ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

А эта ее служанка… У Дэвида не было ни малейших сомнений относительно того, где Сесилия ее нашла. Он готов был проглотить сигару — причем зажженную, — если эта бойкая смазливая девчонка не служила раньше в каком-нибудь борделе «Ковент-Гардена».

Перед отъездом из миссии Этта заново и довольно неумело уложила пушистые волосы леди Уолрафен и водрузила поверх шляпку с вуалью, чуть сдвинув ее на затылок. Странно, но это действо очаровало, если не сказать загипнотизировало, Делакорта. На какое-то мгновение ему даже захотелось запустить пальцы в огненно-рыжие локоны леди Уолрафен.

Это непостижимое желание сводило его с ума — так же как и недавний страх, испытанный им во время ее падения. Что это с ним происходит? Ведь он терпеть не может леди Уолрафен и старательно избегал ее все эти годы!

Проворно вскочив, он пробормотал извинения и спустился вниз покурить, а заодно и встретить карету Сесилии.

И вот он здесь, в центре Сент-Мэри-Мурфилдса, рядом с Сесилией Лоример — женщиной, которую он, как ему казалось, глубоко презирает. Сквозь высокие стрельчатые окна пробиваются тусклые лучи зимнего солнца. Один лучик упал на нежное лицо Сесилии, мягко осветив его. Чувствуя сильное замешательство, Делакорт опустил глаза, стараясь украдкой все же рассмотреть свою спутницу.

Он уже забыл, как она изящна и красива. Прошло слишком много времени с тех пор, как он близко видел ее лицо. Первая встреча не в счет: тогда внимание Делакорта было приковано к кое-чему пониже.

Да, теперь он жалел о случившемся. И вина, испытываемая им до сих пор, искупала то удовольствие, которое он получил, созерцая ее наготу. Однако удовольствие и впрямь оказалось потрясающим. О Господи, какое же у нее было гибкое, стройное тело! Тело, которое со временем стало еще красивее, если верить роскошным формам, скрытым сейчас ее строгим черным платьем. Он отдал бы все свое состояние, лишь бы еще раз прикоснуться к этим восхитительным округлостям…

О нет! Дэвид слишком хорошо знал, что мужчина может испытывать влечение к женщине, даже если она ему не нравится. А Сесилия Лоример ему не нравилась. Неприступная, язвительная бестия. Но как же хороша она была в его объятиях!

Никто так и не узнал правду о его неблаговидном поступке, а два года спустя Сесилия вышла замуж за весьма почтенного джентльмена.

Делакорт тщетно пытался понять, что же она нашла в старом лорде Уолрафене, который был вдвое старше ее. И каково ей сейчас, оставшись вдовой, жить в одиночестве? Еще до замужества Сесилии Джайлз, которого частенько видели в ее обществе, надеялся жениться на ней, но из этого ничего не вышло: старик Уолрафен украл невесту у наследника. Может быть, они с Джайлзом теперь любовники? Впрочем, в свете говорили, что Сесилия решительно отвергала все предложения связать свою судьбу с кем-либо. А жаль — разумеется, с чисто физической точки зрения: такая женщина — и ничья!

Пожалуй, ему надо было отказаться от дурацкого пари с Амхерстом. Но как сейчас это сделать, не уронив достоинства? Если только Сесилия уговорит Коула дать ему отставку, в противном же случае придется работать. Интересно, удастся ли совместить приятное с полезным? Она по-прежнему не уверена в себе и пуглива, как овечка, хотя давно уже рассталась с невинностью. Быть может, достаточно пылкий подход превратит этот айсберг в горячую лаву?

При мысли об этом Дэвид непроизвольно сжал руку, лежавшую на спинке церковной скамьи, и глубоко вздохнул, глядя в темноту алтаря. Это будет азартная охота! До сих пор ему всегда удавалось овладеть женщиной, которую он желал.

Внезапно Делакорт вспомнил, где находится, и осознал, какой кощунственный поворот приняли его мысли. Он никогда не был настолько благочестивым, как его зять, но даже ему не хотелось навлекать на себя гнев Господний, предаваясь грешным помыслам во время похоронной мессы. Он восслал к небесам краткую молитву о прощении, и в этот момент священник неторопливо вышел из ризницы, пересек алтарь и зычно откашлялся. Делакорт облегченно вздохнул.

