ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Леди Киртон засмеялась.

— Ох, Сесилия! Ваш покойный муж пришел бы в ужас, услышав от вас подобные речи. Сесилия покачала головой.

— Я все такая же лояльная тори — просто пытаюсь найти компромисс.

— Милое мое дитя, — проворчал Лодервуд, — с вашими взглядами вы очень похожи на Джайлза, а не на политику-тори!

Сидевший напротив полковника лорд Ридж взмахнул ножом для фруктов.

— А это не одно и то же, моя дорогая!

— Может быть, — легко согласилась Сесилия. — Но мне кажется, Пиль неплохо поработал в качестве секретаря внутренних дел. Джайлз говорит, что скоро он заставит новый комитет парламента провести реформу полиции, и тогда ваши политики-тори обеспечат безопасность простых женщин Ист-Энда.

— Реформа! — недовольно буркнул лорд Ридж. — Я уже возненавидел это слово. А Джайлзу следует последить за своей лояльностью!

Джайлз, призывая к вниманию, поднял палец.

— Боюсь, наш оптимизм относительно деятельности мистера Пиля оказался преждевременным, Сесилия. Опять заволновалась ирландская оппозиция, и скоро он будет занят проблемой национальной и религиозной дискриминации.

— Да, и это еще один вопрос, на который мы не должны тратить время, — заметил лорд Ридж.

Слуги начали уносить со стола пустые тарелки. Лодервуд, подтянувшись, отсалютовал Риджу своим бокалом с вином и выпил его до дна, а Сесилия пожалела, что посадила рядом двух столь непримиримых оппозиционеров.

— Мне кажется, нам стоит бороться против дискриминации силами католической церкви, — смело заявила она. — Я считаю, что ирландцы страдают из-за несовершенства нашей политической системы. Добрая четверть подопечных нашей миссии — ирландки. Вы только посмотрите, что случилось с Мэри ОТэвин!

— Право же, Сесилия, — осторожно вмешалась леди Киртон, — я не думаю, что Мэри убили из-за ее ирландского происхождения.

— Конечно, нет. — Сесилия поставила свой бокал на стол. — Ее убили потому, что она была бедной ирландкой и выросла в Сент-Джайлзе.

Делакорт, резко отодвинув от стола свой стул, достал из жилетного кармашка массивные золотые часы.

— О! Уже так поздно! — воскликнул он, едва взглянув на циферблат. — Портвейн, джентльмены?

Когда гости допили кофе, Делакорт нарочно задержался, ожидая, когда все разойдутся. С каждой шляпой и тростью, которые дворецкий подавал гостям, волнение Сесилии нарастало. Почти в отчаянии она смотрела вслед уезжавшим каретам, пытаясь различить в темноте цвет ливреи, хотя кучера Делакорта еще не вызвали.

Прежде чем уйти, Дэвид хотел поговорить с Сесилией. Он полагал, что Джайлз останется, но тот, сославшись на какие-то дела в клубе, быстро удалился. Леди Киртон и полковник покинули дом последними. Бедняга Шоу чуть не падал под тяжестью многочисленных пальто.

— До свидания, дорогая, — тихо сказала леди Киртон, чмокнув Сесилию в щеку. — Постарайтесь не попасть в беду.

Сесилия усмехнулась.

— Вы же пригласили меня в пятницу на чай, Изабелла. Вряд ли я успею попасть в беду за такое короткое время!

— Да, кстати! — вспомнила леди Киртон, пока дворецкий помогал полковнику надеть пальто. — Вчера у меня была весьма необычная гостья…

— Кто именно? — заинтересовалась Сесилия.

— Представьте себе, Энн Роуленд, жена Эдмунда. Я с ней едва знакома и ума не могла приложить, зачем она ко мне пожаловала.

— Ничего удивительного! — фыркнул полковник Лодервуд. — Эта женщина неутомимо карабкается по ступенькам светской лестницы, оставляя свои визитные карточки везде, где только можно.

Леди Киртон бросила на него скептический взгляд.

— Не говорите глупостей, Джек, — ласково укорила она. — Если это и так, то с какой стати она пришла ко мне? Ведь я почти не бываю в свете.

— Вы с ней встречались раньше, Изабелла? — с интересом спросила Сесилия.

Леди Киртон кивнула, маленькие розовые перья на ее шляпке задорно качнулись.

— Конечно, и это-то как раз самое странное. Видите ли, ее муж хочет, чтобы она стала волонтершей.

— Где именно? — резко спросил полковник.

