ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

– Чего бы тебе это ни стоило, – закончила фразу Вивиана. – И это дорого обошлось нам обоим, Куинтин. Я была доброй католичкой, но не рассчитала, каким ужасным искушением окажешься ты. Как долго длилось мое сопротивление? Два месяца?

– Но ты никогда ничего не говорила, – попытался защититься Куин. – Ты, казалось, хотела меня так же, как и я хотел тебя.

– Часто хочется того, чего тебе нельзя, – тихо проговорила Вивиана. – Ты был красив, саго mio. Этакий дьявол с ангельскими крыльями.

Тогда Куин верил, что ее холодность была игрой. Он верил, что Вивиана нарочно дразнит и мучает его. Разве не так? Вивиана со своей роскошной фигурой и южной красотой казалась намного старше его. Такой опытной и искушенной. Куин предполагал, что она знала то, чего не знал он. Как надо любить, а не просто заниматься сексом.

Боже, каким непостижимым все это казалось ему теперь! Неужели они были такими молодыми и зелеными? Он так мучился. Желание владеть Вивианой доводило его до отчаяния. И потом, он думал, не смеялась ли она над ним, над его неумением ждать. Да, он овладел ею там, на протертом до дыр кожаном диване в жалкой гримерной. Она не успела даже снять костюм и этот нелепый парик.

Куин наклонил голову и ущипнул себя за переносицу, чтобы боль привела его немного в чувство.

– Прости меня, Вивиана, – тихо проговорил он. – Я был всего лишь мальчишкой, только что приехавшим из деревни. Понимаю, это не оправдание, но...

– Non importa, – спокойно произнесла Вивиана. – Это просто вода, которая уже утекла, si?

Куин рассмеялся резким смехом:

– Да, моя дорогая, это вода, которая уже утекла. Некоторое время они постояли молча, касаясь друг друга руками, Куин невидящим взглядом смотрел в окно, затем прерывисто вздохнул и выпрямился.

– Прости меня, Вивиана, за то, что все так получилось. Прости за ошибки, которые я совершил. Но это были ошибки молодости и неопытности, если это имеет значение.

– Я тоже ошибалась, – призналась Вивиана.

– Нам только надо решить, тебе и мне, что мы скажем людям, когда они будут совать нос в наши дела – как имеет обыкновение делать моя сестра. Так... так скажи мне, что ты хочешь, чтобы я сказал, Виви, и я это скажу.

– Я пришла сюда не потому, что хочу поставить тебя в неловкое положение, Куинтин, – сказала Вивиана. – Ты всегда был волен отрицать все.

Куин пристально посмотрел на нее:

– Я никогда не думал, Вивиана, что ты хочешь поставить меня в неловкое положение. Ты почтенная вдова. У тебя трое детей. И ты можешь потерять больше, чем я.

Куин говорил правду. Да и что ему было терять? Эсме уже оставила его. Да и он, сказать по правде, редко вспоминал ее. В Лондоне у него репутация чернее черного и, вероятно, станет еще хуже. Он помнил те ужасные дни, последовавшие за возвращением Вивианы, которые он провел как будто во сне. Он даже думал, не потерял ли рассудок.

За годы разлуки, насколько ему было известно, Вивианы не коснулась и тень скандала. Зачем ей терять свою респектабельность? Она не желала мести. Она даже не хотела его. Ему следовало помнить, что это она уехала, и не без причины.

Ее брак с Бергонци заставлял Куина страдать, но эту боль лучше всего прятать в глубине души.

Куин попытался улыбнуться, но у него это плохо получилось.

– Мы будем придерживаться истории, которую рассказали тете Шарлотте, – предложил он. – Мы встречались раз или два, и я пытался ухаживать за тобой. Ты отвергла меня, и этим все закончилось.

Лицо Вивианы оставалось непроницаемым.

– Этого будет достаточно, – заверил Куин. – Никто не сможет опровергнуть нас, кроме Люси Уотсон, а ей можно доверять.

Наконец Вивиана кивнула.

– Si, этого будет достаточно, – повторила она. – Grazie, Куинтин. Я поеду. До дома Чесли далеко.

Куин отступил в сторону и наклонил голову:

– Да, конечно.

Вивиана повернулась, намереваясь уйти, и длинный шлейф амазонки скользнул через порог кухни. Но в последнюю минуту она обернулась и посмотрела на Куина полными печали глазами.

– Я часто думала, Куинтин, – тихо сказала она. – После того, как я уехала, ты... скучал обо мне? Хотя бы немного? Или я была для тебя просто еще одной шлюхой?

