ЛитМир - Электронная Библиотека

Поняв свою ошибку, Девон быстро ответила:

— Мне наплевать на внешность этого человека. Я интересуюсь им ради поддержания разговора.

— Держа тебя в своих объятиях, меньше всего думаю о каком бы то ни было разговоре, — сказал Диабло, пощекотав Девон шею. — Пойдем в дом. Кайл уже ушел, и я больше не могу ни о чем думать, кроме того, чтобы раздеть тебя сегодня вечером. Вынужден признать, что это платье сидит на тебе потрясающе, но еще большее удовольствие можно получить, когда снимешь его совсем, а потом и остальное воздушное белье, под которым скрывается твоя истинная красота.

Девон затаила дыхание. Его голос звучал низко и резко, проникая в самое сердце и задевая за живое ее самые сокровенные уголки. Время от времени она давала клятву, что устоит перед сокрушительной силой притяжения, однако ее решимость бесследно таяла под натиском дерзких, стихийных эмоций. Когда он находился рядом, ничто не имело значения, кроме неистовой жажды прикосновения. Девон не хотела считаться ни с чем, лишь бы ее любил этот роковой красавец, который обладал ею с иступленной страстью и обожал до безумия. Ощущая в себе такой же безумный и роковой отклик на любовь Диабло, Девон все больше убеждалась в необходимости вырваться из пиратского эмоционального плена. Скоро она может оказаться без надежды на избавление и привяжется к нему навсегда.

Но логика навсегда теряла свое значение, когда это относилось к Диабло. Виселица ходила за ним по пятам и в любой момент могла настичь этого бесстрашного красавца. Привязанность к нему могла оказаться слишком призрачной и слишком опасной. Это означало разлуку и верную смерть. Неизвестность, когда и где смерть подстерегает его, была слишком болезненной для Девон. Жить в постоянном ожидании гибели возлюбленного — невыносимо, поэтому ради собственного благополучия и спокойствия Девон должна покинуть его. И все-таки до тех пор, пока она оставалась рядом, что могло удерживать ее от наслаждения его любовью? Когда-нибудь, очень скоро, у нее не останется ничего, кроме смутных воспоминаний о человеке, которого она так легко полюбила.

— Знаешь, Диабло, чего бы мне очень хотелось? — горячо предложила Девон.

— Если это в моей власти, то только скажи, и это будет у твоих ног, — пообещал он. — Только не проси, чтобы я отпустил тебя. Этого я не могу.

— Хочу, чтобы мы занялись любовью прямо здесь, под луной и звездами, когда вместо постели — прохладная трава.

Ее тихие слова просьбы мгновенно поставили его в тупик. Когда он, наконец, заговорил, голос звучал неровно и возбужденно.

— Разве мог я мечтать о том, чтобы ты попросила меня об этом сама. — Он повернул ее к себе лицом, крепко обнял, и их уста слились с опаляющей страстью, заставившей зазвенеть все нервные окончания Девон.

Сгорая от нетерпения ощутить гладкость его бронзовой кожи, руки Девон скользнули под рубашку, восторженно чувствуя его силу под своими чуткими пальцами, твердую плоть и вздувшиеся мускулы, игравшие от ее прикосновений, словно крепкая сталь на мягком бархате. Диабло стонал от наслаждения.

Вкусив медовую сладость ее поцелуя, он медленно уложил ее на землю, одновременно снимая с себя рубашку, чтобы ближе чувствовать ее прелестное тело. Девон потеряла ориентацию в пространстве и времени, когда он осыпал поцелуями ее грудь, шею. Она так же жарко отвечала на поцелуи. Ее губы отыскали крошечные бугорки сосочков на плоской мужской груди. Девон ласкала их самозабвенно, пока не почувствовала отклик Диабло.

— Господи, любимая, откуда такой беспричинный взрыв безудержной страсти?! Хотелось бы думать, тому причиной служит моя неотразимая привлекательность, однако сердце подсказывает мне, что здесь есть нечто большее.

— Не спрашивай, Диабло, — соблазнительно промурлыкала Девон. — Просто наслаждайся этой ночью.

— И всеми предстоящими ночами тоже, — добавил он, ослепив ее обворожительной улыбкой, открывшей прелестную ямочку на его щеке. — Я обожаю тебя, любовь моя.

