ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Дэвид положил руку ей на плечо.

— Сесилия, ради Бога, объясни. Но она даже не взглянула на него. Ее глаза не отрывались от Ратлиджа.

— Вы отец ребенка Мэри? — тихо спросила она. — И хотели найти ее?

Услышав это, тот лишился последних сил. Прислонив затылок к стволу дерева, он скомкал в кулаке окровавленный платок.

— Не понимаю, — проговорил он, зажмурившись, — как женщина могла оставить свое дитя умирать в приюте? — Он задохнулся от подступившего к горлу рыдания. — Почему она ничего мне не сказала?

— Вы и в самом деле не знали? — прошептала Сесилия.

Ратлидж покачал головой.

— Конечно, нет! А когда узнал, было уже поздно.

Дэвид постепенно начинал понимать, о чем они говорят.

Ратлидж почти заискивающе смотрел на Сесилию, как будто ждал от нее участия. Или прощения.

— Я попал в глупое положение, — признался он. — Но я послал Мэри деньги с надежным курьером, их должно было хватить надолго. Потом я уехал из Лондона. Мэри ни словом не обмолвилась о ребенка. Если бы я знал, то взял бы ее с собой или отправил к своим родителям!

Дэвид удивленно переводил взгляд с одного на другую.

— Значит, все это время… — он осекся, — все это время вы искали Мэри ОТэвин?

— Сначала искал, — признался Ратлидж, — а потом узнал, что ее убили, а ребенок умер… Дэвид судорожно сглотнул.

— И тогда вы пришли на Блэк-Хорс-лейн, чтобы выяснить подробности у мамаши Дербин, — подсказал он.

— Я пришел к ней, чтобы ее задушить, — поправил его Ратлидж, поднимаясь с земли. — Это из-за нее умерла Мэри.

— И что она вам сказала? — мягко спросила Сесилия.

Ратлидж печально покачал головой.

— Уверяла, что ничего не знает. По ее словам, когда Мэри вернулась в бордель из той квартиры, которую я снимал для нее, она не была беременна и за душой у нее не было ни пенса. Мол, она оказала девушке любезность, взяв ее обратно.

Дэвид пребывал в полном замешательстве.

— А почему же вы… почему вы не сказали мне, что Робин проиграл вам такую сумму?

— Может быть, меня остановила честь джентльмена, — язвительно изрек Ратлидж. — Или, если хотите, я решил проверить, за кого вы меня принимаете.

«Он прав, — подумал Дэвид. — Долги — это дело чести джентльмена».

— Я должен извиниться перед вами, мистер Ратлидж, — сказал он, тщательно подбирая слова. — Вы проявили удивительное терпение и снисхождение к моему юному другу. Лорд Роберт непременно заплатит вам долг.

— Да не нужны мне эти проклятые деньги!

— Тогда пожертвуйте их детскому приюту Мидлсекса, — предложил Дэвид. — Если это вас хоть немного утешит, Мэри ОТэвин вряд ли знала о своей беременности, когда вы уезжали из Англии. А что касается денег, которые вы ей дали, то один Бог знает, куда они подевались. Могло случиться все, что угодно, — ограбление, несчастный случай.

Но Ратлидж его не слушал. Он стоял в одних носках, привалившись к вязу и скрестив руки на груди. Бледность лица юноши являла разительный контраст с яркой кровью, залившей его рубашку.

Близился вечер, и налетевший холодный ветер трепал его черные волосы. Дэвид медленно нагнулся, поднял мечи и небрежно бросил их в футляр. Его смущал бесстрастный взгляд Ратлиджа, и он не испытывал гордости за то, что здесь только что произошло. Но как было поступить иначе? А может, ему попросту не хватает интуиции и душевной чуткости? Дэвиду очень хотелось думать, что это не так.

Но одну вещь он все-таки сумел понять: почему меткий стрелок Ратлидж выбрал вместо пистолетов мечи? Во-первых, он не хотел убивать, а во-вторых, при всей своей браваде был неравнодушен к тому, какого мнения о нем окружающие.

Дэвид взглянул на Сесилию, которая протягивала руки ему и Ратлиджу. Все его горькие мысли были разом забыты.

— Пойдемте, мистер Ратлидж, — ласково сказала она юноше, понимая, что его душевная рана была гораздо глубже того пореза, который оставил меч Дэвида.

Тот медленно поднял голову.

— Пойдемте в дом, — повторила Сесилия, — нужно перевязать ваше плечо.

Глава 18

В которой леди Уолрафен приходится платить по счетам

— Куда мы едем? — наконец спросила Сесилия, придерживая шляпку.

