на пятнадцать его шире. И пистолет неизвестной Сергею марки был под стать ему — такой же устрашающе массивный, не пистолет, а гаубица карманных размеров.

— Валим отсюда, — приказал Крутину гигант, оценивая, в состоянии ли он самостоятельно передвигаться. Осмотр выдал плюс в пользу Сергея, великан повернулся и спешно зашагал по проходу, которым Крутин только что заскочил в эту ловушку.

Сергей почти бежал следом за ним, уже догадываясь, кто это. Вот только имя вылетело у него из головы, и Крутин сейчас мучительно рылся в памяти, отыскивая его, потому что ему было неудобно обращаться с кличкой к человеку, только что спасшему его от смерти в пыльном дворе на задах заброшенной музыкальной школы.

Гигант перемахнул через ограду не менее легко, чем это сделал три минуты назад Валера, прошёл шагов десять по тротуару, перешёл дорогу и распахнул дверку припаркованных с той стороны «Жигулей». Сергей следовал за ним, оглядываясь во все стороны, но ни «Опеля», ни каких-либо других следов неприятеля пока не замечал.

— Садись, — сказал великан, с трудом втискиваясь на водительское сиденье.

И когда Крутин обошёл машину и плюхнулся рядом с ним, спросил:

— Ты как? Все в порядке?

— Нормально, Коля, — ответил Сергей, вспомнив наконец-то ускользавшее от него имя. — Вот только пить хочется смертельно. У тебя случайно нет водички?

— Найдём, — флегматично пообещал Мамонт, заводя двигатель. — Вот только сейчас позвоним Профессору и поищем водичку.

БОМЖ. ПРИГОВОР ОКОНЧАТЕЛЬНЫЙ И ОБЖАЛОВАНИЮ…

Фраза с обещанием «убить», конечно, из разряда сильнодействующих.

Профессор внимательно смотрел в глаза человека, сидящего напротив, и увидел, как в них промелькнула тень… Нет, не страха, для этого Войцех Казимирович был слишком беспомощным, а тот настолько уверенным в своей силе, в том, что все должно быть так, как он наметил. Уж очень неравны были они с ним в этой несчастной стране бывшего всеобщего равенства и нынешней всеобщей же демократии. Словом, страха тот не почувствовал, хотя пообещал это Профессор ему совершенно серьёзно. Но вот явное удивление, смешанное с недовольством, «что, мол, это ещё такое», промелькнуло в его взгляде. Ну и ладно. Как верно заметил сам господин Управляющий, что часы идут и начинается время действий. Пора выводить его из привычного безмятежного состояния. А то он засиделся здесь, попивая кофе и рассуждая с видом самого господа бога о судьбах Родины.

Управляющий несколько секунд молчал, собираясь с мыслями, и Войцех Казимирович опять увидел, как профессионализм и привычка доводить, все начатое до конца борются в нем с желанием прихлопнуть его тут же, на месте. Взяв себя в руки, он открыл рот, чтобы ответить, и тут раздалось треньканье телефона.

Так и не сказав ничего, Управляющий вынул из кармана «эриксон» Профессора с перетянутым тонкой алюминиевой проволокой корпусом и нажал кнопку приёма.

— Слушаю, — сказал он, напыщенный, как кипящий самовар.

На том конце что-то сказали, и Управляющий протянул аппарат Войцеху Казимировичу.

— Прошу, — сказал он, глядя в сторону, — это вас.

Профессор взял трубку. Звонил, конечно же, Сергей. У него все было в порядке, слежки, по его словам, он не замечал. Но это ещё ничего не значило.

Профессор уже слишком хорошо познакомился со стилем работы людей, часть которых сидела сейчас рядом с ним. Поэтому Войцех Казимирович приказал Сергею немедленно прекратить разговор и уходить подальше от того места, с которого он звонил. Затем без лишних слов Профессор отключился и бросил аппарат на стол Управляющего.

— Ну что? — холодно спросил тот. — Все в порядке? Мы свою половину обещаний выполнили. Теперь дело за вами.

Профессор развёл ладони в стороны.

— Не беспокойтесь. За мной не пропадёт.

В этот момент снова затренькал телефон. Войцех Казимирович удивлённо посмотрел на «эриксон». Для следующего звонка было ещё слишком рано. Но оказалось, что это трубка Управляющего, просто зуммер у их аппаратов очень похож.

Управляющий вынул телефон и произнёс своё всегдашнее: «Слушаю вас». В его лице почти ничего не изменилось, лишь слегка напряглись и затвердели мускулы, а глаза, наоборот, задвигались быстрее. На миг они задержались на Войцехе Казимировиче. Управляющий сделал движение рукой, как бы приказывая вывести его отсюда, но затем решил, что не стоит, и махнул вскочившим было ребятам.

— Да… — говорил он, — …да… Нашли… Конечно, я же говорил… Нет, ещё нет, но это вопрос одного-двух часов… Да, я уверен в результате, как был уверен с самого начала… На то были объективные причины, а профессионализм и заключается в умении справляться с непредвиденно возникшими трудностями… Ну, конечно… Я ведь сказал, все в наших руках. Можете быть спокойны…

Обязательно, Юрий Константинович… Всего хорошего.

— Что, Сам беспокоит? — спросил Профессор, когда Управляющий спрятал свой телефон. — Держит все под своим контролем? Или даёт ценные указания, как это любит делать большое начальство?

— По-моему, подобный вопрос вас занимать не должен, — ровным голосом произнёс Управляющий, стараясь не показывать, как он недоволен тем, что инициатива в разговоре все время ускользает от него. — У вас сейчас другие проблемы, пан Рушинский, не так ли?

— Конечно, — согласился Войцех Казимирович. — Но все-таки интересно, как же вы такого неудачного фюрера себе подыскали? Ведь ваш Саранов, оказывается, довольно грязная личность. Даже для политика. Неужели на роль вождя не нашлось никого поприличнее? Или все остальные у вас ещё хуже?

81
{"b":"13218","o":1}