ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Но и сейчас Куин теряет время, думая о Вивиане. Впереди показался первый фермерский дом. Куин увидел дородную крепкую женщину, которая стояла возле аккуратного забора, развешивая на нем свежевыстиранное белье. Милая старая миссис Чандлер. Куин помахал ей рукой. Лицо женщины осветила широкая улыбка.

У Куина потеплело на сердце: еще есть на свете кто-то, кто рад его видеть.

Может быть, не так уж плохо заниматься арендаторами. Куин окинул взглядом большой опрятный дом, позади которого располагались скотный двор и другие постройки. Старый амбар, казалось, немного обвалился.

Миссис Чандлер повесила последнюю вещь и поспешила к воротам:

– Вот и молодой мистер Куин. Давно уж в деревне, и все нет времени зайти ко мне?

Куин смущенно улыбнулся и пожал протянутую мозолистую руку.

– Миссис Чандлер! Надеюсь, вы здоровы?

– Да, можно сказать, здорова, – ответила женщина. – А вот Филип сидит дома, растянул лодыжку и злится. Не зайдете ли посидеть с ним немножко?

– Обязательно, – ответил Куин.

Миссис Чандлер открыла ворота и жестом пригласила его войти.

– Похоже, каменная стена вашего амбара заваливается внутрь в южном углу, – заметил Куин, шагая с миссис Чандлер по дорожке.

– Ах да, амбар в печальном состоянии, – согласилась женщина, искоса взглянув на него. – Вы не собираетесь починить его в этом году?

Куин остановился и внимательно посмотрел на нее:

– Да. А разве у нас есть выбор? Миссис Чандлер ответила с кислой улыбкой:

– Да, это хорошо, но вы можете, осмелюсь сказать, отложить ремонт до следующего года. Филип пытался починить амбар еще два года назад... а в том году мы из-за дождей потеряли большую часть урожая. Ведь никому не нужно заплесневелое зерно, правда?

Куин был удивлен. Он всегда считал отца сторонником усовершенствований. Почему допустили, что амбар Чандлера рушится? Определенно дело было не в деньгах, имение приносило огромный доход.

Куин вспомнил длинный список всего того, что требует ремонта, который Херндон подсунул ему, едва он приехал в имение. Вероятно, пора внимательно прочитать его. Неожиданно нужды имения и арендаторов перестали раздражать Куина, а превратились для него в реальные заботы. Он положил руку на плечо миссис Чандлер:

– Завтра я привезу сюда Херндона.

Миссис Чандлер просияла и распахнула дверь в дом.

Покидая после ленча Арлингтон-Парк, Вивиана находилась в состоянии крайнего нервного возбуждения. На этот раз она приезжала к парадной двери величественного дома Уинвудов в сопровождении любимого грума лорда Чесли. Поблагодарив леди Элис за прием, Вивиана села на лошадь и, развернув ее, обратилась к груму:

– Спасибо. Теперь можешь возвращаться в конюшню. Я хочу отправиться далеко отсюда, побыть на свежем воздухе.

Грум нахмурился:

– Вы уверены, миледи? Мне велели вас подождать.

– Так ты и подождал, – сказала, обернувшись, Вивиана, уже направлявшаяся к конной тропе. – Но я буду чувствовать себя виноватой, если задержу тебя и помешаю исполнять свои обязанности.

Бросив на Вивиану недовольный взгляд, грум тронул поводья и проехал мимо нее. Вивиана проводила его взглядом и облегченно вздохнула. Впервые за все утро, с тех пор как они выехали из дома, она почувствовала, что может свободно дышать. Словно внутри у нее была часовая пружина и кто-то воткнул ключ в ее голову и закрутил эту пружину так туго, что она могла в любую минуту лопнуть. Вивиана хотела как можно быстрее умчаться подальше от Арлингтона... и от Хилл-Корта тоже.

Ленч, казалось, длился бесконечно. Леди Уинвуд держалась чопорно и подчеркнуто вежливо, страдальческое выражение не сходило с ее лица. Вивиана отвечала ей холодной вежливостью, пока не поняла, как отчаянно леди Элис пытается создать у слуг иллюзию полного согласия между ними. Вивиана заставила себя теплее относиться к матери Куина. Сама же леди не последовала ее примеру. Или, возможно, это было ее обычное поведение. Этих англичан никогда не поймешь.