Дэвид не ответил. Его галстук развевался на ветру, но он, не обращая на это внимания, подстегнул своих вороных, обдав конюха пылью. Покидая «Роузлендс», он велел Джеду отвести лошадь Сесилии в Парк-Кресент.

Фаэтон стремительно летел по сельской местности. Дэвид сидел молча, сосредоточенно сдвинув брови. Сесилия боялась тревожить его разговорами.

Когда карета повернула на лондонскую дорогу, Сесилия поняла, почему ей не хотелось нарушать молчание — она знала, что Дэвид тут же накинется на нее с обвинениями.

И будет совершенно прав. Конечно, она поступила глупо, приехав к Ратлиджу. Ее безрассудство чуть не стоило жизни одному из них.

Между тем они миновали оба поворота на Риджент-парк.

— Куда мы едем? — опять спросила она, на этот раз более настойчиво. Было ясно, что он не намерен отвезти ее домой.

Дэвид, наконец, обернулся. В тусклом вечернем свете она увидела, как бледно и напряженно его лицо.

— На Керзон-стрит, — кратко ответил он. Казалось, ее вопрос удивил его.

Карета свернула на Оксфорд-стрит. Сесилию швырнуло на Дэвида. Он взялся за поводья одной рукой, а другой по-хозяйски обнял ее за плечи на виду у стоявших вдоль улиц торговцев.

Сесилия крепче ухватила шляпку. «Вот и хорошо, — подумала она. — Сейчас мы наконец выясним отношения — раз и навсегда».

Сесилия прекрасно помнила, как Дэвид грозился жениться на ней. Он полагал, что она ни за что не согласится связать себя с ним узами брака, но это была его ошибка. Как раз о замужестве она и мечтала, хотя всего несколько недель назад подобные мысли показались бы ей безумием.

Придя к такому выводу, Сесилия тихонько усмехнулась. Она всегда считала, что Дэвид не создан для семейной жизни, но теперь ее мнение о нем радикально изменилось, несмотря на то что между ними осталось много недосказанного.

Через несколько минут они подъехали к крыльцу его дома. Отдав поводья, как всегда, невозмутимому слуге, Дэвид торопливо провел ее по комнатам к себе в спальню.

Быстро заперев дверь, он привалился спиной к деревянной панели, как будто боялся вторжения посторонних, и пристально посмотрел на Сесилию.

— Клянусь Богом, — тихо проговорил он, — ты мне за это заплатишь.

— З-за что?

Его лицо внезапно смягчилось.

— Не знаю… — прошептал он, зажмурившись. — За все, что ты со мной сделала.

Сесилия покачала головой.

— Дэвид, я не хотела…

Он резко взмахнул рукой, заставляя ее замолчать.

— Послушай, Сесилия, — хрипло проговорил он, — ты меня доконаешь! Я больше не могу терпеть этот страх, эту ярость… Еще немного — и я взорвусь!

Она растерянно смотрела на него. Что его так гнетет? И зачем он пытается подавить свои истинные чувства?

Подняв руку, Сесилия нежно погладила Дэвида по щеке, задев пальцами уголок его губ.

Он стоял с закрытыми глазами, ноздри его трепетали. Вдруг, словно очнувшись, он повернул голову, и губы его приникли к ее ладони.

Ощущая прикосновение легких теплых пальцев Сесилии, Дэвид испытывал сразу и горечь, и гнев, и желание. Его бросало то в жар, то в холод. И если бы чувства были цветными, то душа его походила бы на калейдоскоп.

Пытаясь отвлечься, Дэвид вспомнил, как подарил Сесилии ящик фарфора, а потом, внимательно всматриваясь в ее лицо, пытался понять, что именно она хочет от него услышать. Тогда он тщательно подбирал слова, стараясь не разгневать ее, но тем самым делал хуже им обоим — они порядком запутались в своих отношениях.

Только теперь он понял, что Сесилия не из тех женщин, которые берут и требуют. Много лет назад, оскорбленный ее отказом, он из гордости не открыл ей своего сердца. Может быть, пора, наконец, это сделать?

Его молчание напугало Сесилию.

— Прости меня, Дэвид, — тихо сказала она, сама не зная, за что просит прощения.

67
{"b":"13222","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Дневник слабака. Предпраздничная лихорадка
Мерзкие дела на Норт-Гансон-стрит
Тринадцатая сказка
Киберспорт
Маленькая страна
Принца нет, я за него!
Viva la vagina. Хватит замалчивать скрытые возможности органа, который не принято называть
Эмоциональный интеллект. Почему он может значить больше, чем IQ
Вместе навсегда