ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Куин прижался губами к ее макушке и вдохнул нежный аромат ее волос.

– Я хотел бы, Виви, снова пережить то время. Я понимаю, нельзя повернуть время вспять. Наши пути разошлись и, вероятно, никогда не сойдутся. Но я не могу сказать, что не перестану думать о тебе.

Вивиана подняла на Куина глаза, и он почувствовал, как по ее спине пробежала дрожь. Она смотрела на него тем взглядом, который когда-то так нравился ему. И тут Куину показалось самым естественным прикоснуться губами к ее губам. Однако на этот раз он был терпелив и не спешил, предоставив ей возможность отказать ему. Но Вивиана не отказала, а только опустила длинные черные ресницы и глубоко вздохнула. Куин осторожно коснулся губами ее губ.

– Виви, дай мне... – хрипло произнес Куин. – Нет, давай мы, Виви, вытесним из нашей памяти тяжелые воспоминания более приятными и добрыми.

Он обхватил Вивиану за талию и притянул к себе. Он целовал ее, вдыхая знакомый, но почти забытый аромат.

Боже, он думал, что больше никогда не будет целовать ее! Возможно, ему не следовало делать этого и сейчас, но губы Вивианы становились такими мягкими и так охотно раскрывались навстречу ему. На мгновение застыв в нерешительности, Куин обвел языком ее губы и раскрыл их. У Вивианы перехватило дыхание, и она всем телом прижалась к нему.

Наконец, тяжело дыша, они отшатнулись друг от друга, и Куин мог поклясться в тот момент, что они оба думают об одном и том же.

– О, мы не должны, – прошептала Вивиана, глядя на него немигающим взглядом. – Куин, ты же знаешь, к чему это приведет. Мы оба совершенно не умеем владеть собой.

– Нет, не умеем, – согласился Куин и снова притянул ее к себе. – А это так плохо, Виви?

Вивиана прижалась губами к его шее:

– О, Куин! О Боже, это... это неразумно? Куинтин почувствовал, как задрожали его руки.

– Но кто об этом узнает? Что в этом может быть нехорошего, если мы оба хотим этого? Всего еще один раз, а потом, возможно, мы сможем расстаться примирившимися. Может быть, мы будем вспоминать всю жизнь эти мимолетные и сладостные моменты.

Вивиана раскрыла губы и коснулась ими шеи Куина. Она дрожала всем телом, и он чувствовал это. Значит, она знала, что он предлагает. Чего он хочет. И видит Бог, она готова к этому. Радость и страсть пронзили Куина как удар молнии. Вивиана вдруг припала к его губам жадным поцелуем, тем поцелуем, который так часто снился Куину. У него замерло сердце.

– Так давай же, Куин, – прошептала ему в губы Вивиана. – Оставь мне добрые воспоминания и сотри плохие.

Куин слегка сдавил руками ее за плечи.

– Виви, а ты уверена? – задыхаясь, спросил он. – Ты должна быть уверена. Мне надо знать, что ты этого хочешь.

– Я этого хочу, – прошептала Вивиана.

В следующее мгновение Куин подхватил ее на руки и понес мимо пылающего камина в темную узкую спаленку. Он положил Вивиану и уперся коленом в тюфяк. Под его тяжестью кровать жалобно заскрипела.

Вивиана обхватила ладонями лицо Куина. Он заметил, что на них уже не было перчаток.

– А мы не пожалеем об этом, amore mio?

– Мы не позволим себе сожалеть об этом, – ответил Куин, сбрасывая с себя одежду и швыряя ее на пол. Раздевшись, он снова опустился на постель. – Виви, мы будем говорить себе, что это только ради нашего прошлого. За все эти годы мы не сделали того, что надо было сделать.

Куин почувствовал, как Вивиана с нежностью погладила его по волосам от висков к затылку. Ему всегда это доставляло удовольствие, и этот раз не был исключением.

– Так ради нашего прошлого? – переспросила Вивиана. – Всего один раз. Чтобы вместо плохих воспоминаний остались приятные.

Тяжелая накидка Вивианы сползла на пол. Куин начал медленно раздевать ее. Вивиана не пыталась помешать ему. Каждая пуговка, каждый крючочек раскрывал что-то неописуемо приятное. Кусок кружева. Немного нежной кожи. Аромат. Вздох. Подобно крошечным каплям воды во время засухи, они утоляли чувственную жажду.