В любом случае сейчас Вивиане не хотелось возвращаться и сидеть в четырех стенах. Бешеная скачка – вот что ей нужно сейчас. В Хилл-Корте она никому не нужна. У детей сегодня были уроки. Лорд Чесли занят со своим управляющим. А папа, ну, он-то обитал где-то совсем в другом мире: мире музыки, единственном месте, где он чувствовал себя по-настоящему счастливым. У Вивианы не было желания беспокоить отца. Она слишком хорошо помнила, как он был несчастлив, когда в течение полутора лет у него совсем не было работы, которой он был лишен из-за ее упрямства и жестокости Джианпьеро.

Вивиана медленно двигалась по следам грума, уже исчезнувшего за деревьями. Через четверть мили она доехала до тропы, поворачивавшей на север. Это была тропа, как предупреждал Чесли, по которой никто не ездил. По ней можно было добраться до деревни. Вот и прекрасно. Побыть вдалеке от людей – этого сейчас и желала Вивиана.

Тропа почти сразу же сузилась. Ветви низко нависали над дорогой, деревья стояли по краям, создавая впечатление замкнутого пространства, убежища от бренного мира. Вдыхая полной грудью холодный воздух, Вивиана пустила лошадь быстрым шагом и въехала в темную глубину леса. Воздух был неподвижен, тишину нарушал только приглушенный топот лошадиных копыт, и Вивиана не думала ни о чем, поддавшись плавным движениям лошади.

Однако вскоре лес выпустил ее из своих объятий. К этому времени настроение Вивианы улучшилось, она почувствовала ласковое прикосновение солнечных лучей к лицу и, посмотрев вверх, заметила, что деревья поредели. Тропа повернула и через несколько футов перешла в узкую проселочную дорогу, ведущую к ферме. Конь, которому надоело плестись шагом, вырвался навстречу зимнему солнцу и, подняв голову, нетерпеливо фыркнул.

Прищурив глаза от неожиданно яркого солнечного света, Вивиана посмотрела на извилистую дорогу. По обе стороны от нее протянулись пастбища с разбросанными кое-где рощицами. Далеко впереди виднелась обветшалая крыша старого амбара или коровника.

Конь Вивианы снова вскинул голову. Дорога была совершенно пустой, и Вивиана, натянув поводья, слегка тронула его хлыстом.

Конь взвился и помчался вперед бешеным галопом. Вивиана понимала, что безрассудно давать такую волю коню, но благоразумие, казалось, оставило ее. Бешеная скачка давала ощущение свободы, а порывы холодного ветра освежали голову.

Вивиана низко пригнулась к холке коня и снова хлестнула его. Они мчались вперед, пролетая над буграми. Казалось, конь едва касается копытами земли. Вивиана почувствовала, как ветром унесло ее кашемировый шарф. Шляпа порывалась слететь с головы, но булавка крепко держала ее. Резко запахло лошадиным потом.

Они приближались к старому коровнику, а за ним был поворот. Вивиана решила не рисковать и стала придерживать коня. Он, повинуясь ей, начал замедлять бег. В этот момент Вивиана заметила, что слева от нее что-то промелькнуло.

Это походило на удар молнии. Она резко отклонилась вправо, конь испуганно бросился в сторону, чуть не выкинув ее из седла. Но Вивиана была опытной наездницей. Она удержалась и подобрала поводья. Подняв облако пыли, конь остановился и поднял голову. Он весь дрожал от напряжения, раздувая ноздри.

Погладив животное по шее, Вивиана вернула его на дорогу и не спеша поехала назад посмотреть, что за дьявол напугал его. И сразу же пожалела об этом.

Лорд Уинвуд стоял у ветхого строения, небрежно прислонившись к стене и упираясь сапогом в каменный фундамент. Он был одет по-деревенски: в облегающие бежевые бриджи, темно-коричневый сюртук и такого же цвета, только немного темнее, сапоги для верховой езды. Вивиана заметила рубец на его щеке, хотя сейчас он казался всего лишь царапиной. Позади амбара большой черный конь лениво пощипывал бледную траву.

В руке Уинвуд держал желтое яблоко, половину которого он успел съесть. Он жевал его и пристально смотрел на Вивиану.

– Ну, Вивиана, вот уж не ожидал встретить тебя здесь, – сухо проговорил Куин, прожевав яблоко.

22
{"b":"13223","o":1}