ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Исцеление от травмы. Авторская программа, которая вернет здоровье вашему организму
Рефлекс
Пляска фэйри. Сказки сумеречного мира
Бег
Искушение Тьюринга
Ж*па: инструкция по выходу
Динозавры. 150 000 000 лет господства на Земле
Акренор: Девятая крепость. Честь твоего врага. Право на поражение (сборник)
Око за око
Содержание  
A
A

— Вы прелестно выглядите, несмотря на пасмурный день! — сказал он, подходя к Зефиру и пытаясь взяться за уздечку.

Но норовистый конь испуганно дернул мордой и сердито фыркнул, забрызгав Эдмунда слюной. Тот встряхнул рукой и изящным жестом достал из кармана носовой платок тонкого льна.

— Ради Бога, извините! — вскричала Сесилия, пытаясь сохранить серьезное лицо, пока Эдмунд вытирал манжету пальто. — Боюсь, что от утреннего холода у Зефира начался насморк. К тому же он немного побаивается незнакомцев.

Роуленд натянуто улыбнулся и сунул платок в карман.

— Значит, мне необходимо подружиться и с лошадью, и с ее хозяйкой, — отозвался он. — Не желаете спешиться и прогуляться вдоль озера, дорогая?

Сесилия почувствовала себя неловко. Благодаря ее хитрости миссия получила очень щедрое пожертвование, и было бы невежливо ему отказать, поэтому она с его помощью спрыгнула с лошади, передав поводья Джеду.

Эдмунд ловко подхватил ее под локоток и повел к воде.

— Я часто слышал, что красавица леди Уолрафен ездит верхом лучше всех прочих лондонских наездниц, — заявил он, — но, только увидев вас собственными глазами, поверил в это. А каков конь!

Не многие мужчины справятся с таким мощным скакуном.

Сесилия слегка разрумянилась от удовольствия. Ее неприязнь к Эдмунду тут же была забыта.

— Спасибо, мистер Роуленд, — поблагодарила она, прекрасно зная, что верховая езда — это единственное, чем она могла похвастаться в свете. — Признаться, я больше всего на свете люблю кататься на лошадях.

Эдмунд нарочито удивленно поднял брови и крепче сжал ее локоть.

— Больше всего на свете? — тихо переспросил он. — Мне очень жаль, что вы предпочитаете столь необычное для молодой женщины времяпрепровождение…

Сесилия без труда поняла, к чему он клонит.

— Я веду довольно одинокую жизнь, мистер Роуленд. И она меня вполне устраивает.

— Моя дорогая, — ласково проговорил Эдмунд, — простите, если я вас ненароком обидел. Я хотел бы стать вашим другом.

— Моим другом? — с подозрением повторила Сесилия.

— Конечно. — Они подошли к парковой скамье. Она нехотя села. К ее облегчению, Роуленд сел на приличном расстоянии от нее. — Как восторженный поклонник вашей красоты, — продолжил он, — и близкий родственник — кузен Коула, — я рад возможности побеседовать с вами наедине… — Внезапно он умолк, и выражение его лица вдруг сделалось нерешительным.

— Я вас слушаю, — поощрила его Сесилия. Эдмунд недоверчиво улыбнулся и покачал головой.

— О нет, моя милая! — Он воздел глаза к небесам. — Меня следует высечь за такие низменные предположения. Давайте лучше поговорим о более насущных вещах. Скажите, вы пойдете в пятницу к леди Киртон на чай? Мы с Энн имели честь быть приглашенными. И на бал тоже. Очевидно, это дань благодарности за наш взнос в благородное дело миссии.

Сесилия оставила вопрос о приглашении без ответа.

— О каких низменных предположениях вы говорили? — осторожно спросила она.

Эдмунд пренебрежительно отмахнулся.

— Леди Уолрафен, добродетельная женщина не должна обращать внимание на разные намеки и слухи.

— И все же я настаиваю, мистер Роуленд. Эдмунд выглядел крайне удрученным.

— Ну, хорошо, — прошептал он, покосившись на Джеда, который стоял неподалеку. — Я уверен, что Коул просто в силу собственной беззаботности не подумал о том, как это выглядит со стороны… — Он опять замолчал и отвел глаза.

— Что именно выглядит со стороны? — продолжала допытываться Сесилия, с каждой минутой чувствуя себя все более неуютно.

Эдмунд посмотрел на нее.

— Ваша работа под началом этого подлеца Делакорта. И о чем только думал мой кузен? Все знают, что вы отказали этому человеку, и отказали за дело. В конце концов, вы были совершенно невинны, а он… в общем, он уже был отпетым негодяем. Кроме того, Делакорт — человек мстительный. Но теперь об этом уже пишут! Какой ужас!

Сесилии стало совсем плохо.

— Пишут?

Эдмунд казался искренне встревоженным.