Когда отпевание закончилось, Сесилия потихоньку сунула в руку священника щедрое денежное пожертвование и в сопровождении Делакорта вышла из темной церкви на солнце, которое в столь скорбный день светило непозволительно ярко. Оставалось лишь надеяться, что бедняжка Мэри обрела такой же свет в конце своего земного пути.

Остановившись у кованых железных ворот церковного дворика, Сесилия окинула печальным взглядом Банхилл-роу, но не увидела ни Китти, ни Мэг. Девушки как в воду канули. Делакорт каким-то образом успел послать за ее каретой, оставленной ими на улице неподалеку.

Он бережно провел Сесилию по тротуару и, не дожидаясь кучера, сам распахнул дверцу. Скрип петель вернул Сесилию к реальности, и она осознала, кто стоит рядом с ней.

Когда юбки леди Уолрафен прошуршали мимо, Делакорт с непроницаемым лицом обратился к ней:

— Вы сразу же поедете домой, не так ли, мэм? — спросил он с нажимом, словно и не собирался ее провожать.

Сесилия, поплотнее закутавшись в плащ, подняла к нему лицо. Она уже и забыла, какой он высокий!

— Боюсь, что нет, — ответила она, наконец. — Мне надо вернуться на Пеннингтон-стрит — доделать кое-какую работу.

Лорд Делакорт недовольно поморщился.

— Вы сильно ударились головой, и у вас был крайне трудный день, — твердо заявил он. — Советую вам отдохнуть.

Но Сесилия уже поднималась по лесенке и, устроившись на сиденье, раздраженно сказала:

— Послушайте, Делакорт, вы же оставили свой экипаж около здания миссии. Почему бы вам не поехать со мной? Я-то все равно поеду, хотите вы этого или нет.

С самым мрачным видом Делакорт забрался в карету.

— Я вижу, вам очень нравится всегда поступать наперекор разумным советам.

Сесилия сидела молча, глядя в окно. В душе ее вновь вскипала волна беспричинного гнева. Но почему она злится? Ведь он ведет себя не более вызывающе, чем остальные знакомые ей мужчины, — однако в их присутствии у нее не трепещет сердце и румянец не заливает щеки. Надо за это его наказать — он вполне заслуживает кары!

Делакорт нетерпеливо постучал золотым набалдашником трости по крыше, экипаж тронулся с места.

Сесилия раздраженно обратилась к нему:

— Я попросила бы вас впредь не давать указаний моему кучеру.

Делакорт надменно поднял брови.

— Как я понял, вы хотите вернуться на Пеннингтон-стрит, — холодно ответил он. — Чтобы это сделать, кто-то должен дать указания кучеру.

— Да, но мне кажется, вы не имеете на это никаких прав.

Делакорт сорвал с головы элегантную шляпу и швырнул ее на сиденье напротив.

— Я вижу, тебе очень хочется со мной поссориться, Сесилия.

Та, рывком развязав тесемки плаща, сбросила капюшон.

— Я не просила вас сопровождать меня на мессу, — заявила она. — Вы сами вызвались.

— А что же я должен был делать, мэм? Вы плохо себя чувствовали. Из-за вас моя репутация и так уже достаточно пострадала…

— Ваша репутация? — перебила она.

— Я не смогу называть себя джентльменом, если отпущу больную женщину одну в такую клоаку, как Уайтчепел.

— Если бы не поехали вы, поехала бы моя горничная!

— Однако ты забыла мне об этом сказать. — Его голос был низким и хриплым. — В самом деле, Сесилия, порой мне кажется, что ты нарочно меня мучаешь.

Сесилия поспешно откинулась в тень, чтобы он не увидел ее пылающих щек. О Господи, и зачем только он навязался ей в попутчики?

— Я не разрешала вам называть меня по имени, — произнесла она ровным, холодным тоном.

Делакорт, подавшись вперед, заглянул ей в лицо.

— А должна бы разрешить, моя милая, — вкрадчиво сказал он. — Вспомни: когда-то мы были обручены. Все вокруг считали нас влюбленной парой, а потом ты, опомнившись, решила, что я негодяй.

Делакорт поднял руку и легко, словно боясь оцарапать нежную кожу, провел длинными изящными пальцами по изгибу ее подбородка.

Эта ласка была короткой, но не слишком искренней. Хотя Делакорт сидел в тени, Сесилия смогла разглядеть в его глазах злые зеленые огоньки. Губы его были крепко сжаты, на скулах поигрывали желваки.

19
{"b":"13222","o":1}