ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

На полянке около кучки намокшей дымящейся золы лежало что-то похожее на сверток старого тряпья. Куин подскочил к лошади, отстегнул от седла одеяло и бросился вверх по холму.

– Серилия?

Сверток зашевелился, и с земли поднялась Серилия. Куин упал перед ней на колени и прижал девочку к себе.

– Серилия, слава Богу! – шептал он. – Дитя! Где же ты была?

Серилия разразилась слезами. Не зная, что делать, Куин еще крепче прижал ее к себе. Он чувствовал, как содрогается ее тельце. Куин прижался губами к ее волосам.

Девочка была закутана в какой-то старый ковер, более похожий на конскую попону. Костер был сложен из толстых тяжелых бревен, которые лишь немного обгорели, затем его закидали землей и погасили. Работа Херндона, как понял Куин. Но было похоже, что Серилия оказалась достаточно сообразительной, чтобы на время вернуть огонь к жизни. От земли все еще шло тепло, и в воздухе чувствовался сильный запах дыма.

– Какая ты умница, Серилия, что сумела снова разжечь огонь. С тобой все в порядке, дорогая?

Серилия заливалась слезами. В его объятиях она казалась хрупким, почти неземным созданием. Какой-то драгоценностью, которая в любую минуту может выскользнуть из его рук. У Куина сжималось сердце, ему так хотелось защитить девочку. Наконец она подняла голову:

– Я... я думала, кто-нибудь вернется за мной! Куин коснулся губами ее лба и проговорил:

– Вот мы и пришли за тобой, моя мышка. Прости, что мы задержались.

– Я пыталась д-догнать остальных, – сквозь рыдания продолжала Серилия. – Но когда вышла на дорогу, я... я не могла вспомнить, куда мне идти, налево или направо. Мне стало так страшно. Я не знала, что делать.

– И ты вернулась сюда и стала здесь ждать? – спросил Куин, посмотрев девочке в лицо. – Очень разумно. А теперь давай я заверну тебя в одеяло, и мы найдем хороший жаркий огонь.

Серилия шмыгнула носом и слегка отстранилась от Куина. Только теперь он заметил, что она что-то держит в кулачке.

– У меня теперь б-будут неприятности? – спросила девочка, глядя на Куина.

Куин пальцем приподнял ее подбородок.

– Несчастные случаи происходят со всеми, мышка. Почему у тебя будут неприятности?

Серилия медленно разжала кулачок. В руке что-то блеснуло. Это оказался большой квадратный камень. Девочка так сильно сжала его, что на ладошке остался глубокий отпечаток. Куин взял камень и стал внимательно рассматривать. Драгоценный камень в темноте выглядел тусклым, но он сразу же узнал брелок, который Серилия носила на шее.

– Это та вещь, которую ты потеряла, Серилия? – тихо спросил Куин. – Ты вернулась, чтобы найти ее?

Девочка молча кивнула.

– Тебе не полагалось иметь ее? Серилия покачала головой.

– Значит, она не твоя?

– Нет, она... она моя. Мама подарила ее мне. Очень давно. Это мое волшебное кольцо. Оно обладает особой силой. Но мама не хочет, чтобы я носила его.

Этот камень дала Серилии Вивиана?

Но почему она солгала? Серилия вовсе не «нашла» его. И это не было стразом или подделкой, Куин мог бы об этом поспорить. Странное чувство испытывал он, рассматривая камень. Какое-то оцепенение – и в то же время это было не оцепенение. Скорее это напоминало состояние, когда у человека онемела нога, а теперь чувствительность возвращается, от нерва к нерву, и становится все больнее. Но это была не нога, а все его тело. Его мозг. Его сердце. От всплеска эмоций и возникшего подозрения он чуть не задохнулся. А затем пришла уверенность. Он чувствовал, что примерз к земле, врос в лесную почву, с Серилией на руках.

Это где-то нашла Серилия. Он слышал равнодушные слова Вивианы, прозвучавшие в его голове. Ложь.

Куин смотрел на крупный рубин и чувствовал, как бешено колотится его сердце.

– Что с ним случилось, Серилия? – с трудом выдохнул он. – Как... как его повредили?

Выражение испуга появилось на лице девочки.

– Мой... мой папа... Джианпьеро... он очень рассердился, – прошептала она.

– Что он сделал? – хриплым шепотом спросил Куин. Девочка умоляюще посмотрела на него:

– Я не должна рассказывать об этом.

