ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Дэвид не знал, что делать — смеяться или сердиться. В глубине души он был тронут: она волнуется за него! И даже невольно дала понять инспектору, что Дэвид знает, где находится ее спальня. Де Рохан, смущенно кашлянув, отвернулся к окну.

— Ладно, я подъеду к тебе до четырех, — заверил ее Дэвид.

— А вдруг…

— Я подъеду, — твердо повторил он. После долгой паузы Сесилия кивнула.

— Хорошо.

— О, мэм, как быстро вы вернулись! — воскликнула Этта, когда Сесилия вошла к себе в спальню. — Стоило ли наряжаться ради пары часов?

Сесилия устало стянула перчатки. Служанка сняла с нее плащ.

— Я рассердила лорда Делакорта, — проворчала она, швырнув перчатки на кровать, — и он поторопил меня с отъездом.

Этта изумленно округлила глаза.

— Что опять случилось? Мне кажется, вы нарочно мучаете этого человека!

Щеки Сесилии вспыхнули.

— Я позволила Бентаму Ратлиджу немножко поухаживать за мной.

— Ратлиджу? — переспросила Этта, складывая плащ. — Тому самому парню, которого вы видели у мамаши Дербин? И которого его светлость считает опасным?

Досадливо поморщившись, Сесилия кивнула. Пожалуй, не надо было посвящать горничную в события последних дней.

— Послушай, Этта, мистер Ратлидж— очень милый молодой человек. Только немного грустный. Я уверена, что он не имеет никакого отношения к убийствам. Осталось только убедить в этом Делакорта, пока они не подрались на дуэли. Этта недоуменно подняла брови.

— Простите, мэм, но откуда вам знать, кто есть кто? Ведь вы так неопытны! Это дело лорда Делакорта.

Сесилия опустилась в кресло перед туалетным столиком и сжала руки в кулаки, спрятав их складках платья.

— Ох, Этта, не надо меня учить! — простонала она. — Мне еще предстоит выслушать обвинения Делакорта. Я точно знаю, что мистер Ратлидж невиновен.

— Невиновен? — фыркнула Этта и принялась вынимать шпильки из волос своей госпожи. Сесилия энергично тряхнула головой.

— Ну, может быть, совсем чуть-чуть…

— Не крутитесь, мэм, — приказала Этта, зажав шпильки в зубах, — а не то я ненароком выколю вам глаз! Сесилия замерла.

— Я хочу сказать, — объяснила она, когда ее длинные непослушные волосы рассыпались по плечам, — что Ратлидж неисправимый волокита. Кроме того, у него взрывной характер. Но это лишь маска, за которой скрывается что-то другое. Делакорт пошел не по тому следу. Я никогда себе не прощу, если с ним случится беда!

Этта бросила горсть шпилек на туалетный столик и рассмеялась.

— Не волнуйтесь за Делакорта, мэм. Он знает, что делает, уж вы мне поверьте!

Взглянув на отражение горничной в зеркале, Сесилия прищурилась.

— Ты так думаешь? А знаешь ли ты, что в эту самую минуту он вместе с полицейским де Роханом вскрывает замок в подвале дома мамаши Дербин?

Этта помолчала, задумчиво водя расческой по волосам Сесилии.

— Да, — нехотя призналась она, — это рискованно. Сесилия нахмурилась.

— Еще бы! В последние дни Делакорт только и делает, что рискует! Если он останется цел после сегодняшней ночной вылазки, то устроит дуэль с Ратлиджем. Я должна этому помешать.

— Вот как? — Движения горничной сделались медленнее. — И что же вы намерены делать? Сесилия задумалась.

— Я поговорю с мистером Ратлиджем наедине. Он и Дэвид терпеть не могут друг друга, но я сумею вывести его на чистую воду.

Рука Этты застыла в воздухе.

— Ох, миледи… мне это совсем не нравится!

Отправив Сесилию домой, Дэвид и де Рохан быстро переобулись в сапоги, надели темные брюки и вместе с Кемблом сели в карету. Их путь лежал в восточную часть Лондона, на Блэк-Хорс-лейн. В прошлый раз, когда Дэвид приезжал сюда с Сесилией, в этом районе было относительно тихо. Сейчас же, к его удивлению, здесь гудела толпа, состоявшая в основном из людей низкого происхождения и откровенных отбросов общества.

— Рабочие идут в трактиры за зарплатой, — объяснил де Рохан, заметив его беспокойство.

— За зарплатой? — переспросил Дэвид. — В пивные?