— В книге записей пари, в «Бруксе». И ставят против вас, моя милочка. А предмет спора очень неблаговидный.

Было совершенно ясно, что имел в виду Эдмунд. Если бы Сесилия Маркем-Сэндс услышала такую новость шесть лет назад, ее тут же стошнило бы в траву. Но графиня Уолрафен скорее умрет, чем поддастся слабости. К тому же графиня еще не успела позавтракать.

Сесилия царственно расправила плечи.

— Мистер Роуленд, не сомневаюсь, что вы желаете мне добра, — серьезно сказала она, — но у нас с лордом Делакортом нет никаких разногласий. Я могу с полным правом заявить, что мы с ним… мы с ним теперь друзья. Если людям хочется думать, что в наших отношениях есть что-то большее, пусть думают. Но боюсь, что из-за этого им придется облегчить свои карманы.

Эдмунд нагнулся к ней и ласково положил руку на ее плечо.

— Признаться, милочка, вы сняли тяжкий груз с моей души. Сам не знаю почему — наверное, из-за преданности семье, — я опасаюсь, что мой дорогой кузен обвинит во всем меня, если в его отсутствие с вами что-то случится.

Сесилия выдавила слабую улыбку. Она никогда не думала, что Коул настолько близок с Эдмундом. По правде, говоря, это ее насторожило.

— Можете не беспокоиться. Вы выполнили свой семейный долг, — ответила она и сменила тему. — Скажите, пожалуйста… кто был тот высокий джентльмен, с которым вы разговаривали? Он показался мне знакомым.

Эдмунд нахмурился:

— Я сильно сомневаюсь, что вы можете быть знакомы с этим человеком.

Тут перед глазами Сесилии появилась инкрустированная серебром трость.

— Я вспомнила! Он был гостем на вашем званом вечере.

— Нет, моя милочка, вы ошибаетесь.

— Нет-нет, я совершенно уверена, что видела его у вас дома.

Эдмунд тихо засмеялся.

— Вы могли его видеть, но разве что в вестибюле. Он не был в числе гостей. Это мой брокер с Леденхолл-стрит. — Он сморщил нос. — К тому же он еврей. Таких людей на званые вечера не приглашают.

Его слова показались Сесилии довольно жестокими.

— Вот как? Это, должно быть, очень досадно — отвлекаться на дела посреди всеобщего веселья, — холодно произнесла она.

— Конечно, — ответил Эдмунд, не обратив особого внимания на ее тон. — Но мне надо было срочно подписать кое-какие бумаги. Кстати, надеюсь, Уолрафен оставил ваши дела в полном порядке? Мне не хотелось бы совать свой нос в чужие проблемы, дорогая, но я неплохо подкован в вопросах бизнеса. Если у вас возникнут трудности, смело обращайтесь ко мне.

— Спасибо, но обычно мне помогает Джайлз. Он огорчается, что я с ним редко советуюсь. — У Сесилии не было желания обсуждать эти вопросы, тем более с Роулендом. Впрочем, и с Джайлзом тоже. Она исправно, в рамках закона вела свои дела и не нуждалась в лишних советчиках.

С башни Сент-Джеймсского дворца донесся бой часов.

— О Боже! — воскликнула Сесилия, мигом вскочив со скамейки и радуясь возможности наконец завершить разговор. — Уже час дня? Как быстро летит время! Мистер Роуленд, к сожалению, я должна вас покинуть.

Эдмунд встал, собираясь подсадить ее на лошадь, но Джед поспешно вышел вперед и сделал это сам. Они поскакали по Парк-лейн в направлении дома. Немного отъехав, Сесилия обернулась. Роуленд шагал к поджидавшему его на дороге ландо.

Лорд Делакорт и инспектор де Рохан провели безрезультатно еще один час на берегу Темзы, разговаривая с мистером Праттом и Нелли, служанкой таверны. Потом де Рохан и Дэвид в сопровождении Люцифера (эта мрачного вида собака получила свою кличку явно недаром) бродили по улицам, стуча в двери каждого магазинчика и каждого трактира в пределах пятиста ярдов от «Проспекта». Скрытные обитатели Ист-Энда в ответ на вопросы инспектора боязливо отмалчивались.

Впрочем, Дэвид понимал, что им действительно нечего сказать. Наивно было надеяться, что кто-то из них видел, как двое бандитов приметной внешности тащили из наемного экипажа номер такой-то мертвую женщину в красном платье.

Как еще вчера предположил де Рохан, убийца мог спокойно привезти труп на лодке откуда угодно — к югу от Уайтчепел-роуд почти каждый умеет вязать морские узлы. Вспомнив все эти обстоятельства, Делакорт в очередной раз с уважением взглянул на инспектора. С каждой минутой он все больше восхищался его упорством и сообразительностью.

43
{"b":"13222","o":1}