– Все в порядке, Серилия, – попытался успокъить малышку Куин. – Тебе надо рассказать мне.

Девочка в нерешительности облизала губы:

– По-моему, он... он не хотел, чтобы мама носила его. Он... он сорвал его с ее пальца. А потом разбил... Martello. Это то, чем бьют.

– Молотком? – попытался угадать Куин.

– Молотком, – подтвердила девочка. – Таким большим, для сада. Для работы с камнем.

Боже милостивый! Кувалдой?

На лице Серилии появилось выражение страха, словно она увидела прошлые картины.

– Он ударил по кольцу, – шепотом продолжала девочка. – И сказал очень плохие слова. Он сказал, что не любит меня. И что мама... О, я не знаю этого слова. Что-то ужасное. Она плакала и просила отдать кольцо, чтобы оно было моим. Но он еще больше рассердился, и он... он...

– Что он сделал, Серилия? Девочка опустила глаза и прошептала:

– Я... я не помню.

Куин смотрел на нее и не верил, что она не помнила. По ее лицу было заметно, что она слишком хорошо запомнила это. Но что именно? Боже, что пережил этот ребенок? На мгновение Куин испугался, что ему станет плохо. Он почувствовал, как им овладевает внутренняя дрожь, его трясло от гнева и страха. Ему захотелось прижать к себе Серилию и никогда больше не отпускать от себя. Он порывисто обнял девочку и прошептал:

– Не надо вспоминать об этом, Серилия. А я не буду спрашивать тебя. Больше никогда не вспоминай об этом. Ладно?

– Хорошо, – согласилась Серилия.

Бедный ребенок! Его ребенок оказался во власти буйного сумасшедшего! Будь проклята за это Вивиана Алессандри! И будь проклят он сам! Порыв холодного ветра заставил Куина вспомнить о том, что он должен делать. Он должен спасти Серилию. Это был его долг, в полном смысле этого слова. Его неоплаченный долг. Куин осторожно положил камень и цепочку в карман. Если они пойдут по короткой дороге, прямо через лес, то скоро будут в Хилл-Корте. Куин только боялся, не забыл ли он этот путь.

– Пойдем, мышка, – сказал он, разворачивая сухое одеяло, которое принес с собой. – Пойдем домой.

В расширенных глазах девочки Куин заметил беспокойство.

– Я х-хочу к маме, – жалобно проговорила Серилия. – Я т-только не хочу, чтобы она на меня сердилась.

Куин встал, держа Серилию на руках, и направился к лошади.

– Не волнуйся, милая. Мама не будет сердиться. Девочка плотнее закуталась в одеяло.

– А... а вы уверены в этом, милорд? Куин слабо улыбнулся:

– Я обещаю тебе, Серилия. А я всегда выполняю свои обещания. Поверь мне, это потерянное кольцо скоро меньше всего будет интересовать твою маму.

Когда синьор Алессандри и лорд Чесли вернулись домой, они застали Вивиану в слезах. Последние полчаса она ссорилась с синьорой Росси, но бесполезно. Бэшем отправил всех лакеев и конюхов с фонарями в лес, но это не могло успокоить Вивиану. Она требовала, чтобы ее взяли на поиски, но Бэшем и синьора Росси сговорились удержать ее в доме. Она сделает глупость, убеждала старая няня, если уедет из дома, когда в любую минуту могут привезти Серилию, испуганную и требующую мать.

Вивиана не могла прийти в себя от ужаса. Джентльмены увидели ее распростертой на диване в гостиной, сжимающей в руке мокрый носовой платок. Увидев около нее трость, синьор Алессандри побледнел:

– Вивиана, bella, che cosa 'e quello?

– Господи, Виви, трость? – загремел Чесли, входя вместе с лордом Диглби. – А у Бэшема такой вид, как будто у него только что скончалась мать.

Вивиана с трудом поднялась с дивана. Она уже отказалась от попыток делать вид, что владеет ситуацией, когда она явно была на это не способна.

– О, папа! Чесли! Non ci credo! Какие ужасные новости! – Отец держал Вивиану за руку, а она со слезами рассказывала о событиях этого дня, о том, что в попытке самой найти дочь упала с коня. – А теперь они не хотят отвезти меня туда! – плача, завершила Вивиана. – Чесли! Чесли, affrettarsi, per favore! Вы отвезете меня в вашей коляске, si?

51
{"b":"13223","o":1}