— Обычное дело, милорд, — вмешался Кембл. Де Рохан фыркнул.

— Считается, что так удобнее для начальства. Кембл невесело усмехнулся.

— Скорее, для кабатчиков. И совсем неудобно для женщин и детей: их мужья и отцы за одну ночь пропивают все заработанные деньги.

Дэвид промолчал. Вскоре его кучер остановился, как ему было ведено, в некотором отдалении. Все трое вышли из кареты. Дэвид взял у Кейла не зажженный фонарь.

— Ступайте за мной, — сказал де Рохан, кивнув в сторону темного переулка. — Эта дорога параллельна главной улице и выводит к задней стене борделя.

Они быстро зашагали мимо освещенных луной извилистых улочек: де Рохан — первым, Кембл — замыкающим. Тишину нарушали лишь заунывный вой собаки и странный ритмичный перестук.

— Черт возьми, что это гремит? — тихо спросил Дэвид, оглянувшись через плечо.

— Инструменты, — отозвался Кембл.

— Судя по звуку, инвентарь взломщика, — мрачно добавил де Рохан.

— Разве для этой работы требуются какие-то особые инструменты? — удивился Дэвид. — Я думал, воры орудуют шпильками для волос и молотками.

Де Рохан застонал.

— Странно, что, имея таких многоопытных слуг, вы так плохо осведомлены в подобных вопросах, милорд.

Дэвид не знал, что на это ответить. Все-таки удивительный тип этот Кембл. Интересно, где Рэнно его откопал? Дэвид готов был поспорить, что Кембл не всегда работал камердинером.

Через пять минут они оказались в другом конце переулка, тянувшегося за борделем мамаши Дербин и табачной лавкой. Де Рохан остановился и указал в темноту.

— Лестничный колодец вон там, — прошептал он. — Я встану на караул.

— Ну что ж, посмотрим, — сказал Кембл не без удовольствия.

Ни разу не оступившись, камердинер спустился в черную дыру колодца. Дэвид слышал, как он быстро перебирает инструменты в поисках нужного.

— И ты боялся ходить по Сент-Джайлзу, покупать мне фарфор? — прошептал Дэвид.

Сосредоточившись на предстоящем, Кембл не обратил внимания на язвительный вопрос своего господина.

— Три замка, — деловито сказал он. Дэвид только диву давался: куда подевался его придирчивый изнеженный камердинер? — И все одинаковые.

Еще раз, звякнув инструментами, Кембл принялся за дело.

Вместо обычного щегольского костюма на нем были черные брюки и такого же цвета старый сюртук из грубой ворсистой шерсти. Стоя в колодце, он почти сливался с темнотой. Дэвид с трудом разглядел, как камердинер опустился на колени и принялся рыться в черной сумочке. Бесшумно достав два или три серебряных предмета, он зажег огарок свечи, поводил ею вверх-вниз по двери, задул и взялся за первый замок.

Вскоре раздался тихий щелчок. Следующие два замка открылись так же просто.

В считанные секунды Дэвид спустился вниз, в затхлый смрад мочи и сырого грунта. Он осторожно толкнул дверь, и она со скрипом отворилась. Внутри было темно, но запах, присущий подвальному помещению, отсутствовал.

Осторожно прошмыгнув мимо Кембла, Дэвид шагнул за порог и прислушался. Сверху доносились тихое бренчание расстроенного пианино и шаги гостей мамаши Дербин.

Присев на корточки, он зажег фонарь. Если кого-то поймают, то лучше его одного — ему не хотелось, чтобы из-за этой его затеи пострадали другие. Фитиль вспыхнул, озарив желтым светом комнату с низким потолком и без окон. Подняв фонарь повыше, Дэвид пошел вперед. Никого!

Он облегченно вздохнул и оглянулся на Кембла и де Рохана.

— Вы можете остаться там, — сказал Дэвид, но оба они уже входили в подвал.

Де Рохан закрыл дверь и начал рыскать по комнате, словно тигр в поисках добычи. Его сапоги тихо ступали по гладкому земляному полу. У задней стены стояли два деревянных стола и высокий шкаф. При виде шкафа глаза инспектора загорелись. Он быстро распахнул дверцы, свободно ходившие на смазанных петлях, но внутри было пусто.

Дэвид указал налево. Там виднелась узкая деревянная лесенка, ведущая вниз, к маленькой, грубо сколоченной дощатой двери, запертой на щеколду.

61
{"b":"13222","o":1}