ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Кэм снова подумал, что обречен, но одновременно с этим возникло и пьянящее чувство возбуждения.

— Да… а если она испугается, оказавшись так далеко от берега?

Хелен беспечно пожала плечами.

— Конечно, испугается. Разве не в этом весь смысл нашей затеи?

Ариана радостно запрыгала. Кажется, она была готова — почти хотела — утонуть. Борясь с искушением, Кэм отрицательно покачал головой:

— Она может простудиться, если промокнет. Или обдерет веревкой кожу.

Хелен опять дернула плечами. Этот жест уже начинал раздражать Кэма.

— Что касается меня, — заметила она с насмешливой улыбкой, — то я предпочитаю умереть от чего угодно, только не от скуки.

— Смерть она и есть смерть, мисс де Северз, — возразил Кэм.

Но, да поможет ему Бог, он уже был готов принять ее аргументы. Проклятие, когда Хелен оказывалась рядом, самые опрометчивые поступки вдруг начинали выглядеть удивительно разумными.

— Да, но перед смертью испытать радость жизни, лорд Трейхерн! — Хелен внезапно рассмеялась и закружилась, щелкая пальцами как настоящая цыганская танцовщица. — В этом-то и секрет, не так ли? Ну же! — Она захлопала в ладоши над головой. — Доверьтесь порыву! Станьте безрассудным! — В ее темно-синих глазах искрилась дерзость.

Она бросает ему вызов! Она всегда этим отличалась.

Да, новая Хелен явно не могла долго сдерживать порывы той, прежней Хелен. Ее энтузиазм был заразителен, перед таким вызовом и напором решимость Кэма отступила.

Боже, снова стать шестнадцатилетним! Что он почувствует? Свободу и безудержное счастье, пусть на несколько мгновений? Чувство полета над сверкающей водой? Это так глупо… и так весело.

Ариана, должно быть, поняла, что он капитулировал, и лицо у нее засияло.

— Ну, ладно, — проворчал он, сняв перчатки и хлопнув ими по отрытой ладони Хелен. — Давайте вашу чертову веревку.

Подергав, чтобы испытать ее на прочность, Кэм подтянул веревку к берегу и повернулся к воде. Что со мной? — подумал он, глядя на реку. Наверное, он выглядит полным идиотом, стоя на холме с веревкой в руке. Но сверкающая вода манила к себе, а внизу Ариана и Хелен с радостным нетерпением смотрели на него.

Ну? И какой у него выбор?

Под натиском доводов Хелен он начал чувствовать себя так, словно лишь портит всем настроение, а она, как обычно, казалась голосом разума. И искушения. Но теперь, когда он поддался на их уговоры, было бы верхом безответственности разрешить им пользоваться этим сооружением, прежде чем он сам не испытает его. Да, если канат выдержит его вес, значит, он выдержит любую из них и даже обеих вместе.

Еще раньше сняв шляпу и перчатки, Кэм подумал сбросить и сапоги на тот случай, если веревка лопнет и он упадет в воды Кельна, но решил, что обутым лучше стоять на доске. Поставив левую ногу на левую сторону планки, Кэм сильно оттолкнулся правой ногой.

И полетел… полетел в безоблачную, прохладную бесконечность.

Зеленая лужайка берега, корни дуба, сверкающая на солнце вода стремительно понеслись ему навстречу. Прозрачный осенний воздух свистел в ушах. Достигнув верхней точки дуги, веревка сильно натянулась, дерево затрещало, и его почти голые ветки стучали друг о друга как сухие кости.

Потом на краткий миг Кэм замер во времени и пространстве. Вместе с захватывающими дух ощущениями вернулись и старые навыки. Улыбнувшись, он ловко перенес вес тела на одну ногу, заставив качели бешено вращаться, затем увидел на берегу Ариану. Она прижала руки к порозовевшим щекам и беззвучно смеялась.

Качели пустились в обратный путь.

Кэм понесся над рекой, ветер ерошил его волосы, трепал фалды сюртука, творил нечто невообразимое с когда-то аккуратно завязанным шейным платком. Хелен, Ариана и крутой зеленый холм были уже перед ним. Вскинув руки, Кэм грациозно спрыгнул с планки и — оступился.

Неловко упав спиной на усыпанный листвой берег, Кэм едва успел со смехом сесть, когда Ариана бросилась в его объятия, снова повалив его. Хелен тоже улыбнулась, присев на траву рядом с ним, вытащила листик из его волос, и Кэм встретился с ней взглядом.