— В миссии «Дочери Назарета», где же еще? Она весьма заинтересована нашей деятельностью. Сесилия пожала плечами.

— Что ж, пускай. Лишний благотворительный ужин или музыкальный вечер нам не помешает.

— Ужин! — фыркнул Лодервуд. — Я сомневаюсь, что у них хватит средств прокормиться самим после столь щедрого пожертвования.

Но леди Киртон покачала головой.

— Нет, Сесилия, она хочет работать в миссии. Наставлять заблудших женщин. Но мне кажется, что такая особа, как она, не годится для подобного дела. Я пыталась ее отговорить, но тщетно. Муж заставляет ее играть роль этакой щедрой бессребреницы… — Леди Киртон внезапно осеклась. — Ох, кажется, я говорю нехорошие вещи!

Полковник Лодервуд помог леди Киртон надеть плащ.

— Вы говорите совершенно правильные вещи, моя дорогая, — сказал он, ласково похлопав ее по плечу. — Пойдемте, а то Шоу еще больше простудится на таком холоде. Уже моросит дождь со снегом.

— Я сейчас же велю Шоу лечь в постель, — уверенно заявила Сесилия, привстав на цыпочки и поцеловав Лодервуда в щеку. — Милый полковник, смотрите, не оступитесь — ступеньки скользкие.

— Не оступиться? — проворчал полковник, обернувшись к открытой двери. — Ценный совет, юная леди! Не забывайте о нем сами и знайте, что слепой человек иногда видит больше, чем вам кажется!

Наконец дверь затворилась. Сесилия хотела попросить Шоу, чтобы он вызвал Делакорту карету и подал ему пальто, но тот опередил ее.

— Могу я поговорить с тобой перед уходом, Сесилия? — тихо спросил он. Шоу деликатно удалился.

— Да, конечно. — Она любезно кивнула в сторону гостиной. Делакорт прошел туда следом за ней. Теперь, когда все разошлись, комната выглядела очень уютной.

Взгляд Делакорта быстро скользнул по стенам, изящно задрапированным синевато-серым шелком. На полу лежал толстый абиссинский ковер того же цвета с красно-коричневым узором. Высокий потолок был обшит панелями в тон стенам с белой лепниной в виде гирлянд и медальонов.

В окна, занавешенные до половины темно-синими бархатными шторами, светила луна. Делакорт представил, какой красивый вид открывается с верхних этажей. В камине уже догорал огонь, но в комнате было тепло от дюжины канделябров. Плюшевая мебель выглядела скорее удобной, чем модной. Камин окружали два кресла и диван, перед ними стоял изящный письменный стол.

Сесилия молча стояла у открытой двери, не приглашая Дэвида сесть. Похоже, она хотела, чтобы он поскорее убрался из ее дома.

Как назло, слова застряли у него в горле. Он рассеянно взял с резного письменного стола фарфоровую безделушку. У Сесилии было несколько таких предметов, но эта особенно притягивала взгляд — маленький кувшинчик в виде танцующей девушки, покрытый зеленой и красной эмалью. Делакорт нервно покрутил кувшинчик в руке.

— Симпатичная вещица, — наконец, сказал он.

— Это династия Мин, — объяснила она, переходя от двери к краю дивана. — Одна из моих любимых, подарок Джайлза на мой двадцать первый день рождения.

— У тебя много фарфора, — сказал он, машинально оглядывая комнату.

— Пожалуй, фарфор — это моя единственная слабость, — откликнулась Сесилия, шагнув чуть ближе.

— Все… очень красиво, — заметил Делакорт.

Помедлив с ответом, Сесилия подняла свои голубые глаза и посмотрела на него в упор. Ее тревога слегка улеглась. Может быть, та беда, которую они разделили сегодня днем, изменила их отношения?

— Вы любите восточный фарфор, милорд? Делакорт, с удивлением уловив в ее голосе насмешку, поставил кувшинчик на стол.

— Не очень, — признался он. Уголки ее губ немного приподнялись.

— Я так и думала. — Она указала на кресла, стоявшие по обеим сторонам от камина. — Присаживайтесь. И говорите, что вам нужно.

«Сказать ей, что мне на самом деле нужно? — подумал Делакорт. — Да ни за что на свете! Если бы я сам это знал…»

— Я хочу, чтобы мы сказали друг другу правду.

— Правду? — переспросила Сесилия, сев на краешек сиденья и гордо выпрямив спину. Делакорт расположился напротив.

33
{"b":"13222","o":1}