Из-под прикрытых век Вивиана смотрела, как Куин раздевает ее. Тяжелые юбки, сапожки, такие маленькие, что уместились бы на его ладони, панталоны, которые Вивиана стыдливо развязала сама, – все это было отброшено прочь. Вивиана лежала перед Куином в одной сорочке из тонкого батиста, такого тонкого, что сквозь него были видны темные соски, уже отвердевшие, то ли от холода, то ли от желания.

Куин погладил один бугорок, и Вивиана, закрыв глаза, откинула голову на пуховую подушку.

– Куин, – выдохнула она. – Куин, не... мучай меня. Не сейчас.

Куинтин улыбнулся и вспомнил, как это бывало тогда; как после первых нескольких недель безудержной страсти он насытился и научился не спешить. Он был так медлителен, что заставлял Вивиану умолять взять ее. Каким наслаждением было сознавать свою власть над ней! С тех пор Куин этим сознанием не наслаждался и даже не пытался добиваться этого ощущения с другими женщинами. Вивиана хочет его! Сейчас эта мысль помогала Куину. Он коснулся губами ее груди, Вивиана вздрогнула и приподняла бедра. Куин с упоением целовал ее твердый сосок и с удовлетворением слушал, как постепенно учащается ее дыхание. Вивиана пошевелила ногой, и Куин, положив руку на внутреннюю сторону ее бедра, начал медленно подталкивать кверху подол ее тонкой батистовой сорочки. Наконец он коснулся ее нежной кожи и принялся ласкать ее, мягко массируя.

Когда Куин ощутил, что возбуждение Вивианы достигло апогея, он погрузил палец в ее лоно и был вознагражден коротким слабым возгласом удовольствия. Куин ласкал Вивиану так, как ей когда-то нравилось, осторожно поглаживая самую чувствительную точку ее тела.

Вивиану охватила легкая дрожь. Она положила свои теплые руки Куину на плечи.

– Теперь ложись в постель, саго mio, – чуть хрипловатым голосом сказала она. – Дай мне твое тепло и силу твоего тела.

Куин спокойно поднялся с кровати. Странно, но он не испытывал нетерпения. Эта минута снилась ему тысячу раз. И каждый раз этот сон превращался в кошмар, когда, проснувшись, Куин обнаруживал, что его постель пуста.

При слабом свете, проникавшем в крохотную комнатку, он разделся. Вивиана никогда не была стыдливой, и сейчас она смотрела на Куина не отрывая глаз. Когда он через голову стянул с себя рубашку и взялся за завязки нижнего белья, то заметил, как она судорожно сглотнула слюну. Куин быстро сорвал с себя белье, обнажив свою бесстыдно возбужденную плоть. При виде ее глаза Вивианы широко раскрылись, и она отбросила в сторону старое шерстяное покрывало вместе с тяжелым одеялом.

Куин подошел к постели и протянул к ней руки. Чуть поколебавшись, Куин снял с нее сорочку. Ткань легко соскользнула, обнажая ее грудь. Из груди Куина вырвался стон вожделения.

– О Боже милостивый! – прошептал он. – О Боже мой, Виви!

– Я... уже не та, Куин, – ответила Вивиана. – Я постарела.

Куин наклонился над ней, медленно провел рукой по ее телу.

– Нет, ты стала зрелой женщиной, – прошептал он, беря в ладонь тяжелую грудь. – Ты роскошная, красивая женщина, Виви, а не просто хорошенькая девушка.

Куин с нежностью обвел пальцем вокруг соска, Вивиана хотела большего. Она беспокойно металась по постели, молча умоляя его. Куин вдруг почувствовал, что все это унизительно для него. Он отшвырнул одеяло и лег рядом с Вивианой.

Она чувствовала жар, исходящий от его тела, и ее тянуло к нему, как мотылька на огонь. Ей хотелось раствориться в нем, слиться с ним в единое целое, хотя бы на несколько сладких счастливых мгновений. Вивиана прижалась к Куину всем телом и старалась не думать ни о чем.

Она хотела, о, как она хотела этого мужчину! Ничего не изменилось. Рядом с Куином Вивиана оживала. Он считал ее красивой и роскошной. Он был воплощением искушения, а его ласки возбуждали в ней жгучее желание. Она жаждала ощущать на себе тяжесть его тела. Она страстно желала быть пронзенной им. Ее тело требовало идеального наслаждения, которое ей мог дать только Куинтин. После разлуки с ним Вивиана еще долго тосковала по этой близости, пока горечь последующих лет не приглушила ее желания. Как быстро и с каким жаром они вспыхнули вновь!

33
{"b":"13223","o":1}