Девон знала, что его слова, сказанные в порыве страсти, имели мало значения, но они придавали особый волшебный колорит данному моменту. Моменту, который никогда больше мог не повториться. С осмотрительной осторожностью Диабло раздел Девон. Ее обнаженное тело мерцало в лучах лунного света, словно драгоценный белый мрамор. Затем его охватило желание, которое ему нужно было излить немедленно. Некогда было снимать брюки, не хватало времени, чтобы прошептать нежные слова и признания. Существовало лишь одно желание: обладать ею сейчас же, без промедления, здесь и навсегда. Дрожащими от возбуждения пальцами он расстегнул брюки, освобождаясь от одежды, готовый броситься на завоевание бесценного приза.

— Извини, дорогая, — задыхаясь от страсти, прошептал он. — Но я не в силах больше ждать.

Его пульсирующая плоть гордо поднялась ей навстречу, когда он склонился, чтобы опуститься на колени возле Девон на мягкую траву, целуя ее мягкий живот, каждую грудь. С привычной легкостью его твердое мужское начало скользнуло в теплую и таинственную глубину. Он сильнее и глубже вонзался в горячую бездну, заставляя Девон громко стонать от наслаждения и изо всех сил притягивать его к себе в поисках новых чувственных ощущений.

Обезумевший в поисках утоления своего голода, неутомимый в своей ласке и дикой страсти, Диабло ударялся и отступал, затем снова ударялся. Бешеный ритм движений подхватывала хрупкая, трепещущая фигурка Девон, приподнимаясь ему навстречу. Отчаянно загоняя себя в галоп, Диабло стремился доставить наивысшее удовольствие своей подруге, чувствуя в себе невероятную силу, нараставшую с неотвратимой скоростью. Она росла в размерах, становилась больше и больше. Удар этой силы полностью разрушил Диабло, и тоненький голосок возвестил о том, что все уже закончилось. Это казалось слишком великолепным, чтобы длиться вечно, его любовь — слишком однобокой, чтобы обеспечить продолжительное счастье, а жизнь — слишком призрачна. Девон создана не для его любви.

Затем все мысли отлетели прочь, когда Девон резко вздрогнула и закричала. Встретив последний, едва уловимый трепет ее тела, Диабло позволил себе освободиться от мучивших его страстей. Затем умиротворенная и размякшая Девон лежала в его объятиях, и для нее перестали существовать и Англия, и Винстон — все это лишь мимолетное видение.

Диабло поглаживал ее мягкую кожу, в ушах стучало от только что пережитого опустошительного безумия. Прерывисто дыша, он произнес:

— Никогда не думал, что найду женщину, которую смогу полюбить, прелесть моя. Затем в мою жизнь вошла ты. Если бы только…

— Если бы только что? — спросила Девон, затаив дыхание и приготовившись услышать нечто важное. Если он сейчас скажет, что любит ее, она никогда не найдет в себе мужества покинуть его.

— Не принимай близко к сердцу, все равно сейчас слишком поздно. Впереди целая вечность. Кроме того, я хочу снова дарить тебе свою любовь, но на этот раз более спокойно, в кровати. — Подняв ее на руки, Диабло медленно направился к дому.

— Подожди, наша одежда! Что подумает Тара?

— Ничего не подумает. Ее даже здесь нет. Она осталась ночевать в деревне, у своей овдовевшей матери.

Успокоившись, Девон расслабилась в крепких и сильных объятиях своего возлюбленного. Оба и не подозревали, что за ними следила пара похотливых глаз.

Влюбленной парочке и в голову не могло прийти, что Ле Вотур, укрывшись во мраке ночи под тенью деревьев, стал свидетелем пережитого ими экстаза. Пока они занимались дикой любовью, он сгорал от нетерпения обладать потрясающей блондинкой. Несмотря на то, что она познала страсть в объятиях Диабло, от проницательных глаз Ле Вотура не ускользнула ее неискушенность, которая еще больше распаляла желание француза. Никакого сомнения не оставалось, что Диабло девушка досталась непорочной, и никакой другой мужчина не удовлетворял с ней свои сексуальные потребности. Девон поражала своей свежестью и молодостью. Девушке было невдомек, что изворотливый Ле Вотур мог пообещать ей все, что угодно, лишь бы затащить в свою постель.

34
{"b":"13228","o":1}