Куин двумя шагами пересек маленькую комнату и схватил Вивиану за руку.

– Не говори так, Виви, – с болью в голосе произнес он. – Никогда не повторяй этого слова.

Вивиана встрепенулась, будто очнулась от сна.

– Распутница – так ты называл меня, – прошептала она. – Разве это не значит шлюха?

Куин склонился и поцеловал ей руку.

– Прости меня, Вивиана, – только и смог сказать он. – Я действительно сказал это, но я был несправедлив к тебе и рассержен. Ты никогда не была для меня такой.

– Почему? – с грустью в голосе спросила Вивиана. – Почему, Куинтин, ты так сердился?

Куину вдруг захотелось все рассказать ей. Снять с души тяжесть этой страшной правды.

– Потому, Вивиана, что когда ты покинула меня, я страдал. Очень страдал.

– Как это было? Как? Мне надо знать. Мне необходимо знать, что эта часть моей жизни была прожита не напрасно. Что она что-то значила. Для кого-то.

Куин выпустил ее руку и горько усмехнулся:

– Вероятно, она была потрачена зря, Виви. Но она что-то значила для меня, если тебе это поможет. Я никогда не думал, что достоин тебя. И когда ты уехала, казалось, что кто-то вырвал из меня мою душу.

Вивиана хотела что-то сказать, но Куин приложил палец к ее губам:

– Ты никогда не была шлюхой, Виви. Не была распутницей. Для меня ты была светом и всей моей жизнью.

Вивиана мягко отвела руку Куина.

– О, Куинтин, не лучше было бы для нас обоих, если бы мы никогда не встретились? – спросила она дрогнувшим голосом. – Наша жизнь была бы проще, а наши сердца меньше страдали.

Куин покачал головой:

– Нельзя оглядываться назад, Виви.

– Я знаю, – прошептала она и, протянув руку, коснулась ею лица Куина. – Я не оглядываюсь назад. Я не могу этого себе позволить. Мне слишком тяжело сомневаться в выборе, который я сделала. Но сегодня я... я просто не знаю.

Куин закрыл глаза и прижался лицом к ладони, затянутой в перчатку. Под мягкой кожей он чувствовал успокаивающее тепло.

– Твое прикосновение как сон, – прошептал Куин. – Сколько раз я просыпался, чувствуя это прикосновение, и понимал, что... это был сон.

– Куин, я... – Вивиана умолкла и покачала головой. – Я никогда не хотела причинить тебе боль. Я даже не знала, что сделала это. Прости меня. Я сожалею, что мы не смогли расстаться друзьями.

– Тогда это было невозможно, Вивиана. – Куин положил руки Вивиане на плечи. Ему очень хотелось обнять ее. – Слишком сложными были мои чувства, которые я испытывал к тебе.

– А теперь слишком поздно? – спросила Вивиана. – О, Куин, я не хочу, чтобы все так и оставалось. Я не хочу умереть старой и ожесточившейся. Я хочу вспоминать свою первую любовь с радостью, а не с сожалением. Неужели не найдется капли симпатии или дружелюбия, которую мы могли бы сохранить после всего, что натворили?

Куин почувствовал, как снова что-то шевельнулось в его сердце. То, что он чувствовал к Вивиане, не было просто симпатией или дружелюбием. И не могло быть.

Потом Куин не мог бы сказать, сама ли Вивиана прижалась к нему, или он притянул ее к себе. Он уткнулся лицом в ее волосы и прошептал:

– Я не знаю, Виви. Не знаю, осталось ли что-нибудь от моего сердца. Иногда я боюсь, что ничего.

– Ты заставил меня страдать, Куинтин. Не стану притворяться, что это не так. Но я не понимала, что причинила тебе боль.

Куин глубоко вздохнул.

– Ты говорила о радости, Вивиана, а не о сожалении, – сказал он. – Возможно, в нашем расставании было столько горечи, что она отравила нас. Может быть, потом мы будем вспоминать твой приезд сюда и сознавать, что мы пытались примириться.

– Мне бы хотелось избавиться от тяжелых воспоминаний. – Вивиана закрыла глаза и прижалась щекой к его груди. – Тысячу раз я думала об этом, Куинтин. О том, что я буду чувствовать, снова очутившись в твоих объятиях. Никакого гнева, а только лишь покой.

32
{"b":"13223","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Спираль обучения. 4 принципа развития детей и взрослых
На волне здоровья. Две лучшие книги об исцелении
Кристин, дочь Лавранса
Радость изнутри. Источник счастья, доступный каждому
Раз и навсегда
Смерть под уровнем моря
Арктическое торнадо
Быстро вращается планета
Черная кость