— Отлично, — тихо произнесла она.

Ее глаза смеялись, и, хотя Кэм успел заметить в них напряженную работу мысли, ему было достаточно этого восхитительного момента беззаботной близости. Даже более чем достаточно. Улыбка Хелен и молчаливая радость Арианы стали ему наградой. И это было весело — к черту все приличия.

Они провели еще полчаса у реки, катаясь на качелях и дурачась на траве. Когда пришло время возвращаться в Халкот, Хелен почувствовала, что обрела душевный покой. Кэм тоже был счастлив, она это видела. И, несмотря на обидные слова, которые они наговорили друг другу, ее очень радовало, что он счастлив.

Казалось, они перевернули новую страницу в их отношениях, возможно, часть старых обид навсегда останется в прошлом. Возможно, они с Кэмом опять станут друзьями. Эта мысль согревала ее, но все же ей хотелось гораздо большего.

Давным-давно Хелен была мечтательницей, и сейчас она вдруг обнаружила, что с удовольствием вернула бы те мечты. Конечно, она может посвятить свои оставшиеся годы заботе о чужих детях, принося огромную пользу. Но они никогда не заменят детей, которых она когда-то хотела иметь от Кэмдена Ратледжа.

Она подумала о предложении Кэма стать его любовницей. Только на мгновение. Да, она хотела его. Однако не на тех условиях, которые он предлагал. И не за счет своей репутации и карьеры.

Глава 11

Горькое возвращение и прискорбная истина

После той прогулки у реки Ариана много думала об увиденном, и не только о качелях, хотя ужасно весело было лететь по воздуху в кольце папиных рук. Больше всего она размышляла о папе. И о том, каким он был рядом с мисс Хелен.

Некоторые люди думают, что ее папа чрезмерно суровый. Упрямый. Она слышала, как однажды дедушка так назвал его. Унылый — так называл его дядя Бентли. Но Ариана видела, что рядом с мисс Хелен он совсем не был унылым. И упрямым. Правда, Ариана не совсем понимала, что это значит, но дедушка говорил так, словно это что-то плохое. Именно поэтому она и была уверена, что о папе нельзя сказать, что он упрямый.

В общем, папа теперь казался совсем другим. Его лицо все время менялось. Иногда он выглядел сердитым. Иногда счастливым, иногда раздраженным. И он постоянно смотрел на мисс Хелен.

Раньше папа все внимание уделял ей, Ариане. Но сейчас она отчего-то не против поделиться чуточкой его внимания. Каждый день Ариана шла в классную комнату с мисс Хелен. И почти всегда туда заходил папа, хотя бы ненадолго.

Иногда он просто заглядывал в комнату после уроков, чтобы пригласить их в сад на прогулку, прокатиться в коляске или попить с ним чаю. Время от времени в гости приходил священник с желтоволосыми девочками. Тогда папа отправлялся в свой кабинет и закрывал дверь. Ариана знала, что он делает. Он прятался. Ариана больше не пряталась. Ну, почти не пряталась.

В классной комнате они занимались счетом. Ариана еще не понимала, что такое счет. Для него нужны маленькие кучки пуговиц и бобов. Два боба и две пуговицы вместе составляли четыре. Это казалось Ариане совсем нетрудным. Но она пока не решила, будет ли играть в игру под названием счет. Может, лучше не стоит, потому что это, как и всегда, приведет к вопросам. А она знала, что за вопросами должны идти ответы. Вот почему она притворилась, что не понимает.

О, это было очень трудно! Иногда ей хотелось спросить. Иногда она слишком уставала молчать и притворяться глупой. Сейчас появилось столько всего, о чем она хотела бы спросить. Например, женится ли папа на мисс Хелен. Она слышала, Крейн говорил миссис Нафлз, что этому следовало бы произойти давным-давно, «если бы люди не вмешивались в то, чего не понимают».

Ариана тоже многого не понимала. Но если папа действительно женится, будет ли у нее новая мама? Всегда нужно делать то, что скажет мама, правильно? А если новая мама скажет делать то, что не велела делать первая мама? Что тогда? Говорить? Или не говорить? Ариана совсем запуталась. Скоро это уже не будет иметь значения, потому что ей все труднее и труднее сдерживать вопросы, так и норовившие выскочить из ее рта.

37
{"b":"13224","o":1}